Полгода в Академии Патруля подходили к концу. Близился тот день, когда небольшому отряду под предводительством Итэна Хантера суждено было впервые вылезти из серых тренировочных катакомб и встретиться лицом к лицу с настоящим врагом. Настроение отряда варьировалось – некоторые рвались в бой, некоторые отмалчивались, хмуро натирая прицел бластера полировкой. Юлий украдкой ухмылялся и выжидал – то будущее, бесноватое состояние, охватившее его некогда, сошло на «нет», отчасти благодаря тренировкам Хантера. Боевой запал сохранился, но и голова протрезвела, теперь он мог адекватно оценивать реальность, и адекватно понимал, что может реально погибнуть. И, на этот раз, никакая сила во Вселенной не будет способна заново собрать его тело.
Между тем, изменения происходили, как и подобает, постепенно - за это время Юлий, к своему удивлению, приобрел множество знакомых. Ему, интроверту от природы, всегда казалось, что находить общий язык с людьми будет сложно для него всегда. Но он ошибался. Сам удивляясь себе, он общался практически со всей группой, хотя наибольшим уважением в его глазах выглядели трое ребят, друживших сами по себе и принявших Юи с Максом в свои ряды. Возможно, виной тому был их стиль – уж больно они напомнили Юлию товарищей Хагу (и его товарищей) по, некогда, «Селестиалу». Крис, Йен и Билл были закадычными приятелями, которым подобает не столько вместе сражаться на поле боя, но и… подкалывать своего лейтенанта, закатывать вечеринки в бараках, да такие, что патрульные сбегаются на пьяный шум, шутить над женщинами (и мужчинами тоже, кстати сказать), и везде совать свои любопытные носы. Так, однажды, во время часового перерыва, когда Юлий принимал душ, к нему в кабинку заглянула довольная морда Йена. Широкая улыбка и блеск в глазах говорили сами за себя – парень уже накатил.
- О, а ничего так, - хохотнул Йен, нахально пялясь на зад Флоурайта. Тот немного опешил, и швырнулся куском мыла, но промазал. – Если захочешь – приходи… кхм, побеседуем, - и Йен тут же исчез, оставляя Юи наедине с мыслями и неизвестно откуда подкатившим желанием. Нет, логично, на самом деле – он ведь вполне себе живой человек, и это также естественно, как дышать… через кислородные маски, ага. Все шло через призму нового. Впрочем, почему бы и… Хотя нет.
Флоурайт понял, что снова впал в некоторую зависимость от прошлого, но он не мог решиться. Заставить себя думать о ком-то, кроме Хагу. Это было жутко глупо и наивно с его стороны – ведь они не давали друг другу клятв верности, даже ни разу не сказали ничего, между ними было только – взаимное желание и притяжение, тогда, на Земле. И потом – на корабле. Пару раз. Так что же его удерживало от естественного? Он не мог дать этому чувство определение.
Что ж, пока все это было только шуточками, и через пару дней Юи и в самом деле пришел, но не затем, на что, возможно, рассчитывал Йен: он пришел с предложением настаивать на ускорении миссии в космос. Их первой настоящей миссии. По каким-то причинам, Хантер уже дважды переносил первый настоящий рейс, толи обстановка была слишком рискованной, толи еще что-то, но парни томились ожиданием, им попросту было скучно. Днем они, кто как, тренировались в зале. Некоторые отключали визоры и бегали друг за другом, по очереди изображая Тени. Некоторые носились в визорах, так было более правдоподобно и привычнее. Юи же носился в визоре и тосковал по своему Марк 8. Серебристый костюм был заперт в шкафу, Макс не мог даже связаться с ним по каналу – Юи же отключил оба костюма перед посадкой… досада! «Почему мне нельзя работать в том, что для меня привычно?» - в очередной раз атаковал лейтенанта Юи, когда речь зашла о подготовке к скорому вылету. – «Ведь, черт возьми, мой костюм сильнее ваших в сто раз, если не в тысячу. Дайте мне пушку, я сам ее внедрю на свой Марк.» Хантер оценивающе осматривал Флоурайта, словно нашел в нем что-то новое. Под таким взглядом коротко стриженные волосы – правила армии никто не отменял – вставали дыбом, Юи казалось, что Хантер буквально сверлит его глазами, или раздевает – ведь каждый думает в меру своей испорченности. Эту мысль Юи постарался подавить максимально быстро.
- Ладно, будь по-твоему. Вылет назначен на послезавтра. Не успеешь поставить локатор и пушку – полетишь в рядовом экзоскелете.
Однако ликование Юи было недолгим – он-то думал провернуть такую же операцию с костюмом Макса, чтобы оба – человек и андройд – были в одном канале связи. Конечно, канал отряда никто не отменял, но кто запрещает иметь свой собственный… так вот, поставить 2 пушки и 2 локатора на 2 костюма за 1,5 дня он попросту не успел. Поспать он успел всего 4 часа, и был разбужен Максом в авральном режиме – они опоздали на построение, за что схлопотали от Хантера. Это был последний тренировочный день перед вылетом.
Андройд никак не отреагировал на извинения Юи касательно костюма, только лаконично твердил «Конечно, сэр», «хорошо, сэр»… Это «сэрканье» уже порядком достало человека, ведь за эти полгода Юи уже привык к Максу настолько, что воспринимал его скорее другом, немного странным, но человеком, нежели его личной собственностью, которая его постоянно «сэрит». Пришлось повозиться и переписать этот речевой код. И на этом их застукал Хантер. Конечно, лейтенант и не думал, что «Макс Флоурайт» - настоящий человек, как он сам сказал, он думал, что это скорее немного тронутый на голову марсианин, выдающий себя за человека. Это была лишь шутка юмора, но вид раскрытого черепа с торчащими из него проводами, уходящими в бортовой компьютер отряда, кажется, несколько его шокировал.
- Так ты можешь им управлять? – Хантер с интересом подошел к парочке. При всем том, что Максу перезагружали память, его тело оставалось живым и посматривало на Итэна голубыми глазами.
Юлий пожал плечами – программа перезагрузилась, и он начал отсоединять провода, сматывать их, и затем убрал в свой кейс.
- Не то, чтобы управлять… хотя. Можно и так сказать. А что? – Флоурайт выключил компьютер и встал рядом с Максом, тот повернул голову и смотрел сейчас на Юи странным взглядом. – А ты чего? – шикнул он на блондина.
- А ты мог бы приказать ему… сделать что-то? И он послушается? – медленно спросил Хантер. Юи помрачнел.
- Мог бы, но смотря что. Вот оторвать голову кому-нибудь – пожалуйста. Но спрыгнуть с моста – нет. У него есть блок защиты от самоуничтожения.
- Я не об этом. Слушай, у него ведь нет души, верно? А значит, ему все равно, так? – Юи начинал догадываться, о чем твердит лейтенант, и мрачнел все больше. Непроизвольно, он даже сделал шаг вперед и вбок, заслоняя плечом Макса.
- Может быть, у него и нет души, но ему не все равно. – Сквозь зубы процедил Флоурайт.
- Да расслабься. Я ему ничего такого не сделаю. Верну как новенького. – Хантер испытывающее посмотрел на Юи, как лейтенант – на солдата. Тут Юи пришла в голову мысль, что вот сейчас этот человек спокойно может просто отдать ему приказ… а если Юи откажется подчиняться – его попросту отстранят. А Макса заберут. Ну уж нет, не быть этому… Юи уже начал планировать дальнейшие шаги, как вдруг…
- Я принадлежу Юлию. – Спокойно отчеканил андройд, кладя руку на плечо «хозяина». Казалось, оба, и Хантер, и Флоурайт, одновременно потеряли дар речи. Наступило молчание, спустя минуту оно было нарушено – Итэн хмыкнул себе под нос, произнес короткое «ну и ну», и ушел, загадочно улыбаясь и не сказав больше ни слова.
- Что это было, черт бы его побрал? – недоуменно произнес Флоурайт в пространство. А еще это «Юлий» вместо привычного уже для того «Джулиана»… Что-то поменялось?…
…
Как оказалось позднее, оба эпизода были проверкой «на вшивость». Не совсем понятно, почему эта проверка состоялась практически перед вылетом и чего конкретно добивался Хантер, но сальные шуточки отпускать перестал, махнув рукой и сказав – «делайте что хочется, через пару дней нас ждет мясорубка». Зато в казармах этой ночью с утроенным усердием стали говорить о женщинах. Женщины… Юи смотрел на плакаты, которые некоторые вешали над койками, и не понимал, почему ему это безразлично. Когда-то, еще на Земле, у него была жена, а до нее – девчонки. Он был истинным натуралом и мысли о мужчинах вызывали отвращение (впрочем, таких мыслей попросту не было, зачем они?). Потом в его жизни появились сразу несколько человек, несколько мужчин, перевернувших его мир с ног на голову. Что ж, теперь… теперь никого нет.