- С какой именно лестницы? – спросил Мэтью, для которого тема падений все еще была больной.
- Да с главной. Которая в гостиной.
- А точно она сама упала, и никто ей не помог? – поинтересовалась Вивиан, которую явно привлекала тема кровавого убийства.
- Ну, муж вне подозрений. Он в это время был на работе, и к тому времени как он вернулся домой, его жена уже несколько часов валялась мертвая.
- Гадость какая, - не удержался Мэтью.
- Также ходили слухи о самоубийстве. Мол, миссис была так огорчена тем, что у них так и не получилось завести ребенка, что свела счеты с жизнью. Но, как бы там ни было, мы этого уже не узнаем.
- А еще, что здесь еще случилось? – спросила Вивиан, жаждущая услышать очередную страшилку.
- Эй, ребята, может, хватит уже этих историй про привидений?! – возмутился Джошуа.
Вивиан бросила на него раздраженный взгляд. Видимо, она уже достаточно выпила, потому что язык ее развязался еще больше, если такое вообще было возможно. Вивиан сказала:
- Что, боишься не уснуть ночью, малыш? Ах да, совсем забыла, педикам бояться не возбраняется!
За столом повисла тишина. Вивиан, самодовольно ухмыляясь, рассматривала на свет остатки вина в своём бокале. Джошуа опустил взгляд, в то время как щёки его пылали от обиды и стыда за поведение сестры. Мэтью сидел, слегка втянув голову в плечи, словно старался казаться ниже и незаметнее; взгляд его беспокойно перебежал с Джошуа на Вивиан, потом на Одри. Та отложила вилку, выпрямилась на стуле и произнесла спокойным и ровным голосом, глядя Вивиан в глаза:
- Никому в моём присутствии не позволено оскорблять моих друзей. Извинитесь, мисс Хартрайт. Или немедленно покиньте комнату.
Бокал дрогнул в руке Вивиан.
- Не понимаю, в чём проблема, - усмехнулась она, стараясь сохранить в голосе оттенок прежней самоуверенности. – Я всего-то сказала правду. Ну, хорошо, коль наше великосветское общество не терпит моего лексикона, я выражусь иначе. Представителям нетрадиционной сексуальной ориентации - к коим относится мой младший братец, если кто не знал – вполне можно немного побояться, ибо с них спрос не велик. Другое дело, когда некоторые натуралы начинают трястись от ужаса и орать как резаные, всего лишь провалившись в какой-то погреб…
Мэтью уже открыл рот, чтобы ответить на этот выпад, однако Одри его опередила. Её спокойный голос вновь зазвучал с другого конца стола.
- По Вашей логике, мисс Хартрайт, выходит следующее: все или почти все гетеросексуалы являются смельчаками и героями, в то время как все гомосексуалисты должны быть трусливыми ничтожествами. Рассуждение, весьма характерное для гомофоба, впрочем, речь сейчас не о Ваших нравственных качествах. Скажите лучше, в своей «теории» Вы учитываете гомосексуальных женщин, проще говоря – лесбиянок? Если да, то я не подхожу под вашу теорию, потому что мне, как Вы можете заметить, не страшно.
Будь бокал с вином по-прежнему в руке Вивиан, она бы точно его уронила. Но руки её были пусты, так что она просто вытаращилась на Одри, не моргая. Изумление было настолько велико, что девушка даже слегка приоткрыла рот.
Пунцовый цвет лица Джошуа теперь сменился бледностью, потому что совершилось то, чего он так боялся: эти двое столкнулись в открытую. Сейчас Вивиан придёт в себя и начнёт отпускать шуточки, а Одри разозлится и… Что будет дальше, бедный парень боялся даже представить. Ещё больше он боялся посмотреть в сторону Мэтта. Какое выражение сейчас у него на лице, о чём он думает? В каком свете теперь видит его, Джошуа? Эх, нужно было раньше думать. Не стоило даже пытаться подружиться с натуралом, когда рядом добрая старшая сестричка.
Раздался звук отодвигаемого стула. Вивиан поднялась и, не глядя больше ни на кого, пробормотала: «Я хочу спать». Сказав это, она почти бегом покинула столовую. Через несколько секунд на лестнице раздались её торопливые шаги – девушка поднималась на второй этаж.
- Э-э… – произнёс Мэтью. – Я, пожалуй, пойду… посмотрю, как там Вив.
Через минуту Одри и Джошуа остались в столовой одни.
- Вот так поговорили… – вздохнул парень.
- А я рада, - жёстко сказала Одри. – Не обижайся, Джошуа, но таких людей, как твоя сестра, нужно сразу ставить на место. – С этими словами Одри снова взялась за вилку и, подцепив кусочек индейки, отправила его в рот.
Джошуа вздохнул.
- Вивиан не плохая, она просто… не любит, когда с ней спорят. Наверное, ты не поверишь, Одри, но в детстве мы хорошо ладили. Когда мне было четыре года, а ей девять, она после школы шла за мной в детский садик, и по дороге домой мы всегда заглядывали в кондитерскую и покупали там пончики в шоколадной глазури, это было здорово… Наши родители работали допоздна, и мы с Вивиан часто оставались дома одни. Правда, когда мы выросли – точнее, она выросла – всё как-то изменилось между нами. Я даже не знаю, почему…
Прожевав мясо, Одри заметила:
- Как бы то ни было, я надеюсь, что завтра эта сладкая парочка покинет дом, и нам больше не придётся терпеть их фокусы.
Джошуа снова тяжко вздохнул. Если насчёт своего отношения к отъезду сестры он не был до конца уверен, то мысль, что они больше не увидятся с Мэттом, совершенно точно не радовала.
23:14
Джошуа был на кухне, мыл посуду и убирал в холодильник остатки своего великолепного ужина. Холодильник в доме работал исправно, так же, как и газовая плита. С людьми всё обстояло, к сожалению, не так легко, как с бытовыми приспособлениями. До десерта они так и не дошли, а Одри сказала, что не хочет. Она недавно отправилась к себе в комнату, а уплетать свою стряпню одному не было никакого желания, так что парень собирался также подняться наверх, закончив с уборкой. В этот самый момент раздался лёгкий стук в полуоткрытую дверь, после чего на кухне появился Мэтью. Смущённо улыбаясь, он спросил:
- Кажется, ты говорил про десерт? Суфле… какое-то.
- Ягодно-шоколадное, - подсказал Джошуа, - говорят, оно у меня лучше всего получается…
Произнося это, он почувствовал, что краснеет. «Расхвастался тут!».
- Можно попробовать? – спросил Мэтью.
- Конечно!
Джошуа всегда воодушевлялся, когда кто-то желал вкусить плоды его труда. Вот и сейчас он взял деревянную миску с суфле, которую ещё не успел убрать в холодильник, отрезал приличных размеров кусок, положил его на тарелку и протянул Мэтью. Подумав пару секунд, отрезал ещё небольшой кусочек для себя, а затем взял из ящика кухонного стола две десертные вилочки. Они сели за стол в кухне, друг напротив друга. Не притрагиваясь к своей порции, Джошуа следил за тем, как Мэтт надломил тонкую шоколадную корочку и отправил кусочек в рот.
- М-м-м..! – раздалось через мгновение. – Это божественно! Твоя глупая сестра не представляет, чего себя лишила.
- Не беспокойся, - ответил Джошуа, - Вивиан не любит, как я готовлю, и может съесть мою стряпню, только когда нет выбора. Как сегодня.
Какое-то время оба ели – сосредоточенно и почти молча, если не считать Мэтью, периодически издававшего довольное мычание.
- Знаешь, Джошуа, - сказал он, когда его тарелка почти опустела, - твоему парню чертовски повезло!