— Мя, — коротко ответил Баки и пошел к двери.

Он вел Стива короткими темными переходами, пока не привел в небольшую комнату без кодового замка. Там нашлись четыре койки. Под потолком горела тусклая помигивающая лампа. Баки завалился на одну из коек и принялся вылизывать лапы и умываться.

— Фу, Баки, они же грязные! — скривился Стив, распаковывая сумку с едой. — Есть давай, тут полно всего разного, но мясо рыси точно едят.

Мясо из консервной банки пришлось вытряхнуть на маленький пыльный столик, который Стив протер рукавом. Баки с урчанием сожрал его и принюхался к Стиву — не прячет ли тот еще?

Стив не прятал, выдал ещё банку, одну открыл себе.

— А что тут пить? Ты чай будешь? Его и налить-то некуда.

Баки мяукнул, ткнув лапой в маленькую раковину из нержавеющей стали в углу комнаты. Рядом с ней был унитаз. Вода, когда Стив повернул кран, потекла сначала ржавая, но потом очистилась. Стив заткнул сток ладонью, чтобы набрать воды, и Баки долго лакал оттуда. Воспользовавшись унитазом, Стив с интересом подумал, насколько Баки стал котом: попытается влезть на металлического монстра или найдёт себе тёмный угол.

Напившись, Баки завалился на койку и замурчал. Он был сыт, ему было тепло, он устал и хотел спать.

========== Глава 33 ==========

Барнс проснулся оттого, что ему стало холодно. Он повертелся на узкой жесткой койке, открыл глаза и обнаружил, что спит совершенно голый. Колючее серое одеяло сбилось под ним в складки. Баки поморгал, вспоминая, что случилось.

Был «ктулхеныш», мерзкий и страшный. Стив рисовал. У Баки были когти.

Он посмотрел на свои руки. Пальцы как пальцы, под ногтями траур. Когтей не обнаружилось. Он встал, отлил, умылся и начал искать свою одежду. Стив спокойно сопел на соседней койке.

Свитер и футболка нашлись в сумке, не до конца закрытой на молнию, штаны висели на спинке кровати. Баки оделся, нашёл консервы, выставил их на столик, с которого, как он помнил, почему-то ел ртом. Пастью. Вон жирные разводы на столешнице остались.

— Стиви, — Баки потряс Роджерса за плечо. — Давай просыпайся и рассказывай, чем закончилось.

Стив проморгался, зевнул.

— Привет. Пока понятия не имею. Я написал картину, ты развернул её к воде, рыболов уснул на дне, а ты почему-то был рысью. И шипел.

— В смысле рысью? — не понял Баки и тут же припомнил шерсть на лапах. Осмотрел свои руки. Руки как руки. Пощупал голову — нормальные человеческие уши. — Как Эшу?

— Не-а, — профыркал Стив, умываясь холодной, пахнущей железом водой. — Рысь как рысь, только большая. Очень большая.

Стив нашёл в сумке полотенце и вытерся.

— Очень. Чуть меня не уронил. Я сидел на полу, и ты рядом. В холке мне по плечо.

— Ну бля, — расстроенно сказал Баки. — И отчего это? Как контролировать? Я хоть не пометил ничего?

Стив заржал.

— Я не видел. А если б и ты успел тут что-нибудь натворить, думаю, мы б учуяли. А отчего — от стресса. Ты вроде дрался с рыболовом. Будешь учиться магии, как и я.

— Не как ты, — покачал головой Баки. — Получается, я просто оборотень, а не маг. Может, я могу перекидываться, только чтобы защищать тебя, когда ты колдуешь. — Он достал из сумки консервы. — Про драку помню. Устал. И замерз.

— Зато потом был пушист, доволен и мурчал на койке. Спросим, Бак. У Дениса, у Грена или Туу-Тикки. У того же Эшу, он же у нас главный над котиками.

— Не он, — покачал головой Баки. — Что-то я слышал от кого-то, что не он, а его кузен. Давай пожрем и пойдем посмотрим, что там с этим ктулхенышем получилось.

Стив взял банку консервов и молча протянул её Баки. Они быстро поели, собрали вещи в изрядно облегчившиеся сумки и вышли из комнаты.

Мольберт с картиной всё так же стоял у берега, по воде гуляли отражавшиеся от дна солнечные блики. Рыболов лежал на дне у дальней стенки и вяло шевелил плавниками.

— Ну хоть не издох, — облегчённо выдохнул Стив. — А то он вчера ушёл на дно и вообще не двигался.

Едва Баки подошел к воде, как рыболов рванулся к краю бассейна. В воде от него оставался темный след. Подплыв к краю, рыболов высунул голову и мелодично засвистел.

Стив ахнул.

— Какой же он красивый, Бак, когда правильный.

Рыболов засвистел снова, будто понял, что речь о нём. Он извернулся, ушёл на дно, покружил, выскочил из воды и плюхнулся плашмя, окатив Стива и Баки.

— Зараза! — восхитился Стив. — Смотри, как переливается чешуя! И он действительно изумрудно-зелёный.

— А брюхо перламутровое, — добавил Баки. — И плавники как крылья.

Рыболов играл в бассейне, показывая себя со всех сторон. Светлые щупальца вились за ним, как водоросли, посверкивая жемчужными присосками. На плавниках и чешуе играли радуги. Он мелодично свистел, и эти звуки завораживали.

— Надеюсь, к людям он больше не полезет, — сказал Стив. — А то запрут в зоопарке, в лучшем случае. Не полезешь, а? — обратился Стив к рыболову.

Тот свистнул и выскочил перед Стивом на берег, почти наполовину выйдя из воды. Стив заворожённо протянул руку и погладил гладкий мокрый лоб. Рыболов защелкал, как дельфин, боднул руку и ушел на глубину, плеснув хвостом.

— Я кольцо потерял, — встревоженно сказал Баки. — Стив, я потерял свое кольцо.

Стив нахмурился, посмотрел на пустые руки Баки, потом улыбнулся и полез в карман.

— Ты его в ботинок положил, когда превратился.

— Может, до того? — спросил Баки, беря кольцо и надевая его. — Получается, я почувствовал, что превращусь, что ли?

Рыболов нырнул и скрылся где-то за пределами бассейна, там, где было выход в океан.

— Кот внутри тебя проснулся и сказал, что ему будет мешать. Или как-то ещё. Я в половине случаев чётко чувствую, когда магичу, может и ты понял, но не осознал.

Баки развернулся к Стиву.

— Я ни фига не осознал, — он покачал головой. — Это какой-то магический бред. Я — кот? Я всегда считал, что я волк.

— А по-моему, ты всегда был похож именно что на кота, сытого и довольного. Только что не мурчал вслух. И я лично слышал в штабе, как связистки называли тебя не иначе как бруклинским котиком. Увы, Бак, — Стив развёл руками и кривовато усмехнулся. — Кошак как есть.

— Бля, — выдавил Баки. — Интересно, как мне превратиться? Если бы дело было только в опасности, я бы все время до Новем с хвостом ходил.

— Представить себя котом и пожелать стать им? Сесть, вспомнить. как это ощущается, когда ты кот? Пол под лапами, ощущение, когда усы касаются предметов, как когти слегка стучат по поверхности, когда ты идёшь, запахи. Мой запах.

— Ни фига у меня когти не стучат, я их втягиваю! — возмутился Баки. — Вот черт!

— Ну я-то не слышал твоих когтей, просто я знаю, что у Барона когти клацают по полу, а у Акури и Юми — нет. И как бароновы когти ни подстригай, они стучать начинают ровно на четвёртый день.

— Старенький он, — буркнул Баки. — Восемнадцать лет коту, чего ты хочешь? У него уже мышцы, втягивающие когти, ослабли.

В бассейне плеснуло. Баки резко повернулся к воде. На берегу, на камне, лежала здоровенная рыба, а вдоль кромки плавал рыболов и сиял, переливаясь всеми цветами, словно здесь, в пещере, было солнце.

— Ты смотри, Стив! — восхитился Баки. — Что он нам принес!

— Ого! И что мы с этим будем делать?

Баки подошел к рыбине и за хвост оттащил ее от воды.

— Тунец, — сообщил он. — Атлантический тунец. Фунтов тридцать, небольшой. Но все равно не съедим, нам готовить негде. Выпотрошу, голову и плавники отрежу и отвезем домой.

Стив наклонился к рыболову, который тут же подплыл ближе, но выпрыгивать из воды не стал.

— Спасибо, Рыбий Пастух, — совершенно серьёзно сказал Стив.

Баки достал нож, присел на корточки и начал разделывать рыбу.

В Сан-Франциско было тепло. Даже жарко. Баки вел машину по Гранд-хайвей к дому и не понимал, в чем дело. Аномальная зима?