В какой-то момент разговора я высунула руку в окно и почувствовала дуновение теплого бриза. Я могла буквально ощутить пальцами и кистью плотный, густой воздух, скользивший по моей руке вверх и мгновения спустя влетавший внутрь машины. Шли первые дни сентября, и в тот момент я могла отчетливо ощутить, как южноамериканская зима начинает плавно перетекать в весну. Это ощущение пробудило во мне желание все замедлить. Я была так зациклена на скорости этого путешествия, на бешеном ритме, криках и полетах над горами. Я захотела взять паузу, пусть и недолгую.

Мне стоит притормозить.

Я повернулась к Крису и спросила, не хочет ли он остановиться, может, прогуляться где-нибудь. Ехать нам оставалось недолго, в то время как рейс на юг был намечен только на раннее утро следующего дня. Наш план заключался в том, чтобы найти дешевый, а значит, захудалый отель поближе к аэропорту. День был просто потрясающий. Я нисколько не спешила попасть в этот самый захудалый отель.

«Я знаю идеальное место», – спокойно сказал Крис.

Я была не до конца уверена, откуда он знает это «идеальное место», учитывая, что мы находились бог знает где посреди аргентинских просторов, но все же рискнула.

«Здорово, – сказала я, кивая. – Я на все согласна».

Спустя примерно двадцать минут Крис свернул с главной дороги и повел машину по широкой гравийной дорожке, недолго бежавшей вдоль основной трассы, а позже ушедшей влево на дорогу, со стороны выглядевшую как подъездная, она огибала чью-то частную территорию. Я увидела вполне обычный проволочный забор, обозначавший границы территории, походившей на старую ферму, и в конце пути мы оказались у маленьких ворот. Крис вышел из машины и приподнял тонкую проволочную скобу, закрепленную на деревянном столбе. Казалось очевидным, что он уже бывал в этом месте раньше, но также было вероятно и то, что он был нарушителем, вторгшимся в частные владения, просто очень опытным. Я наблюдала за тем, как он распахивает ворота настежь. Вся территория выглядела заброшенной. Внезапно я занервничала. Я просканировала свою систему красных флажков и засекла на радарах маленькую вспышку паники.

Действительно ли я так хорошо знаю этого парня? Где именно мы находимся? Было ли умно с моей стороны сворачивать с главной дороги с человеком, которого я едва знаю, лишь потому, что он сказал, что знает «идеальное место»? Какого черта? Что мне теперь делать?

Крис сел обратно в машину. «Мы почти доехали», – сказал он, и лицо у него расплылось в нехарактерной для него улыбке. Я подумала, что меня сейчас вырвет.

О, господи. Могу ли я убежать? И куда направляться? Так, бумажник и паспорт рядом?

Я замерла на своем сиденье, но мысленно уже подготовила себя бежать со всех ног. Я смотрела, как узкая дорога раскрывается перед нами. Довольно скоро Крис припарковал машину.

«Мы прибыли!» – объявил он.

Я вылезла из машины, и рот у меня раскрылся от изумления. Ряды идеально сложенных бревенчатых домиков были разбросаны по обе стороны от нас, а самый большой из них стоял на изготовке посередине и выглядел как полухижина, полузамок. В большом кольце слева от нас резвились лошади, а навстречу нам выскочили два огромных золотистых ретривера: они во весь опор мчались к нам, высунув языки и виляя хвостами. Вдали виднелся лес, густой, напоминавший очертаниями Шварцвальд, он взбирался по склону зубчатой горы, а сразу за домиками виднелось очередное великолепное аргентинское озеро. Оно выглядело как сапфир на руке королевы. Запахи хвои и костра, в котором жгли поленья, витали в воздухе.

«Это – Пеума-Уэ, – сказал Крис, с лица которого все никак не сходила улыбка. – На языке туземцев мапуче это значит «место из сновидений».

Я стояла тихо, пока мое яростно стучавшее сердце переключалось на более замедленный, ритмичный темп. Если это было той паузой, которую я ждала, что ж, сойдет.

Дверь в главный домик открылась, и в нашу сторону направились мужчина и женщина. Когда они подошли ближе, мужчина широко раскрыл свои руки, чтобы от всей души обнять Криса.

«Крис! Вау! Так приятно тебя увидеть, – сказал он. – Как ты, друг мой?» Он говорил по-английски, но с сильным аргентинским акцентом. Женщина стояла позади него, держа в руках крошечного котенка.

«Я здорово, Фернандо. Очень хорошо, – сказал Крис. – Ева здесь?» – спросил он. – Я бы хотел познакомить ее со Стеф. – Он повернулся ко мне: Ева – владелец», – объяснил он.

«Нет», – ответил Фернандо, – она уехала. Но заходите, заходите же. Мы завели новых маленьких котят. Давайте-ка мы сперва нальем вам маттэ, а потом приступите к знакомству с котятами».

«Отлично, – сказал Крис. – Мы ехали в аэропорт на завтрашний ранне-утренний рейс, и я подумал, что будет клево немного отдохнуть от дороги. Можно прогуляться и показать Стеф округу?»

«Разумеется, друг мой, – сказал Фернандо. – Но если ваш рейс только завтра утром, где же вы ночуете сегодня?»

«Ой, да найдем какой-нибудь отель около аэропорта», – сказал Крис.

«Нет, нет, – твердо возразил ему Фернандо. – Вы останетесь здесь, с нами. Мы настаиваем. Мы подготовим вам комнату, там и заночуете. На обед у нас свежая trucha[21]. Поймали сегодня утром. А кроме того, – продолжал он, – по утрам дороги всегда свободы. Отсюда вам будет легко добраться до аэропорта».

Крис взглянул на меня, ожидая моего согласия. К тому времени я была уже довольно далеко от мысли о том, что Крис планирует забить меня до смерти дубиной где-нибудь в лесу. То есть это все еще было возможно, но золотистые ретриверы, суетившиеся у моих ног, и тот факт, что молодая женщина теперь занималась кормлением котят из бутылочки, утверждали обратное. Добавьте к этому обед из свежей форели и поймете, почему я была готова рискнуть.

Я пожала плечами и кивнула в знак согласия.

Крис вновь повернулся к Фернандо. «Ты уверен? – спросил он. – Мы не хотим доставлять вам неудобств».

«Никаких неудобств, – сказал Фернандо, – и я знаю, что Ева бы хотела, чтобы вы остались. Почему бы вам не взять каяк, пока мы подготавливаем вам номер?»

Фернандо проводил нас к лодке, находившейся на дальнем участке территории, после чего вернулся обратно в главный домик, чтобы приготовить для нас комнату.

Крис и я вытащили каяк на свободу, и Крис принялся рассказывать мне подробности своего знакомства с Евой, владелицей Пеума-Уэ, с которой он теперь дружит.

«Я услышал об этом месте до своего приезда, – сказал Крис. – Не помню от кого, может узнал в процессе поиска информации об этой местности. Как бы то ни было, когда я приехал сюда, очень захотел познакомиться с создателем, тем, кто обустроил все это. Так мы с Евой договорились пообедать вместе, и ощущения были… тебе знакомо чувство, когда ты встречаешь человека, с которым у тебя мгновенно налаживается взаимопонимание?»

«Мм-угу», – сказала я, кивая головой.

«У нас с ней было именно так, – сказал Крис. – В профессиональном плане. Мы оба вложили сердце и душу в создание мест, смысл которых – помогать людям вылечиваться, таких мест, где можно ощутить единение с природой и трансформировать себя как личность».

Крис имел в виду свою некоммерческую организацию, которой управлял в Штатах. Он немного поведал мне о ней, но на тот момент я не понимала масштабов его деятельности и не осознавала, с какой страстью он работает. Внезапно мысль об этом щелкнула в моем мозгу. Постойте, а он действительно очень классный парень. То есть прям реально классный. Да он милосердный горец, ей-богу, мужская версия Матери Терезы.

Крис продолжал говорить, пока мы тащили каяк к кромке воды. Я залезла на место спереди, пока он крепко держал лодку руками. Он проскользнул на заднее и аккуратно оттолкнул нас от берега, мы начали грести. Вблизи озеро выглядело как гигантский изумруд, и с каждым гребком под нашими веслами проплывали потоки искорок, словно из платины. Когда мы добрались до середины озера, Крис стал подначивать меня опустить руку в ледяную воду. Мы стали соревноваться, кто дольше продержится. Крис победил, но лишь потому, что я смеялась так громко, что едва смогла отдышаться.