Оставив на время изможденного Драко Малфоя, палачи подошли к привязанному на верстаке Гарри. Толпа снова заметно оживилась, все уже смаковали подробности ожидаемого зрелища. По приговору осужденного Поттера, как пассивного гомосексуалиста, должны подвергнуть публичному изнасилованию, и собравшаяся на площади людская масса ждала этого момента не меньше, чем посажения на кол. Под взглядами многочисленной возбужденной толпы Гарри отвязали от верстака, и парень, если бы его не удержали, упал бы на помост в зловонную лужу собственных испражнений. Подручный палача схватил Поттера за горло и опрокинул спиной на пыточный стол. Его широко разведенные ноги подняли кверху и закрепили на специальных железных подставках, зажав лодыжки и колени, руки стянули веревками над головой. Еще одним ремнем его тело прижали к верстаку, не давая возможности осужденному ерзать по столешнице.
Сейчас Поттер лежал на спине обездвиженный, привязанный к пыточному столу с широко расставленными и зафиксированными ногами, выставленный на всеобщее обозрение и поругание. Толпа разбушевалась… Как странно устроены люди – покажи им грешника, и сразу их собственные грехи кажутся им совсем незаметными… В Гарри полетели объедки, мусор, гнилые овощи, которые все, разумеется, припасли заранее. Тухлое яйцо, метившее в подставленную на всеобщее обозрение промежность осужденного, угодило чуть пониже в стол и по дереву теперь растекалась желтая, вонючая жидкость. Из толпы снова раздались скабрезные шутки. Палачи отошли в сторону и наблюдали за тем, как развлекается публика, устроив дартс и швыряя в осужденного Поттера гнилыми отбросами. Каждый старался попасть парню в темный сжатый анус, который теперь стал мишенью, и, когда удар достигал цели, толпа взрывалась радостными криками, аплодисментами и свистом, приветствуя точный удар «в яблочко». После пятнадцатиминутного издевательства над беззащитным привязанным мальчишкой и прицельной стрельбы отбросами в его очко, палачи, наконец, прекратили развлечение собравшихся горожан. Им предстояло выполнить один из пунктов судебного вердикта, и экзекуторам не терпелось приступить к осуществлению этой части своей работы. Гарри был приговорен к публичному изнасилованию, что считалось почти такой же унизительной пыткой, как и клеймение члена у гомосексуалиста–актива. Мужчины не скрывали своего желания поскорее приступить к этой части судебного производства. Подручные палача уже сняли свои кожаные фартуки и, вытащив члены из ширинок, не смущаясь присутствия толпы, начали дрочить хуи в ожидании своей очереди после мастера. Тело Гарри очистили от зловонных отбросов, следов экскрементов, протухшей яичной слизи и прочей дряни, которой его забрасывали веселящиеся горожане, и сейчас палач, вынув внушительных размеров член, подошел к растянутому на пыточном верстаке осужденному парню. Поттер, увидев нависшего над ним человека в маске, который должен стать его насильником и убийцей, непроизвольно вздрогнул. Несмотря на перенесенные нечеловеческие унижения и бесчестие, он все еще боялся того, чему его должны были подвергнуть сейчас. Накануне его уже жестоко изнасиловали несколько человек и лысый уродец–гоблин, порвав сфинктер во многих местах. Сейчас половой акт должен был состояться прилюдно, на глазах многочисленной толпы. К своему ужасу, кроме дикого стыда, страха и шока, Гарри очень боялся, что все это увидит Драко, и мысль о том, что его изнасилование произойдет на глазах любимого человека, вызывала у бывшего гриффиндорца чудовищные душевные страдания. Он легче бы перенес очередное надругательство, если бы здесь не было Малфоя и толпы народа, в которой наверняка находились знакомые ему люди. Но вся жестокость приговора и заключалась в том, чтобы публично подвергнуть его чудовищным, запредельным унижениям и пыткам, на которые только было способно извращенное человеческое сознание…
Наполненные болью глаза с мольбой смотрели на палача в жалкой надежде на милосердие. Экзекутор одной рукой жестко прихватил Гарри за бедра, а другой, сжав в кулак, со всей силы врезал парню по вздувшемуся животу чуть выше пупка. Поттер дернулся и громко заорал. Струя мочи брызнула прямо в лицо палача, скрытое маской, так как мочевой пузырь не выдержал такого страшного давления. Не обращая на это внимания, экзекутор продолжал надавливать на живот своей жертвы, перенеся на руку всю тяжесть своего большого тела. Громкие крики сопровождались судорогой, пронзившей тело Поттера. Стоявший рядом помощник палача с торчащим из ширинки эрегированным членом, прижал плечи осужденного к верстаку, лишая возможности двигаться. Ноги парня судорожно дергались, тело забилось сильнее, длинная струя вырывалась между широко расставленных ног, забрызгивая палачей, но заплечных дел мастер продолжал давить на живот, пока моча не иссякла. Гарри обмяк и затих. Выдавив из измученного тела последние капли, палач пару раз вздрочил свой торчащий хуй и приставил залупу к анусу жертвы. Поттер застонал, очко конвульсивно сжалось, но мужчина, растянув его ягодицы в стороны, подался вперед. Раздвигая кольцо трепещущего сфинктера, член свободно погружался в травмированное анальное отверстие. Гарри прерывисто дышал, испытывая невыносимую боль, но палач не обращал на это внимания, ему было плевать на страдания жертвы. Доставлять боль и мучения являлось его работой, за которую платили хорошие деньги. Наконец его член погрузился в задний проход осужденного парня до основания. Толпа ликовала от восторга, все уставились на эшафот, жадно впитывая и смакуя подробности. Многие в этот момент настроили свои омнинокли на замедленный режим, чтобы не упустить ни одну деталь происходящего шоу. Под гнусный смех и сальные шуточки, взяв Гарри обеими руками за бедра, палач начал с размахом его ебать, восторженно наблюдая, как при возвратном движении колечко сфинктера устремляется за членом, вытягивая кишку. Мохнатые яйца с громким хлопком бились о бритую промежность мальчишки. Поттер тихо вскрикивал от боли, когда пах насильника прикасался к его поврежденной коже. На его ягодицах выступили капельки пота, ссадины, полученные во время сидения на острие, снова начали кровоточить. Над площадью стоял оглушающий гвалт толпы, гиканье и улюлюканье. Палач рывками вдалбливался в задний проход Гарри, безжалостно и ритмично трахая его. Экзекутор познал глубину зада юного гомосексуалиста на всю длину своего члена, а Гарри – всю глубину слов «драть» и «пороть». То, что делал с ним сейчас палач, называлось именно так. Поттеру казалось, что это длится целую вечность – эти толчки хуя в его истерзанном заднем проходе. Насильник надавливал, втискивал, долбил, драл его очко. Тяжело опираясь руками на плечи своей жертвы, и все время ускоряясь в преддверии оргазма, палач размашисто ебал бывшего героя магического мира под оглушительные крики восторженной толпы. Его темп возрастал и по фрикциям Поттер понял, что насильник сейчас кончит. Мужчина издал звук, похожий на хрип, и горячая струя спермы хлынула Гарри в кишечник. Палач с такой силой прижимал к себе насилуемого парня, что Поттеру казалось, будто здоровый хуй сейчас порвет все внутренности. Когда пульсация члена прекратилась и он обмяк, насильник вынул его, и изрядное количество спермы, бело–розовой, смешанной с кровью, вылилось из Гарри, растекаясь под ним на пыточном верстаке. Внутри была тупая боль, которую парень остро чувствовал внизу живота. Спрятав обмякший член и застегнув ширинку, палач похлопал изнасилованного осужденного по ягодицам, давая публике насладиться зрелищем приоткрытой дырки грязного извращенца–гомосексуалиста, который заслужил такой участи. В довершение ко всему экзекутор засунул по два пальца обоих рук в очко и с силой растянул его, демонстрируя окружающим растянутый до огромных размеров анус. От острой боли Гарри заорал. Взорам толпы предстала развороченная дырка, в которую палач смачно плюнул под взрыв хохота и вспышки колдокамер собравшихся репортеров, и стал просовывать туда свою здоровую руку мясника. Четыре пальца вошли свободно, но дальше дело не шло, ибо кулак палача был огромный. Отпустив шутку про то, что скоро в эту жопу поместится весь кол, экзекутор отошел от осужденного гриффиндорца, уступая место своим помощникам.