“Всё-таки гномам стойкости не занимать”, − в очередной раз поняла Камелия.
Улучив момент, когда Торин отвернулся, чтобы что-то сказать Балину, а Кили обменивался шуткой с братом, она вылезла из-за стола и направилась в сторону своей комнаты, не замечая вмиг устремлённых ей в спину взглядов короля и младшего принца…
***
Фили и Кили вскоре после ухода хоббитянки тоже направились в свою комнату, прихватив с собой непочатую бутылку эля. Неразлучные братья, в Синих Горах всегда жившие вместе в одной комнате, не стали менять традицию и теперь. В результате многолетней запущенности помещения Эребора имели неуютный, необжитый вид и навевали уныние, а когда живёшь вдвоём с братом, этого почти не замечаешь.
Принцы расположились прямо на ковре у камина. Немножко времени и усилий − и вот в камине запылал жаркий огонь, согревая и разгоняя вечерний мрак. Пока Фили откупоривал бутылку и разливал эль по кружкам, Кили оживлённо делился с ним своими откровениями:
− Я вот всё думаю, как это мы удачно не прогадали со взломщиком, вернее, со взломщицей. Я-то раньше думал, хоббиты ни на что не способны, а оказывается эти домашние кролики с милыми мордочками умеют не только в своих норках грызть морковку.
− Всё равно не все они такие смелые и находчивые, − заметил светловолосый гном, протягивая ему наполненную кружку.
− Да мне и не нужны все, − забирая кружку, лучник взмахнул руками и чуть не расплескал её содержимое. − Я говорю вовсе не о них, а о нашей Камелии. Понимаешь, к чему я веду? Ну, в общем, понравилась она мне.
− Ну, я примерно так и понял, − усмехнулся Фили. − И насколько давно это у тебя?
− Ещё с начала похода, − широко улыбнулся Кили и, повертев кружку в руках, добавил: − Тогда я не принимал это во внимание, думал всё из-за того, что она единственная девушка в отряде. Но со временем понял, всё куда серьёзней! Кажется, я влюбился… Ну, чего молчишь, Фили? − он легонько пихнул задумчивого брата в бок.
Фили помедлил с ответом, не спеша глотнул эля и затем озадаченно сказал:
− Знаешь, по-моему, дядя тоже не ровно дышит к нашей взломщице.
− Да ну, − отмахнулся Кили. − С чего ты взял?
Светловолосый принц придвинулся к нему поближе и, понизив голос, стал увещевать брата:
− Ну, смотри: помнишь тот случай, когда она спасла его от Бледного Орка, и Торин потом на той скале обнял её? Так вот, я ещё тогда удивился, с чего бы это наш дядя, всегда такой хмурый и серьёзный, вдруг полез обниматься? Да ещё так демонстративно, при всех…
− И что с того? − отмёл его довод, как неубедительный, Кили. − Скажешь, ты не был бы благодарен тому, кто тебя спас? До дяди дошло, что он был несправедлив к ней, и так выразил свою признательность и извинения. Вот если бы Камелия меня спасла, я б её вообще на руках до самого Эребора нёс!
− Пусть так, − согласился Фили. − Но потом я тоже замечал немало странного. Торин всех подозревал в краже Аркенстона, даже нас с тобой, но только не взломщицу. Однажды вижу я, дядя ей так улыбается, словно видит перед собой этот самый Аркенстон.
− Когда такое было-то?
− После того случая, как наш дорогой дядюшка, находясь не в своём уме, объявил, что жестоко отомстит всякому, кто оставит Аркенстон при себе.
Младший принц задумался, переосмысливая полученную информацию.
− Ай да дядюшка! − присвистнул, наконец, он. Никак Кили не ожидал, что у него появится ТАКОЙ соперник. − Вот уж кто бы мог подумать!.. Но я всё равно не отступлюсь. Выбор в такой ситуации всегда остаётся за девушкой, так что пусть Камелия сама решает, кто ей больше по сердцу. Мне почему-то кажется, она тоже не в курсе дядиных намерений. Он открыто их не выказывал, и никаких явных ухаживаний с его стороны не было.
− С твоей стороны, между прочим, тоже, − напомнил Фили, прекрасно понимая, что это не огорчит Кили, а напротив, только подстрекнёт. Как бы ни было тяжело старшему наследнику видеть любовные страдания дяди, он даже в таком вопросе всецело был на стороне брата.
− Да, верно, − озадаченно произнёс лучник и тут же расплылся в улыбке: − Придётся мне по-быстрому навёрстывать упущенное!
Воодушевлённый Кили, мысленно уже празднуя победу, одним махом допил эль и вытер губы тыльной стороной ладони. Затем он отставил пустую кружку и начал осматривать неприглядные голые стены, словно ища на них зацепку, с чего бы начать свои ухаживания.
− Может быть, ей подарить что-нибудь такое драгоценное, а? − предложил он. Хотя Кили и не ставил золото превыше всего, но, как любой гном, мыслил практично. − Как думаешь, Фили?
− Только не Аркенстон, - не удержался от шутки светловолосый принц. − А вообще, если хочешь мой совет, братишка, то повремени пока с дорогими подарками. Сдаётся мне, Камелии уже тошно смотреть на золото.
− Да, точно, не стоит с этого начинать. Тут нужно придумать что-нибудь другое…
Радостно улыбаясь одними уголками губ, Кили посмотрел долгим, невидящим взглядом на весело пляшущие языки пламени. Внезапно улыбка исчезла с его лица, как будто он вспомнил нечто ужасное.
− Говоришь, дяде приглянулась хоббитянка? − медленно проговорил Кили, поворачиваясь к брату. − Так он же ушёл из зала считай вслед за ней!
Живо подскочив на ноги, он опрометью побежал в коридор.
− Может, он просто пошёл спать, − крикнул ему вдогонку Фили и, не получив ответа, бросился догонять брата, попутно моля Махала, чтобы Торин и в самом деле мирно спал сейчас в своих покоях.
========== Часть 3 ==========
Если бы Камелия на выходе из зала решила вдруг обернуться, то, может быть, и заметила бы, что Торин, не отрывая от неё пристального взгляда, собирается идти за ней следом. Но ничего такого ей, разумеется, и в голову не пришло. Ну и правда − зачем?
Она спокойно шла себе, предвкушая долгожданный отдых да ещё думая о том, как всё-таки неудобно в Эреборе устраивать застолья. Вот, к примеру, в благоустроенных, относительно небольших хоббичьих норках было гораздо лучше. Если ты сама хозяйка, то после ухода гостей достаточно сделать пару шагов − и ты уже в спальне. А если находишься в гостях… то ведь можно и попроситься переночевать. Здесь же, в Горе, приходилось плутать по запутанным, плохо освещённым коридорам, чтобы добраться до своей комнаты.
В какой-то момент Камелия услышала позади себя шаги. Сердце на миг дрогнуло, когда она, быстро обернувшись, увидела тёмную фигуру. Однако через пару секунд хоббитянка облегчённо выдохнула, разглядев, что это всего лишь Торин. Хотя как сказать “всего лишь”… Торин теперь стал почти что полноправным Королём-под-Горой, не хватало только официальной коронации, и теперь этот король зачем-то следовал за ней.
− О, Торин, это ты… А мне уже повсюду мерещатся притаившиеся орки и драконы, − полушутя-полусерьёзно призналась она и про себя подивилась, как до неприличия громко прозвучал в здешнем мрачноватом безмолвии её голос. Шум пиршества остался далеко позади и совсем не был слышен здесь. − Ты что-то хотел? − спросила она уже тише.
− Да, хотел, − медленно кивнул гном, подходя ближе.
Его взгляд, обычно спокойный, как гладь озера в тихую погоду, с каждой секундой становился всё более тяжёлым и пронзительным. Торин злился − и злился по большей части на себя за то, что до сих пор не решился признаться взломщице в своих чувствах. Пусть он и старался весь вечер выглядеть невозмутимым, но крепкое вино всё же ударило в голову − и теперь все невысказанные слова, томившиеся в душе, грозили вырваться наружу с удвоенной силой.
− Я хотел бы, чтоб ты перестала, наконец, делать вид, будто ничего не замечаешь! − почти прокричал Торин, разбивая в осколки хрупкую тишину.
− О чём ты говоришь? − растерянно пробормотала Камелия, не понимая, к чему он ведёт.