- Как ты мог подумать, что когда-нибудь я перестану любить тебя? Ближе тебя у меня никого нет.
- Но однажды этот человек появится. Ты встретишь свою половинку, и глупый друг-педик уже не будет тебе нужен.
Одри заглянула Джошуа в глаза и спросила:
- А ты? Ты стал любить меня меньше после того как встретил Мэтью?
- Конечно нет! – испуганно возразил Джошуа.
- Ну вот видишь. Дружба – это одно, а любовь – совсем другое. Они не мешают друг другу.
- Так значит… ты все-таки влюбилась в мою сестру?
- Что?! Боже упаси! – Одри снова нервно засмеялась.
- Одри! Я ведь не слепой. Я хорошо тебя знаю, и знаю, какой ты бываешь, когда влюбляешься. Поначалу мне казалось, что это невозможно, но теперь я не сомневаюсь. Она тебе нравится, да?
- Я… я не знаю, - Одри растерялась. – Я никогда не думала об этом.
Джошуа вздохнул.
- Ладно-ладно. Себя ты можешь обманывать сколько угодно, но меня все равно не проведешь. В любом случае, даже если у тебя что-то получится с Вивиан, знай, что я не против, но только при условии, что ты останешься моей подругой!
- Конечно останусь! Не будь дураком! – Одри положила руку Джошуа на плечо, и он накрыл ее своей ладонью.
- Еще кое-что насчет Вивиан, - сказала Одри.
- Да?
- Ты ошибаешься. Она не ненавидит тебя. Это лишь маска. Просто роль, которую она привыкла играть.
Джошуа покачал головой.
- Поверь, я лучше знаю Вивиан. Даже если она не ненавидит меня, как раньше, от ее сестринских чувств ко мне уже давно ничего не осталось. Ей просто плевать на меня.
- Ты снова ошибаешься, - Одри покачала головой. – Но не буду переубеждать тебя! Когда-нибудь ты и сам поймешь, что я была права.
- Мне бы этого очень хотелось, - со вздохом произнес Джошуа. – А ты? Простила меня за все, что я наговорил? Клянусь, я не думаю, что это ты во всем виновата! И клянусь, я не жалею, что приехал сюда с тобой!
- Я верю, - улыбнулась Одри. – Я простила тебя, Джошуа.
- Это самые прекрасные слова из всего, что я когда-либо слышал, - искренне ответил Джошуа.
21:06
Все было готово к празднику. Дом теперь украшали апельсиновые Джеки с маленькими свечками внутри, из бумаги Вивиан вырезала несколько привидений и летучих мышей, украсив ими стены. Впрочем, такой дом, как Стоун-холл не нуждался в особенных приготовлениях, ведь он словно был создан для празднования Хэллоуина. Ни дать ни взять – декорации из фильма ужасов.
Джошуа воплотил в жизнь мечту Мэтью и приготовил апельсиновый пирог, использовав оставшуюся мякоть и сок. Также он сварил традиционный глинтвейн, положив в напиток остатки ароматной апельсиновой корки, которой Вивиан угрожала Одри.
Что касается костюмов, то с помощью подручных средств, в особенности косметички Вивиан, Мэтью «стал» зомби, Джошуа и Одри – вампирами, а Вивиан изображала призрак утопленницы, нарядившись в старинное длинное белое платье, найденное на чердаке.
Полностью удовлетворившись мрачным видом друг друга, они устроились в гостиной у камина. К этому времени, словно желая помочь в создании соответствующей атмосферы, началась гроза.
- А давайте сфоткаемся на память! – предложила Вивиан. – Когда еще мы окажемся в таком страшном виде и в таких декорациях?
Все согласились. Лучшая камера была на мобильном Мэтью, и, наснимав друг друга в самых устрашающих позах, Мэтью передал фотки на мобильные друзей.
- А теперь давайте наконец-то есть! – жалобно попросил он, и все расхохотались.
А потом они пили глинтвейн и уминали апельсиновый пирог, болтая так, словно ничего страшного с ними не случилось. Они забылись. Им было по-настоящему хорошо. Впервые Стоун-холл стал не просто зловещим особняком, он стал домом, уютным и спокойным. Им было все равно, что случится с ними ночью, что случится завтра или в следующую минуту, все равно, какие кошмары ожидают их. В конце концов, от кошмаров не убежать, и самые страшные тайны скрывают не старые дома, а человеческие души. И от этого никуда не уйти. От себя не уйти.
Джошуа понял это сегодня. Он успокоился. Он решился. Приготовления к празднику помогли ему расслабиться и… смириться. Принять то, что он совершил десять лет назад.
Джошуа решил, что сегодня расскажет об этом Мэтью. А потом, когда найдет нужные слова, расскажет и Одри. Возможно, когда она узнает правду, ее отношение к Вивиан изменится. Возможно, это поможет им еще больше сблизиться. Джошуа хотел бы этого.
А потому, когда все было съедено, а совместные темы иссякли, Джошуа шепнул Мэтью:
- Мы можем подняться наверх?
- Еще бы! Я уже давно об этом мечтаю! – подмигнул Мэтт.
- Да нет же! – смутился Джошуа. – Мне нужно кое-что рассказать тебе! Это важно!
- Как скажешь. Все что угодно.
Извинившись перед Одри и Вивиан (а Джошуа подумал, что девушкам тоже не помешает побыть наедине и выяснить свои отношения), парни поднялись наверх, в комнату Джошуа, и закрыли дверь.
«Вот и все. Момент настал. Сейчас или никогда. Сейчас ты узнаешь, с каким человеком хочешь связать свою жизнь, Мэтью».
- Сядь, пожалуйста, - попросил Джошуа, и Мэтью послушно уселся на кровать. Джошуа решил не садиться. Если он сядет, то близость Мэтью станет отвлекающим фактором, помешает ему сосредоточиться и сказать все, что он собирается сказать.
- Я слушаю, - ободряюще улыбнулся Мэтью. – О чем ты хочешь рассказать мне?
Джошуа застыл у спинки кровати и рассеянно схватился за нее, словно ища поддержки. Прикрыл на секунду глаза, открыл их и заговорил:
- Помнишь, ты рассказал мне о том, что случилось с тобой в детстве? О случае с тем мальчиком.
Мэтью кивнул и посерьезнел, гадая, к чему клонит Джошуа.
- Однажды и со мной случилось нечто подобное, - выдохнул Джошуа. – Я струсил и поступил подло, и если твоему проступку можно найти оправдание, то моему – нет.
- О чем ты говоришь? – поразился Мэтью. Он смотрел на Джошуа так, словно не верил, что тот вообще способен совершить что-либо подлое. Для Мэтью это было чем-то фантастическим, вроде нашествия пришельцев.
От этого Джошуа становилось еще тяжелее продолжать, но остановиться он уже не мог.
- Мне тоже было десять, когда это случилось. И пусть это не повлекло за собой ничью смерть, но могло бы повлечь. К тому же, это разорвало мои отношения с близким человеком – с моей сестрой.
- С Вивиан? – засомневался Мэтью, словно у Джошуа была еще одна сестра.
- Да. С Вивиан. Я должен был рассказать тебе обо всем этом раньше, но в очередной раз струсил. Я пойму, если ты мне этого не простишь…
- Господи, Джошуа, не тяни, в чем дело?! – разволновался Мэтью.
И Джошуа начал свой рассказ. Он начал с начала. А началом были его отношения с Вивиан. Те времена, когда это еще можно было назвать отношениями. Для Мэтью стало открытием то, что когда-то Вивиан очень любила Джошуа, заботилась о нем и поддерживала. Что не всегда она была вредной, склочной, со злым языком и дурной привычкой оскорблять все, что движется. Джошуа рассказал о том, какой мягкой и нежной была Вивиан, как переживала за него. Он не рассказывал о той Вивиан никому, спрятав ее на чердаке своей души и даже себе боясь показывать. Он всегда рассказывал лишь о том, как Вивиан портит ему жизнь, не дает шагу ступить, издевается, рассказывал о невыносимой сестре-мегере, которой наградила его злая Судьба не известно за какие прегрешения. Такой знала Вивиан Одри. Поэтому поверить в этот образ Вивиан для Одри не составило труда. Но никогда Джошуа не решался рассказывать о той Вивиан, которую он любил.