– Ожерелье мне, мигом!
Послышались шлепки ног, и вскоре ему в ладонь опустились камни. Оба «банщика» стояли прямо перед ним, оба со стояками и виноватым выражением на лицах. Ниэль покачал головой и буркнул:
– Идиоты, – и указав на торчащие члены, спросил: – Что теперь будете делать? – ему не ответили, и, тихо ругнувшись, Ниэль взял Слая за руку, приказав: – Идём уже, а то на улицу без смеха не выйти будет.
Они подошли к лавке, благо та была широкой и высокой, сдвинули в стороны шайки, и Ниэль сел. Подхватив себя под колени, развёл ноги и вздохнул:
– Давай.
– А как же я? – выглянул из-за плеча Слая Зэфус. – Мне-то что делать?
– А ты – рукой, – бросил ему Слай, уже пристраиваясь к Ниэлю.
– Это несправедливо! – возмутился маг, делая попытку оттеснить от Ниэля Слая. – Я что, проклятый, что ли? Что вы меня всё время гоните!
– Да уйди ты уже, – не выдержал Ниэль, и опустил одну ногу. – Дай ты нам спокойно…
– Не уйду! – не уступал Зэфус. – Я вам, между прочим, не чужой, и я тоже хочу нормального секса, а не…
– Возьми «служанку», – предложил Слай.
– Нет, это ты её себе возьми, – злился Зэфус.
– У меня Ниэль есть, зачем мне ещё кто-то.
– Вот! А у меня никого нет, понимаешь, никого! – воскликнул Зэфус, одной рукой обнимая Слая за талию, а другой поглаживая бедро Ниэля. – Кроме вас двоих нет.
Короли переглянулись и одновременно вздохнули.
– Хорошо, – кивнул Слай, – становись сзади, поработаем втроём.
– Давно бы так, – удовлетворённо забухтел Зэфус, пристраиваясь позади Слая. – Как будто мы этого не проделывали раньше.
Слай попытался вспомнить, когда это они такое делали раньше, но ему стало не до того – одновременное проникновение в него Зэфуса и его самого в Ниэля выбило из головы все мысли. Они все двигались в одном ритме, будто и правда проделывали такое раньше. Руки Зэфуса вначале стискивали его за бёдра, потом переместились на живот и грудь, потом перебрались на ляжки Ниэля и, схватившись за них, так притиснули всех троих друг к другу, что двигаться стало невозможно.
– Отпусти немного! – воскликнул Слай, но маг не слышал, он задвигался размашисто и сильно, постанывая и кусая того за лопатки.
– Давай подождём, – шепнул супругу Ниэль, – пусть кончит, а потом – мы.
Зэфус был силён, или он просто дорвался до любимых людей, но он так колбасил королей, что у Слая уже слёзы выступили на глазах.
– Он тебя порвёт! – испугался Ниэль и крикнул: – Зэфус, потише!
Услышал его маг или нет, но темп он сбавил, а потом, в последний раз дёрнувшись, кончил. Не выходя из Слая, прижался к его мокрой спине и прошептал:
– Прости, сорвался, – и, отдышавшись, добавил: – Давай, помогу вам.
Развернув голову Слая к себе, впился тому в губы поцелуем. Ниэль помнил, что уж целоваться Зэфус умел как никто другой. А тот уже ласкал грудь и живот Слая, мягко поддавая бёдрами и заставляя того двигаться, и тот двигался, даря Ниэлю наслаждение и избавляясь от собственного вернувшегося возбуждения.
Когда всё закончилось, они все трое ещё какое-то время посматривали друг на друга и переводили дыхание. Потом всё же помылись, оделись и вышли во двор, сели на солнышке и стали сушить волосы. После бани и секса было легко и лениво, все трое молча жмурились, и только Слай морщился – глазам было больно. Ниэль протянул руку и загородил ему глаза от света.
– Беда с тобой, – тихо проговорил он, – не хватало, чтобы ты себе глаза повредил.
– Заживут, – улыбнулся Слай такой заботе и накрыл ладонью руку Ниэля.
– У меня тоже глаза болят, – пожаловался Зэфус. – Ниэль, прикрой и мне.
– На, – не стал спорить тот и вытянул другую руку.
– Притворщик, – буркнул Слай.
– Сам такой, – парировал маг.
– Да хватит вам, – лениво осадил их Ниэль. – Мне не трудно, и, может быть, руки загорят.
– Зачем тебе крестьянский загар? – удивился Слай. – Потом мешок пудры изведёшь, чтобы его скрыть.
– Так просто, по старой памяти, – пожал плечами Ниэль. – Я в детстве был загорелым.
– И конопатым, наверное, – съязвил Зэфус.
Ниэль рассмеялся и обернулся к магу.
– Да, а откуда ты знаешь?
– Далия летом была конопатой.
Ниэль вздрогнул, Слай тоже напрягся, а Зэфус, вздохнув, спросил:
– Что притихли? Думаете я снова буду сцену закатывать? Нет, это уже прошло.
– Совсем? – спросил Ниэль.
– Нет, конечно, но уже легче. Я теперь могу говорить об этом спокойно и не впадать сразу в меланхолию или хвататься за бутылку.
– Я рад за тебя, – легко вздохнул Ниэль. – Всё же хорошо, что мы поехали: развеялись, вспомнили многое, Хэц повидали. Я доволен.
– И я, – улыбнулся Зэфус и, опустив ладонь Ниэля ниже, поцеловал. – У меня такое чувство, что не было тех двадцати лет, и что мы ещё только в самом начале пути, и что ещё вся жизнь впереди.
Ниэль забрал у мага руку и положил её ему на плечи, прямо на рассыпавшиеся волосы. Потрогав плотные мокрые «сосульки», вздохнул:
– Надо расчесать, а то потом будет не разодрать. Вы сидите, а я схожу за гребнем, – и ушёл, а Зэфус остался со Слаем.
Они какое-то время молчали, а потом Слай спросил:
– Ты теперь всё время будешь лезть между нами?
– Между вами? – оглянулся на него маг. – Нет, я буду лезть к вам, потому что вы – моя семья.
– И кто ты в этой семье? – криво усмехнулся Слай.
– Ещё не решил, – пожал плечами Зэфус.
– А ты не думал, что это может кому-то не понравиться?
– Думал, – кивнул маг, – но мне показалось, что пить из меня кровь, трахать, а потом вышвыривать каждый раз за порог, как какую-то шлюху – не по-людски как-то.
– То есть это я так делаю, да?
– Да, – кивнул Зэфус. – А Ниэль, в отличие от тебя, более добрый и мягкий, он меня никуда не прогонит, будет терпеть, страдать, но не прогонит, за это и люблю его.
Слай распахнул глаза и сел ровно, он не знал, что сказать, да и надо ли было что-то говорить? К его облегчению, вернулся Ниэль и принёс гребни. Вскоре все трое сидели и, как какие-то нимфы у воды, расчёсывали свои длинные волосы. Короли управились первыми и стали помогать магу – за последний месяц волосы того редко встречались с гребнем и теперь отказывались расчёсываться. Зэфус орал на весь Хэц, когда его особо больно дёргали, но короли не отступали, пригрозив ему, что если тот убежит, то они его поймают и остригут, как барана.
Когда работа была закончена, Ниэль зашёл сзади и залюбовался.
– Какие они красивые.
– Ты о чём? – обернулся к нему Слай.
– Я о ваших с Зэфусом волосах: белые и чёрные. Я бы целыми днями ими любовался.
– Кто не даёт? – живо обернулся к нему маг. – Начинай хоть сейчас, я с места не сдвинусь.
– Да ну тебя, – рассмеялся Ниэль, вновь уселся на скамью между ними и прикрыл глаза.
Солнце припекало, жужжали мухи или пчёлы – лень было посмотреть, – слышались торопливые шаги пробегавших мимо «служанок». Было необыкновенно хорошо, и хотелось сидеть так вечность.
========== Глава 5. ==========
Однажды вечером Слаю, Ниэлю и Зэфусу довелось-таки увидеть Завалку. Каллин, думая, что все уже разошлись спать, вывел свою узницу на прогулку. Раньше он выгуливал её днём, и днём же она работала, но с приездом гостей её закрыли в подземелье, ожидая, когда экспедиция покинет Хэц. Все пятеро столкнулись на крепостной стене. Каллин с факелом в руке растерянно замер, а Завалка продолжала спокойно шагать дальше. Опомнившись, военный бросился догонять свою конвоируемую.
Завалка сильно изменилась за прошедшие годы: когда-то заводная красотка с чёрными цыганскими глазами сейчас походила на черепаху. Видимо, из-за постоянного сидения или лежания она сильно растолстела. Кожа её одутловатого лица была бледной – это было видно даже в свете факела, – черты расплылись, а глаза ещё больше округлились и стали напоминать рыбьи.
Поравнявшись с Зэфусом, Завалка презрительно хмыкнула и, задрав подбородок, шагнула к королям. Мага передёрнуло от отвращения, и он, чтобы не смущать своего друга, посмотрел себе под ноги и отвернулся. И зря, потому что эта «черепаха» оказалась проворной: она вдруг бросилась на Ниэля, целя ногтями ему в глаза. Слай лишь успел дёрнуть Ниэля на себя и подставить свою руку под удар женщины, а Каллин подоспел сзади, и схватил ту за волосы. Завалка завизжала как резаная: