– Господин фон Ройх, мои ребята к штурму готовы. Командуйте начинать, только вас ждём, – коренастый старшина городской стражи смотрел на молодого сыщика без всякого почтения. И обращался соответственно. Он стоял в совершенно неуставной позе и подкручивал седой ус. Это же надо! Понаберут молокососов из благородных, да ставят командовать. Под недовольным взглядом старшины, юноша сохранял полнейшую невозмутимость.
Котелок чуть надвинут на глаза, только очки сверкают. Из-под плаща виднеется сабля – знак дворянского достоинства. На мгновение матёрому стражнику показалось, будто левый глаз старшего сыщика недовольно блеснул красным. Но юноша тут же отвернулся.
– Я пойду в здание вместе с вашими людьми, – спокойно заявил он.
– Да вы чего… мне же капитан башку оторвёт, если вас кто подстрелит! – старшина опешил от такой идеи.
– Милорд.
– Чего?
– Прошу помнить, – устало произнёс молодой сыщик, – я старше вас по званию, старшина. И имею родовой титул барона. Если уж решили оспаривать мои приказы, извольте обращаться ко мне по титулу.
– Прошу прощения. Милорд фон Ройх, – выдавил из себя стражник, – а только я вас взять с собой всё одно не могу. Не положено по уставу старшим сыщикам под пули лезть. Да и ребята у меня опытные, сработались уже. Вы им поперёк будете.
Юноша поразмыслил несколько мгновений и кивнул:
– Ладно, вы правы, старшина. Я погорячился, прошу прощения.
Стражник бросил на собеседника удивлённый взгляд. Чтобы благородный признавал свою неправоту, да ещё и прощения просил?! Вот это невидаль. Но тут старшина заметил, насколько молодой дворянин устал. Под глазами его залегли тени, различимые даже во мраке улицы. Лицо небритое, форма под плащом мятая.
– Так что, начинаем, милорд? – спросил городской стражник уже мягче.
– Я возьму своих людей и перекрою заднюю сторону дома, – ответил сыщик. – Не спорьте, старшина. Внутрь я не полезу. Но я не привык отсиживаться в тылу, когда вверенные мне люди рискуют жизнью.
– Это можно, – чуть помедлив, согласился старшина. – Только вы это. Не рискуйте зря.
– Обещаю. А теперь по местам. Начинаем, – скомандовал барон, давая знак младшим сыщикам.
Небольшой двухэтажный дом неподалёку от судостроительной верфи был стар. Неприметное здание зябко жалось к другим таким же. Но именно до этих дверей удалось проводить опасного преступника. Фон Ройх со своей небольшой командой – всего три человека, распутывали дело без малого месяц. Вынюхивали, допрашивали, шли по следу. Сыщики просто валились с ног от усталости, но именно сейчас предстояло сделать самое важное.
Молодой барон с подчинёнными затаился с задней стороны жилища. К ним присоединился один из стражников – старшина всё-таки не пожелал оставлять без присмотра своенравного старшего сыщика. Ночь была спокойной. Для Портового района, конечно. Окрестности дремали, не отвлекаясь на тусклые огни редких фонарей и голоса прохожих. Оглушительным громом грянули выстрелы. Тут же стало ясно, что всё пошло не по плану.
Вообще, когда стрельба начинается до выбивания двери и зычных криков городских стражников – это плохо. Преступники открыли огонь первыми. Что происходит с лицевой стороны, барон видеть не мог, но кое-что по звукам различал. Да и чернильно-грязная брань стражника рядом не оставляла равнодушным. Одно из задних окон плюнуло осколками, а затем и пулей. Сыщики ответили нестройной пальбой.
Штурм шёл наперекосяк. Только стремительности представление не теряло. Бандиты хорошо ударили по стражникам первыми залпами, но револьверов у них было мало – судя по грохоту, в основном ружья, винтовки, да старые кремниевые пистолеты. Выкуривать преступников с укреплённой позиции было тяжело. Преимущества в огневой мощи и опыте могло не хватить, поэтому городская стража взялась за динамитные шашки.
Теперь настал черёд ругаться барону. Потерять подозреваемого – Брего Руггера, очень не хотелось. Недели упорной работы могло размазать по стенке от случайного взрыва. Но бандиты умирать тоже не торопились – как только раздались первые громовые хлопки шашек, они пошли на прорыв. Задняя дверь дома распахнулась, из окон ударили выстрелы. Фон Ройх вжался в ящик, за которым укрывался, пережидая волну пальбы. И тут защитники дома дали понять, что динамит есть не только у городской стражи.
Грохнуло жутко. Кажется, кто-то рядом вскрикнул, но молодой барон не смог бы за это поручиться. Люди спешно покидали здание, он стрелял не целясь. Дым и облако пыли от взрыва вообще целиться не помогали. Один из беглецов упал с простреленной грудью. Другой пальнул в сторону барона, но тот лишь отшатнулся в сторону, не обратив на боль внимания. Его взгляд приковала коренастая фигура человека, на бегу перезаряжавшего револьвер. Именно за ним сыщики гонялись последний месяц. Барон нацелил пистолет, но тот предательски отказался стрелять. Барабан был пуст.
– Не дай уйти. Должен догнать. Должен убить. Казнить. Наказать, – до фон Ройха долетел невнятный шёпот. Парень сжал зубы и стрелой вылетел из укрытия. Засевший рядом стражник просто не успел остановить старшего сыщика. Тот нёсся к цели, обнажая саблю. Всего-то несколько шагов! В дыму огненным цветком вспыхнул очередной выстрел.
*********
– Барон, ты… вы… – старшина задыхался от эмоций, – Ну какие тёмные боги вас понесли саблей махать?! У меня и без того убитый и четверо раненых. Мне теперь полночи отчёты строчить, а утром с семьёй покойного Гранца объясняться. Мало будет?! Вы хоть знаете, как бы мне капитан шею намылил, если бы вас застрелили? И так намылит. Задом чую.
– За меня не намылил бы, – тихо отозвался молодой барон.
– Господин старшина дело говорит, – вдобавок насел Джад – сыщик из команды фон Ройха. Рослый, крепкий, и такой же измождённый работой, как его начальник. – Кристан, служба службой, но на пули прыгать зачем? Дворянская честь в голову ударила?
Джад был на десяток лет старше барона. И частенько забывал о рангах и сословиях, когда тот делал глупости. Но даже сейчас в его голосе сквозило искреннее беспокойство. Сам он в перестрелке не пострадал: младшим сыщикам вообще повезло, рану получил всего один из трёх, пусть и серьёзную.
– Господа, я просто не мог упустить преступника, – строить подчинённых у юноши не было сил, – он почти сбежал. А патроны закончились.
– Да подстрелил бы я его, подстрелил, – не унимался сыщик.
– Слушай, Джад, я рисковал, признаю. Но иначе было нельзя. Я помню, что у тебя трое младших братьев, но ты не обязан… ох! – злой от обилия работы доктор затянул бинт на рёбрах героя слишком туго.
Кристан фон Ройх сидел возле санитарной кареты. Его как раз заканчивали латать. По мнению более опытных напарников, барона судьба неоправданно сильно любила. На плаще красовалась пара внушительных дыр: одна от чиркнувшей по рёбрам пули, вторая не до конца понятно от чего. Судя по размеру и рваным краям, в плечо парня угодил заряд дроби. Руку должно было измочалить в клочья. Но везунчик отделался лишь драной формой и кровавой, хоть и далеко не смертельной ссадиной. Если не считать царапины на щеке, то повреждения на этом заканчивались. Список потерь довершали очки – левое стекло пошло трещинами.
Первым из спора устранился усатый старшина. Ну что взять с юнца? Ещё нанюхается пороху и поумнеет. Если доживёт, конечно.
– Работа сама себя не сделает, – проворчал он, – давайте грузиться и в участок катить.
Запала Джада тоже надолго не хватило. Распекать барона было совершенно бесполезно. Вместо этого здоровяк вздохнул, вытянул из кармана сигаретку и пристроился дымить радом с начальником. Тот закончил одеваться поле перевязки. Сидел теперь нахохлившись, как замёрзший воробей.
– Вот из-за такого тебя и зовут моралистом. И бретёром. И ещё много как зовут, – Джад затянулся.
– Знаю, – устало откликнулся Кристан, – но мне не важно, кто там как меня зовёт, пока я делаю свою работу. А про моралиста ты не к месту вспомнил, сейчас я мораль никому не читал.