Когда Уэст посмотрел на Кэтлин, она слегка кивнула, выражая свою готовность. Они вышли в поле, где перистые верхушки золотисто-зелёного овса доходили до плеча Уэста. Кэтлин наслаждалась сладким пыльным запахом, витающим в воздухе, пока двое мужчин работали острыми косами, срезая колосья. Сборщики урожая скручивали срезанные стебли в снопы. После этого вязальщики связывали снопы в копны, а молодой парень с помощью граблей убирал упавшую солому.

– Сколько один человек может скосить за день? – спросил Уэст, когда Стрикленд присел на корточки и принялся ловко скручивать сноп.

– Лучший косец из тех, кого я видел, может обработать два акра за день. Но это овёс, его косить быстрее, чем другие злаковые.

Уэст оглядел работников оценивающим взглядом.

– А при помощи жатвенной машины?

Стрикленд снял шляпу и почесал голову.

– Я думаю, дюжину акров или даже больше.

– За один день? А сколько рабочих вам понадобится, чтобы управлять техникой?

– Двое мужчин и лошадь.

– В результате эффективность труда повышается, по меньшей мере, в шесть раз? – недоверчиво уточнил Уэст. – Почему же вы тогда не купите механического жнеца?

Стрикленд хмыкнул:

– Потому что он обойдётся мне в двадцать пять фунтов или даже дороже.

– Но он же вскоре окупит себя.

– Я не могу позволить себе и коней и машину, а без коня мне не обойтись.

Уэст хмуро наблюдал за тем, как Стрикленд заканчивал скручивать сноп.

– Я помогу вам нагнать жнецов, если вы покажите, что мне делать.

Фермер окинул взглядом сшитую на заказ одежду Уэста.

– Вы не одеты для работы в поле, сэр.

– Я настаиваю, – сказал Уэст, сбросив с плеч пиджак и передав его Кэтлин. – Если повезёт, у меня появятся мозоли, которые я потом смогу всем демонстрировать, – он присел возле Стрикленда, который показал ему, как нужно обвязывать бечёвку вокруг соломы. «Сразу под колоском и не слишком туго, – предупредил фермер, – чтобы, когда пучки будут связаны, между стеблями осталось достаточно пространства, позволяющего воздуху циркулировать и быстрее высушивать зерно».

Хоть Кэтлин и думала, что Уэст быстро устанет от непривычной для него работы, он оказался упорным и старательным учеником, и постепенно у него начало неплохо получаться. Пока они работали, Уэст задавал вопросы о дренаже и посадке растений, а Стрикленд подробно на них отвечал.

Невероятно, но, казалось, простая вежливость Уэста превратилась в неподдельный интерес к процессу жатвы. Кэтлин задумчиво наблюдала за ним, с трудом совмещая в голове образы вчерашнего пьяного увальня с этим внимательным, обаятельным незнакомцем. Можно было даже решить, что ему не плевать на поместье и его арендаторов.

В конце ряда со снопами Уэст встал, отряхнул руки и достал из кармана носовой платок, чтобы вытереть лицо.

Стрикленд промокнул лоб рукавом.

– В следующий раз я могу научить вас косить, – весело предложил он.

– Нет, спасибо, – ответил Уэст с печальной усмешкой, он выглядел совсем как Девон, и Кэтлин почувствовала внезапный укол в сердце. – Уверен, мне не стоит доверять острое лезвие. – Задумчиво оглядев поле, он спросил: – А вы никогда не думали завести молочное хозяйство, мистер Стрикленд?

– Нет, сэр, – решительно ответил фермер. – Даже если урожайность снизится, всё равно прибыль от зерна выше, чем от молока или мяса. Как говорят: «Опусти рога, больше зерна».

– Возможно, на сегодняшний день, это так, – проговорил Уэст, размышляя вслух. – Но ведь множество людей перебирается в промышленные города, спрос на мясо и молоко возрастёт, и тогда...

– Никакого молочного хозяйства, – временное дружелюбие Стрикленда угасло. – Это не для меня.

Кэтлин подошла к Уэсту и отдала ему пиджак. Она легонько коснулась его руки, чтобы привлечь его внимание.

– Думаю, мистер Стрикленд боится, что вы пытаетесь уклониться от оплаты дренажных работ, – пробормотала она.

Когда он понял, в чём дело, лицо Уэста мгновенно просветлело.

– Не волнуйтесь, – заверил он фермера, – вы получите улучшения, как и было обещано. На самом деле, у лорда Трени нет выбора в этом вопросе, это его законная обязанность.

Стрикленд недоверчиво на него посмотрел.

– Простите, сэр, но после стольких нарушенных обещаний, с трудом верится.

Уэст на мгновение умолк, пристально вглядываясь в обеспокоенное лицо мужчины.

– Даю слово, – сказал он тоном, который не оставлял места для сомнений. И протянул ему руку.

Кэтлин удивлённо на него уставилась. Рукопожатие было допустимо лишь между близкими друзьями или при наличии значимого повода, и только между джентльменами с одинаковым социальным положением. После недолгой заминки, Стрикленд всё-таки протянул руку Уэсту, и они обменялись крепким рукопожатием.

– Вы отлично справились, – сказала Кэтлин Уэсту, пока они ехали по грунтовой деревенской дороге. Она была под впечатлением от того, как он себя вёл и проявлял внимание к проблемам Стрикленда. – С вашей стороны было очень умно попробовать поработать в поле самому, чтобы он почувствовал себя непринуждённо в вашем обществе.

– Я не пытался быть умным, – Казалось, мысли Уэста находились где-то далеко. – Я хотел получить информацию.

– И вы прекрасно с этим справились.

– Я надеялся, что вопрос дренажа будет вполне легко закрыть, – сказал Уэст. – Вырыть несколько траншей, положить в них глиняные трубы и зарыть.

– Звучит не так уж сложно.

– Так и есть. Сложности могут возникнуть там, где не ожидаешь, – Уэст покачал головой. – Дренаж это лишь верхушка айсберга, поэтому если я разберусь только с ним и не займусь остальными проблемами, он станет бессмысленной тратой денег.

– И, что же это за проблемы?

– Ещё точно не знаю. Но если мы не выясним, надежды на то, что Приорат Эверсби снова начнёт приносить доход или хотя бы сам себя обеспечивать, не останется, – он кинул на Кэтлин мрачный взгляд, когда она попыталась что-то сказать. – И даже не думайте обвинить меня в том, что я замышляю продать имение.

– Я и не собиралась, – ответила она возмущённо. – Я хотела сказать, что, насколько могу судить, ферма Стрикленда находится в более или менее таком же состоянии, как и фермы других арендаторов.

– «Опусти рога, больше зерна», – пробормотал Уэст. – Пятой точкой чувствую, через несколько лет ситуация поменяется, и тогда начнётся эпоха «Подними рога, меньше зерна», которая больше никуда не уйдёт.

– Вы считаете, что он должен переключиться на выращивание мясомолочного скота, – сказала Кэтлин.

– Так было бы проще и выгоднее, чем пытаться возделывать глинистую почву, расположенную в низине.

– Возможно, вы и правы, – с сожалением ответила она. – Но в этой части Англии разведение скота считается не столь почётным занятием, как обработка земли.

– Какая, к черту, разница? В любом случае всё сводится к выгребанию навоза, – Уэст отвлёкся на коня, который споткнулся на неровной дороге.

– Не тяните поводья слишком сильно, – посоветовала Кэтлин. – Дайте коню больше свободы и позвольте самому выбирать дорогу. – Уэст сразу же последовал её рекомендации. – Не сочтёте за наглость дать вам ещё один совет? – дерзнула она.

– Валяйте!

– Вы имеете привычку сутулиться в седле. Из-за этого вам трудно подстроиться под движение лошади, и позже у вас начнёт болеть спина. Если вы сядете прямо и расслабитесь... да, вот так... теперь вы сидите правильно.

– Спасибо.

Кэтлин улыбнулась, довольная тем, что он с готовностью прислушался к наставлениям женщины.

– Вы неплохо ездите верхом. Если будете регулярно практиковаться, станете достаточно умелым наездником, – она сделала паузу. – Я так понимаю, в городе вы не слишком часто катаетесь верхом?

– Нет, я передвигаюсь или пешком, или в наёмном экипаже.

– Но ваш брат... – начала Кэтлин, вспомнив о том, как умело Девон правил лошадью.

– Он ездит верхом каждое утро на большом сером в яблоках коне, который превращается в сущего дьявола, если проведёт, хоть один день без тяжёлых физических тренировок, – сделав паузу, Уэст добавил: – В этом они схожи.