И Ром поспешил вслед за своей новой союзницей.
***
Змеи были повсюду. Длинные, тонкие, с красноватой чешуей и черными глазами-бусинами, они с шипением выползали из нор, которые Маркус с Сиеной отчего-то не заметили прошлым вечером, и казалось, им нет конца. Земля под ногами походила на один огромный ковер, сотканный из чешуи и раздвоенных языков-жал. Сиена не визжала, но паника неумолимо подкрадывалась к ее груди.
Первые три дня на арене прошли для них слишком уж спокойно, так что, пожалуй, эти змеи были вполне закономерны. Очевидно, распорядители решили, что им с Маркусом живется чересчур беззаботно, так что Сиена не удивилась бы, узнай она, что змеиных нор вчера действительно не было: капитолийцы вполне могли создать их ночью.
Змеи появились, пока Сиена спала, опустив голову на колени Маркуса: они договорились, что она будет нести вахту бóльшую часть ночи, а с первыми лучами солнца, поднимающегося на арене так рано, напарник сменит ее и даст поспать подольше утром. И поначалу так и было, но не сегодня. Сегодня Сиена проснулась оттого, что Маркус резко тряс ее за плечо, а едва разлепила глаза — увидела змей. Они выползали как будто из-под земли — десятки шипящих созданий, десятки ядовитых жал. Еще немного, и они окружат их, а после… Страшно представить. Девушка прижималась к Маркусу, ища защиты, но едва ли он мог помочь. Неуверенно подбрасывал в ладони молот и прикидывал, сколько змей сможет придавить одним ударом.
В Дистрикте-7 Сиена не видела змей, но знала, что те водятся в округе: многие лесорубы рассказывали. Но их рассказы навряд ли могли ей помочь; не сейчас. А вот Маркус, кажется, знал, что делать. Во всяком случае, мгновение спустя он оглушительно засвистел — так, что у Сиены заложило ухо. Змеи замерли на короткий миг, и Маркус снова протяжно свистнул, выигрывая для них с Сиеной время.
— Быстро, лезь на дерево! — коротко велел он, глянув на нее взглядом, не терпящим возражений.
— А как же ты? — обескураженно спросила Сиена, ловко подбирая с земли арбалет.
— Придумаю что-нибудь. Ну же! — он еще раз свистнул, но с каждым разом это задерживало сползающихся к ним змей все меньше. Сиена беспомощно огляделась.
— Маркус, я не смогу… Ветки слишком высоко.
Хейстед выругался, оборачиваясь на нее.
— Если заберешься мне на плечи, дотянешься?
— Н… наверное. — Сиена не понимала, почему Маркус хочет спасти ее, наплевав на собственную жизнь — дураку было ясно, что змеи ядовиты. Один малейший укус, и…
— Скорее, давай!!!
Он кричал почти истерично, заикаясь от волнения, а ползучие твари были уже в паре метров от них — тогда-то Сиена и свистнула, последовав примеру напарника: вдруг поможет?.. Ей даже показалось, ее свист вышел громче, но Маркуса это не остановило: рассерженный, он буквально сгреб ее в охапку и помог забраться на мощный дуб, под которым они провели ночь. Сиена заметила, как по лицу его ходят желваки, и кожей ощущала его страх, а Маркус, развернувшись, замахнулся и ударил молотом по земле, широким краем придавив несколько извивающихся чешуйчатых лент. И Сиена догадалась, почему он медлил до сих пор: почуяв смерть сородичей, змеи стали проворнее, быстрее поползли в сторону Маркуса.
Сиена свистнула, перебираясь на ветку выше: судя по всему, этот звук сбивал их с толку, а это играло на руку Маркусу. Она наблюдала за ним, нервно кусая губы, и лихорадочно соображала, как может помочь. Мелькнула мысль выстрелить горящей стрелой, но тогда она устроит лесной пожар — тогда не выживет никто… Но как иначе спасти Маркуса? На дерево он не заберется — слишком тяжел, и даже если дотянется до нижней ветки, та, вероятнее всего, обломится под его весом. А вот та, на которой сидит Сиена… Широкая, она выглядит достаточно прочной — вот только как Маркусу забраться сюда?
Сиена отчаянно рылась в рюкзачке, который успела набросить на плечи: кажется, там был прочный трос… Действительно, был — темно-зеленый, неширокий, но достаточно жесткий. Сиена надеялась, способный выдержать вес ее напарника, но все же скрутила его вдвое, прежде чем крепко обмотать его вокруг ветки — так надежнее. Она посмотрела вниз, надеясь, что Маркус справляется и что форма, выданная распорядителями, сможет хоть немного защитить его от возможных укусов: в конце концов, сапоги были сшиты из хорошей кожи и плотно прилегали к ноге, а значит, под одежду змея не заползет. Во всяком случае, Сиена старалась верить в это, пока Маркус бил молотом вокруг себя. Казалось, пока все было не так уж плохо, вот только… Змей не становилось меньше, а одна из них, оставшись незамеченной, обвила лодыжку Хейстеда.
— Маркус! Нога! — вскрикнула в ужасе Сиена. Напарник резко наклонился и, схватив змею огромными ручищами, скрутил ее, как скручивают веревку в жгут. Кажется, он был в порядке, хотя и взмыленный, до ужаса взволнованный и напряженный.
Сиена перебралась на ветку ниже и, спустив трос, схватила его руками. Вряд ли ей хватит сил удержать его, если ветвь оборвется, пока Маркус будет карабкаться наверх, но так ей, по крайней мере, будет спокойнее.
Она окликнула напарника, и Маркус, в последний раз опустив свой молот, благодарно взглянул на нее. И оставил оружие на земле, ухватившись за веревку и уперевшись ногами в ствол дерева. Сиена зажмурилась и закусила губу, моля о том, чтобы все обошлось. Девушку колотило от страха.
Она упорно не желала смотреть на то, как Маркус будет взбираться наверх, и рефлекторно сжимала в дрожащих ладонях трос, хотя вся тяжесть Хейстеда приходилась на крепкую древесную ветвь. Если она услышит хруст — успеет предупредить падение, и неважно, что напарник весит вдвое больше нее, а падать не так уж и высоко. Все-таки внизу копошились змеи.
Казалось, она просидела вот так, зажмурившись, целую вечность, пока над головой не прозвучал запыхавшийся голос:
— Можешь расслабиться, Сиена. Я в порядке.
Разлепив глаза, Роджерс подняла голову. Маркус сидел на дереве, обхватив руками ствол, и тяжело дышал.
Ну вот, теперь эти Игры стали Голодными и для них.
========== Интермедия ==========
Госпожа Альба Рован звякнула ложечкой по расписному боку фарфорового чайника; безгласая, стоявшая у стены, встрепенулась, и несколько мгновений спустя ароматный напиток уже плескался в пиале с витиеватыми узорами. Альба поднесла пиалку к лицу и, вдохнув нотки чабреца, сделала глоток, расслабившись. Приятно было сидеть вот так за столом, пить травяной чай вприкуску с тающей на языке пористой карамелью и знать, что этим утром она совершенно свободна, да и в ближайшую неделю, впрочем, тоже. Ежегодно с началом Голодных Игр — пожалуй, даже со дня Жатвы — люди словно напрочь забывают о том, что нуждаются в услугах пластического хирурга — а они, безусловно, нуждаются. Но как только становятся известны имена трибутов, жизнь в Капитолии замирает. Все, абсолютно все в столице прикованы к экранам телевизоров, и это прекрасный повод для госпожи Рован отдохнуть. К тому же, Игры не чужды и ей. Пожалуй, она даже прониклась симпатией к одной из трибутов в этом году. Сиена Роджерс, Дистрикт-7. Казалось бы, ничего особенного — маленькие губы, бледное личико, синяки под глазами, а сама — худая-худая… Хотя и с красивой грудью — многие капитолийки, приходя к Альбе Рован, просили сделать им такую же. Но несмотря на не самую характерную для победителя внешность, что-то было в ее небрежной манере подать себя… Что-то, что делало Сиену особенно привлекательной. Да еще ее талант к рисованию… Альба любила творческих людей. А сильный союзник и умение стрелять из арбалета, пусть и не всегда метко, давали Сиене шансы выйти в финал Квартальной Бойни, а может, и одержать победу. Но до этого было еще долго, а вот делать подарки, чтобы помочь девушке, госпожа Рован была готова уже сейчас.
Это утро для Сиены с ее напарником не задалось — Альба наблюдала за тем, как они спасались от змей, взволнованно теребя крупные гранатовые серьги в ушах; теперь опасность миновала — оба трибута сидели на дереве, вот только на земле все еще ползали, шипя и сплетаясь в клубки, ядовитые гады. Они не уползли никуда ни двадцать, ни сорок минут спустя, и Маркус заметно нервничал, опасаясь, что ветка под его весом в конце концов сломается. Сиена тоже переживала, и ясно было, что напарника она не бросит — а впрочем, она и не имела такой возможности. Деревья в этой части леса росли не так густо, чтобы можно перепрыгнуть на соседнее, и Сиене оставалось лишь царапать наконечником стрелы по стволу и изредка спрашивать у Маркуса: «Ну ты там как?»