– Красивый язык, красивая музыка, но я бы предпочёл услышать от Витариэна другую песню, ту, которую он только что спел, но со словами, – надломленный годами, но ещё глубокий голос зазвучал мягко, словно подкрался на пушистых лапах.

Арамина обернулась и увидела старика в сером залатанном балахоне. Капюшон был откинут, и седина искрилась на солнце, словно свежевыпавший снег.

– Эта песня прекрасна. От чего же вы жаждете другую? – тихо спросила его девушка.

– От того, что именно сейчас её есть кому услышать, – отозвался старик и заглянул в синие глаза ритийки. Та вздрогнула. Острый взгляд как будто коснулся сердца. Но старец тут же отвернулся и, кажется, всецело погрузился в созерцание менестрелей.

Арамина последовала его примеру. До сих пор ей приходилось видеть эльфов лишь раз, а слышать не приходилось вовсе. Песня закончилась удивительно высокой и нежной нотой, и музыканты на некоторое время замолчали. Площадь разразилась аплодисментами.

– Прекрасный мальчик и поёт прекрасно. Но всё же, я бы хотел услышать иное, – старец вновь посмотрел на девушку и заговорил по-эльфийски. Слова казались знакомыми и лились, будто родниковая вода, но смысла Арамина уловить не смогла. Старик замолчал и усмехнулся.

– Кто вы? – спросила целительница, пытаясь понять, почему старик заговорил именно с ней.

– Зови меня Странником, – старец снова устремил взор на сцену.

– Странником? – Арамина на миг оглянулась на музыкантов, вновь заигравших что-то мелодичное. Ответа не последовало. Старика рядом не было. Вокруг стояли ритийские целители и те селяне, что оказались посмелее. Ничто не намекало ни на присутствие Странника, ни на его поспешное бегство сквозь плотную толпу.

– Кажется, я схожу с ума, – целительница тряхнула кудрями, заставив себя отбросить лишние мысли, и вслушалась в невероятную музыку.

***

– Что нового могут рассказать эти целители? – лениво поинтересовался молодой человек, разглядывая клинок охотничьего кинжала. Проникавшее сквозь полуприкрытые занавеси солнце заливало просторный кабинет. Блики от клинка скользили по книжным стеллажам вдоль стен и по массивному столу из красного дерева, за которым сидел тонкий черноглазый старец.

– Как минимум, трое из них должны неплохо знать эльфийский, – советник оторвался от изучения бумаг, – а может, и больше.

– Вам мало знаний адептов? – прищурился юноша, спрятав кинжал. – Раньше вы говорили, что все найденные тексты переведены и изучены.

– Язык Эдель-Тора слишком образен. Наших знаний не хватает, чтобы эти образы расшифровать. Учителя одни и те же, нам нужен кто-то со свежим взглядом. Мы ведь можем просто не знать второго смысла какого-нибудь выражения, – старик зарылся пальцами в свои седины. Молодой человек поднялся легко и стремительно, словно отпущенная пружина. Несколько раз пройдясь по комнате, он остановился между лапами лежащей на полу медвежьей шкуры.

– Я надеюсь, ваши ожидания оправдаются. Срок, указанный Ранталом, подходит к концу, – проговорил он, повернувшись к окну.

– Если мы сможем хотя бы предположить, где находятся Врата, король даст нам и время, и золото. Он ждёт этого не меньше, чем все мы.

– Отыскать Врата – меньшая половина. Нужен ключ, – напомнил молодой маг.

– Нет такой двери, какую нельзя открыть без ключа. Вблизи Врат сила наша приумножится. И сейчас нас гораздо больше, чем во времена Великой Битвы. А тогда эльфы едва справились с несколькими десятками магов Бездны. Сейчас противостоять им будут три сотни адептов Ордена, – советник говорил всё с большим воодушевлением, но вдруг сник. – Если только мы успеем найти Врата.

– Может быть, и успеем… – чуть отсутствующе согласился юноша. – Я вот всё думаю, к чему мы стремимся? Бездна даёт абсолютную силу и абсолютную власть. Но что такое – абсолютная власть трёхсот магов? Это хаос! С которым, если не ошибаюсь, и боролись эльфы.

– Арнор! – советник резко поднялся, ударив по столу кулаком. На полированной крышке остался обугленный отпечаток. – Я позволяю тебе свободу мысли лишь потому, что ты мой сын. Но свободы в речах я не позволю даже тебе! Ты хочешь поставить под сомнение идею, во имя которой сотни лет жили и умирали маги? Время идёт, Арнор. Мы стали мудрее. Сила Бездны позволит покорить не один этот мир, а все, какие есть в Звёздном Круге! В древних описаниях говорится, что Врата Бездны открывают все пути Бесконечного!

– Возможно, я слишком молод, чтобы представить себе бесконечное, – невозмутимо пожал плечами Арнор и направился к двери.

– Тогда тебе должно быть довольно того, что сила твоя станет полной и постоянной. И тебе не нужно будет ждать заката, чтобы развести огонь. Ни одна звезда не даст тебе столько сил, сколько может дать Бездна!

– Я слышал всё это, отец. Много, очень много раз. И я осознаю необходимость наших поисков. Я лишь говорю, что если Врата останутся сокрытыми, жизнь на этом не закончится. Я пойду, – решительно сказал он, не дав излиться ещё одному потоку убеждений, – вы ведь поручили мне подготовку к встрече ритийских гостей, – пригладив длинные чёрные волосы и подхватив с кресла широкополую шляпу, звёздный маг покинул кабинет и направился к лестнице.

– Проклятие Девяти Небес, – тихо прошипел советник, – ни один адепт Ордена не дожил бы до двадцати двух лет, имея подобные убеждения. За какие грехи ниспослан мне такой упрямый сын? Весь в покойную мать…

***

– Друг мой! Витариэн опережает вас на несколько дней, – сочувственно покачал головой староста. – Его кони столь быстры, что он, наверное, уже и Торл проехал. Оттуда в порт ему день пути.

– Как же так? – расстроился Дейдан. – Ведь мы спешили, как могли!

– Гружёной подводе никак не угнаться за лёгкими всадниками. Я же говорил, – ответил вместо старосты Гор. – Скажи, милейший, а разве эльф не будет петь в Нарне на празднике?

– Он говорил, что скучает по морю, и ни словом не обмолвился о Нарне. Да и что им, эльфам, наши праздники? Так, суета. Я думаю, вы его не застанете.

– Что ж, попытаться стоило, – вздохнул Дейдан, когда гостеприимная деревня осталась позади. Мастер сидел на козлах и задумчиво глядел вдаль.

– И куда ты теперь? – сидевший рядом кузнец лениво погонял двух кряжистых лошадок.

– В Великий Город, как собирался раньше. Надеюсь, те эльфы, что гостят там, по морю соскучиться не успели.

– Ну, тогда в Торле я с тобой попрощаюсь. Оттуда до Взморья ближе, чем от столицы. Большой тракт, дорога прямая, как стрела, и гладкая, как скатерть. Доберёшься дней за двадцать.

– Пешком? – изогнул бровь мастер.

– Да, пешком подольше, – согласился кузнец и огляделся. Залитый предвечерним солнцем тракт был совершенно пуст. Встречных путников не было, а попутные либо остались в деревне, либо обогнали подводу кузнеца и скрылись вдали.

– Что-то потеряли, мастер Гор? – спросил Дейдан, тоже оглянувшись.

– Давно я по этой дороге не ездил. Теперь вот пытаюсь вспомнить, далеко ли до следующей деревеньки. И спросить, как на грех, не у кого. А то Эл мимо проехали, а может, надо было там на ночлег остаться?

– Солнце ещё высоко. Да и не возвращаться же, – Дейдан посмотрел назад, но даже дыма печных труб уже не было видно.

– Вперёд и только вперёд? – усмехнулся Гор и широко зевнул.

– Ну… можем и спросить, – мастер вдруг разглядел у дороги в тени дерева великолепного коня, а потом и высокую фигуру в сером плаще. Похоже, незнакомец разговаривал со своим скакуном.

– Скажите, милейший, далеко ли до ближайшего селения? – окликнул его Гор, останавливая подводу.

– Вдвое дольше отсюда, чем до того, что вы оставили позади, – прозвучал мелодичный звонкий голос. Незнакомец откинул капюшон и обратил на путников ясные голубые глаза.

«Если бы я был девушкой, я был бы поражён в самое сердце», – с улыбкой подумал Дейдан, разглядывая прекрасные тонкие черты золотоволосого юноши.

– Благодарю, сударь! Да будут ясными ваши дни, – Гор взялся за поводья, но Дейдан остановил его.