Но как бы ни впечатлялись внешним видом здания посетители, внутри их ждало новое потрясение. Все здесь было маленьким и тесным: узкие коридоры, низкие потолки, крошечные окна.

– А куда подевалось все пространство? – удивился Порри.

– Магия, – объяснила Мергиона. – Внутри не то, что снаружи. Во всех книгах про волшебство так.

Отцы Браунинги проводили подопечных МакКанарейкл двумя парами внимательных глаз. Теоретически Сен, Порри и Мерги не могли, не должны были, в конце концов просто не знали о предстоящем преступлении. Однако богатый опыт общения Браунинга с бравой троицей подсказывал, намекал, да что там намекал! – кричал о том, что предстоящие сегодня события без младших Гаттера, Аесли и Пейджер не обойдутся.

– Не хватало нам, чтобы в преступлении оказались замешаны и дети министров, – сказал Браунинг первый.

– Может, на этот раз пронесет? – сказал Браунинг второй. – Все-таки дело строго секретное…

– Преступление в прямом эфире! – завопили рядом. – Кровавая бойня в кабинете премьер-министра! Департамент Безопасности бессилен! Ну что, берете, или так и будете задарма пялиться?

Один из сыщиков бросил наглому гоблиненку аккуратно склеенную монету, а второй схватил свежий экземпляр «Магического Колдуна».

Под заголовком «Звериный оскал правящей элиты. Кто ответит за безответственность властей?» всенародно популярная газета МК не только излагала строго секретную информацию, но и кое-что добавляла от себя:

«…Вы думаете, дело ограничится лишением нашего премьер-министра трудоспособности собственным кирпичом по голове? Как бы не так! А если быть до конца откровенными, то не „как бы“, а совершенно не так. Как нам стало известно из авторитетных, но непроверенных, зато осведомленных, хотя и анонимных источников, рыба гниет с головы. Так что вслед за головой Квадрита полетят и другие головы. Волна обезглавливания прокатится по всем подгнившим ветвям власти. Думаете, это все? Это все конфетки по сравнению с тем, что удалось выяснить МК, просто сопоставив некоторые факты из наших же публикаций…»

Браунинги переглянулись.

– По-моему, коллега, о секретности вверенных нам сведений можно забыть.

– Как и о том, что все обойдется без первертской троицы.

Сыщики задумались, чертя правыми ботинками фигуры на песке. Один Браунинг чертил квадраты, другой – круги.

«Все-таки я первоначальный, – подумал чертящий квадраты. – Никогда в жизни не чертил кругов».

«Все-таки я настоящий, – подумал чертящий круги. – У дубля никакой фантазии, как чертил всю жизнь квадраты, так и чертит».

Гаттер с Мергионой присматривали за Аесли так внимательно, что не заметили, как потеряли из виду яркое цветовое пятно[104].

– Здесь только что была дверь! – произнес Порри, разглядывая огромный кактус, торчащий прямо из стены.

– Значит, нужно снова ее проделать, – отозвалась Пейджер, – а ну-ка, подвиньтесь!

– Мерги! – остановил ее Сен. – Я и сам бы хотел… айн, цвай, драй… Но это нелогично… фир, фюнф[105]… Все, Порри, можешь отпускать. Меня, кажется, отпустило.

Гаттер отпустил напряженные руки товарища, и стал свидетелем синхронных, хотя и различных по силе ударов, которые Сен и Мерги обрушили на кактус. Вернее, на то место, из которого он только что торчал.

– Теперь точно отпустило, – потирая ушибленный кулак, Аесли озадаченно осмотрел крепкую дубовую дверь с надписью:

Экскурсия оказалась шествованием вдоль одинаковых дверей, которое сопровождалось перечислением названий департаментов, отделов и подотделов. Мисс Сьюзан не любила Министерство.

Сен не успел выстроить и десятка возможных объяснений феномена замещения кактуса мореным дубом, как дверь приоткрылась и показалась секретарша в строгом (даже несколько свирепом) деловом костюме.

– У вас назначено? – поинтересовалась она.

– Естественно! – отозвался Сен, опережая Порри и Мергиону, которые собирались задавать ненужные вопросы.

– Как вас представить? – спросила секретарша.

– Представьте нас выходящими из здания министерства и идущими навстречу будущему.

– Хорошо, – ответила невозмутимая привратница и захлопнула дверь.

Дверь тут же мутировала в аквариум с плоскими, как блесны, золотыми рыбками.

– А давайте одну рыбку выловим! – предложил Аесли. – Она нам по три желания исполнит.

– Здорово! – обрадовалась Мерги. – Мне как раз нужен новый меч для харакири.

– А мне – толковый ламповый джинновый усилитель! – подхватил Гаттер.

– Спокойно, – перебил их Сен, – ун, до, труа… давайте подойдем к загадыванию желаний разумно… катр, сань… Составим список… выберем рыбку… сие, сет… вот эту, седьмую слева…

Седьмая слева рыбка с крашеным хохолком выпучила глаза и булькнула:

– Ага, разбежались. Щас я тебе начну желания выполнять! Вас много, а я одна!

– Вы одна? – удивился Сен. – Вас же…

– А желающих знаешь сколько? – отрезала рыбка.

– Не знаю, – сказал Порри.

– А ты спроси.

– Сколько? – спросила Мерги.

– Одно желание – пять косых, – сверкнула золотым зубом рыбка.

Аесли с трудом преодолел бесплатное, но очень сильное желание взять наглую рыбу за жабры и постучать пучеглазой башкой о стену.

– И правда, что это мы? – громко сказал он. – Прежде чем желания загадывать, рыбку поймать надо. Мергиона, забрасывай невод.

– Невода нет, – сообразила Мергиона. – Но можно забросить гранату.

– Эй-эй! – заволновалась рыбка. – Вы это бросьте… то есть тьфу… бульк![106] Не бросайте!

– Выполняем желания? – поднял бровь Сен.

– Любой каприз! – крякнула рыбка. – Чего изволите?

Аесли хотел торжествующе повернуться к друзьям, но не успел. Он даже не успел зажать руками рот, который решительно рявкнул:

– Хочу знать все тайны спецслужб!

Рыбка довольно потерла плавники, махнула хвостом и вдруг произнесла голосом Александра Домагарова:

– Но помните, каждое желание здесь имеет свою цену.

Следовало признать, что заказы рыбка выполняла профессионально – не давая ни малейшей возможности их отменить. В один миг троица очутилась в длинном полутемном зале, вдоль стен которого тянулись каменные полки. По ногам потянуло холодом, а с полок к друзьям потянулись любопытные носы.

– Ухогорлоносы! – воскликнула Мергиона.

– У меня шесть косых пропало, – сказал Порри. – Как это могло случиться?

– Наверное, одну косую рыбина себе на чай оставила, – сказала Мерги. – Забудь. Давай лучше думать, как нам отсюда выбраться.

– Пусть любитель спецслужб думает, – буркнул Порри.

Аесли горестно насупился. Его провели, причем совершенно по-детски. Хотя формально пучеглазая кудесница в точности исполнила желание, перенеся их в тайный вольер со служебными ухогорлоносами Департамента Безопасности.

Эти безотказные существа неприхотливы, требовали минимум питания, почти никогда не зависали, легко перезагружались и обладали огромной емкостью. Ухогорлоносы помнили все: протоколы допросов, подшивки доносов, чистосердечные признания, агентурные сведения, перечни неблагонадежных, сценарии тайных операций, планы переворотов и планы противодействия переворотам, адреса, явки, пароли…

Проблема заключалась в том, что каждый ухогорлонос имел специализацию. Например, ухогорлонос инвентарный номер 155 содержал сведения об умонастроениях шотландских гоблинов, номер 314 – число «пи» до девятимиллиардного знака после запятой, а номер 4207 – докладные записки о случаях применения черной предвыборной магии российскими политиками.