- Они еще не научились жить на суше, но осталось недолго. Интересно, скоро ли появятся птицы... - Зверь мечтательно прикрыл глаза.
- Твой мир еще так несовершенен.
- Разумеется. Но мой мир уже в равновесии. Он может развиваться сам, а могу я добавить в него что-то новое - но даже в этом случае он сам решит, принять изменения и подстроиться к ним или вернуться в изначальное состояние. Он, как эти ящерки, готов вылупиться из яйца.
Зверь и Хранитель вновь появились в замке в горах. Демон чуть отстранился:
- Глупо. Твой мир еще такой первобытный, такой молодой. Его так легко разрушить. Да он сам еще миллион раз разрушит себя изнутри.
- Кто знает, кто знает. Но с каждым днем он все более самостоятелен.
- Самостоятелен в яйце?
- Вот тут ты прав, Бессмертный, - в воздухе перед Зверем повисла переливающаяся сфера, камень удачи. - Пока еще он в яйце.
Хранитель вытянул вперед руку, почти дотронувшись до камня. А затем резко швырнул его об стену. Осколки рассыпались по залу со стеклянным звоном. Магия молодого мира вспыхнула, просыпаясь в мире более старшем. Почти ощутимая рябь пробежала по магическому куполу...
- Да будет так, - Зверь наклонил голову.
Хранитель повернулся к двум девушкам:
- Ваше время вышло.
Они слаженно шагнули вперед, соглашаясь. Огненные змеи метнулись к их ногам. Заклинание перехода - и только Зверь остался стоять посреди опустевшего зала.
Поздним вечером Эстерой вышел из здания Совета. Он был молчалив, как всегда, и, как всегда, задумчиво помахивал тростью, быстрым шагом направляясь к городским конюшням. Один. Не успел он завернуть за угол, как неведомая сила подхватила его и отбросила на другую сторону улицы. Из темноты появились два силуэта - иерархи. Гладиатор подошел вплотную и оперся рукой о стену позади Эстероя. Окажись любой другой на его месте, сильнейший удар о стену и внезапность, с которой все было сделано, изрядно поубавили бы его уверенность в своих силах, но этот странный человек только улыбнулся нежданной встрече. Не желая терять ни минуты времени, Гладиатор приблизил голову почти к самому лицу Эстероя и процедил сквозь зубы:
- Где Каире?
Похоже, такое начало не произвело на Эстероя должного впечатления, потому что в ответ он лишь наклонился к самому уху Гладиатора:
- Руку убери.
Неслыханная дерзость, какой Гладиатор еще не встречал. Внутри у него все словно взорвалось черной ненавистью к стоящей перед ним личности, однако руку он почему-то убрал, и даже отступил на шаг назад. Отстранившись от стены, Эстерой не спеша стряхнул пыль с плеч и огляделся.
- Не скажу, что рад видеть вас, уважаемые, но выбирать, похоже, не приходится. Чем обязан?
- Где Каире? - Гладиатор повторил свой вопрос, вложив в два слова столько эмоций, что даже Ваятель удивленно поднял брови.
- Каире? Я за неё.
Иерархи переглянулись. Самоубийца он что ли? Гладиатор снова подхватил его потоком магии, отшвырнул в сторону. Ох, не следует смертным злить Гладиатора.
Эстерой поднялся.
- Твой последний шанс, тварь, - маг снова оказался рядом, - где она, отвечай!
В тёмном переулке Эстерой мягкой тенью перетек Гладиатору навстречу, ухватил его за начавшую отрастать бородку, притянул к себе, почти коснувшись с ним лбами:
- Слушай меня внимательно, маг. Я скажу это медленно, чтобы ты понял: Каире больше нет. Просто нет, и все, - он перешёл на шепот, - Каире где-то там, среди бесконечного числа миров, доступных Ксаргону, и возвращать он её не собирался.
Гладиатор отшатнулся.
- И все это ради того, чтобы прикрыть ваши трусливые задницы, чтобы Империя, какой мы её знаем не одну сотню лет, продержалась чуть дольше, чем до завтрашнего утра. Так что, если вам есть, что сказать, - говорите.
Некоторое время они ещё сверлили друг друга ненавидящими взглядами. Не дождавшись ответа, Эстерой растворился в тёмном облаке, тут же опавшем, а иерархи ещё долго стояли, глядя в пустоту.
- Мне кажется, коллега, мы упустили что-то важное в магии нашего мира...
Поначалу Гефер даже не понял, что произошло. После пережитого в ущелье он едва начал вновь осознавать себя в тихом, черном нигде. Интересно, кто его сюда определил - Ксаргон? Или сам Данатиэль сжалился? Вот будет удивительно, если второе... Гефер-призрак попытался занять вертикальное положение, хотя бы относительно пола. Пол-то, наверное, горизонтальный, раз он на нем лежал. Новых ориентиров после этого упражнения не прибавилось, и Гефер задумался, что делать дальше.
Его мысли (или их отсутствие) прервал Ксаргон. Демон с тихим хлопком появился рядом с Гефером, молча сгреб призрака одной рукой и так же молча перенесся куда-то в мир. За короткое мгновение переноса Гефер благодаря остаткам эмпатии уловил раздражение и какую-то растерянность демона. "Повезло тебе," - буркнул Ксаргон, стряхнул его со своего плаща и исчез.
Вот что это было? Гефер огляделся. Интересно, он хотя бы в Империи? Насколько хватало глаз, вокруг под свинцовым осенним небом простиралась проклятая земля. Пожелтевшая трава клоками покрывала черную, твердую как камень землю. Тут и там виднелись кривые, уродливые деревца, сбросившие листву при первых намеках на приближение холодов. Осознание пришло, но верить ему не хотелось. Черная гряда. Край падших. Афель-Наар... Гефер опустился на подвернувшийся камень...
И тотчас вскочил на ноги. Камень - твердый. Не думая, как он будет выглядеть со стороны, он поднес к лицу руки, смотрел на них, обхватил голову и даже подергал себя за волосы. Из глаз брызнули слезы. От радости. Сомнений быть не могло: он снова получил тело! Ноги вдруг сделались ватными, и он грохнулся на колени. Было больно, но от этой боли Гефер словно проснулся в этом мире. Кое-как он вновь вскарабкался на камень и осмотрел себя. Ксаргон даже потрудился создать ему одежду, что-то очень похожее на то, в чем он дезинтегрировался. Ушибленное колено саднило. Кровь. Надо же, это и впрямь человеческое тело. Гефер провел ладонью по шершавому камню, словно еще до конца не веря в реальность своего существования. На руке обнаружился перстень. Интересно, это у демона такое извращенное чувство юмора? Сильнейший артефакт, уникальный, единственный в этом мире, был абсолютно пуст, ни на что не годен. Побрякушка.
Эта мысль напомнила Геферу кое о чем еще. Сила. Он потянулся к родной магии, но нет, тут Ксаргон был последователен: силы не было. Гефер даже не удивился, но теперь его мысль заработала в другом направлении. Он обшарил карманы. Ничего. То есть из предметов у него только пустой перстень. И он один посреди Гряды. Холодный ветер напомнил, что летний балахон уже тоже не самое лучшее одеяние.
Теперь Гефер более осмысленно огляделся по сторонам.
Всюду, насколько хватало глаз, расстилалась однообразная каменная равнина. Гефер поднял глаза к небу. Рваные свинцового цвета тучи плыли над головой по серому осеннему молоку. Где-то справа молоко едва заметно белело, и от этого тучи казались еще страшнее. Бывший великий иерарх бесшумно рассмеялся: стоило жить четыреста лет, чтобы прикидывать стороны света по солнцу, сидя на холодном камне посреди Черной гряды! Однако же, пора выбираться отсюда, и желательно поскорее - иначе придется кому-то опознавать его по перстню. Солнце, похоже, еще высоко, значит, где-то там юг. Гефер поднялся и пошел, оставляя солнце по правую руку. По пути он подобрал пару камней, удобно ложившихся в ладонь, и сломал себе на посох небольшое деревце. Остатки корней, торчащие в разные стороны, делали посох еще и каким-никаким оружием. Гефер покрутил его в руках и остался доволен. Тут он, кстати, вспомнил добрым словом Каире, в свое время научившую его не полагаться исключительно на магию. Заинтересовавшись, он тогда даже немного потренировался. На скелетах. Не то, чтобы полученные навыки вселяли уверенность, но все равно было поспокойнее.