.* * * * *
Эпидемия, в конце концов, всё-таки затихла, и жизнь, хотя и "как-то криво, и через перекосяк", возвратилась в своё русло.
Кампания, в отличие от многих других провинций, в это время не разорялась, а только богатела.
Она исправно платила в римскую казну не "дань", а "налоги", и только безумец мог сместить такого наместника, как Фортунат.
Однажды к нему привели вольноотпущенника по имени Вендеция, уроженца Сицилии.
Наказание в виде сорока ударов плетьми за неуплату долга мог назначить и местный судья, но ему грозил смертный приговор, который мог вынести только наместник.
В рабство Вендеция сослали за убийство ростовщика, который продавал бедным колонам семена пшеницы и других культур в долг, а затем накручивал на них безумные проценты.
В случае урожая всё складывалось вполне нормально, и должники честно с ним расплачивались.
Но если наступала засуха, они не могли вовремя погасить задолженность, и этот мошенник заставлял их становиться своими рабами.
Он любил устраивать роскошные пиры, на которых особым блюдом были мурены.
Для них он устроил специальный водоём.
Его гости часто развлекались, кидая им остатки трапезы, и их забавляло, как они дерутся между собой за куски мяса.
Но если этот нувориш был недоволен кем-либо из рабов, он мог самолично кинуть его туда же, для надёжности воткнув ему в спину кинжал., а причиной его гнева могло быть и неправильно разбавленное вино:
- Я приказал тебе добавить туда немного воды! А ты, скотина, разбавил его вдвое!
Его ненавидели в округе все, и когда подобным образом он наказал двоюродного брата Вендеция, тот сумел проникнуть на виллу этого богатея и нанести ему сорок ножевых ударов.
Затем Вендеций взломал кинжалом ларец, где тот хранил расписки всех должников и сжёг их!
Личность того плебея была настолько ненавидимой, что защищать Вендеция вызвались три самых лучших адвоката Неаполиса.
Поскольку и убитый, и его убийца находились в одной правовой категории, "граждан низшего сословия", магистрат округа не решился пойти против мнения общественности.
Тогда Вендеций был лишен всех прав гражданина и продан в рабство.
Но на ближайшем аукционе, который происходил два раза в месяц, его купил не отъявленный негодяй, вроде убитого Вендецием "отморозка", а просто добрый и богатый человек, давний приятель Фортуната Кварт Арминий Вар.
Уже через два года Вар вернул Вендицию свободу, а ещё через год выделил ему маленький кусок земли для обзаведения хозяйством.
Тот вскоре женился, и на момент нового "рецидива" растил троих детей.
Но за своё новое преступление, по всем законам Империи, он должен быть распят.
По окончании Дионисийских Празднеств, которые римляне именовали "вакханалиями", его четырнадцатилетняя дочь Аурелия, по неосторожности, прошла по территории патриция Геркула Аллекта Квинтия: она решила "срезать угол", чтобы поскорее попасть домой.
Формально вакханалии, как "развратные представления", были запрещены сенатом ещё триста лет назад, ещё при Республике, но в Южной Италии они существовали до сих пор.
Помимо этого преступления, эта дочь вольноотпущенника нарушила неприкосновенность жилища патриция!
Увидев эту раскрасневшуюся полуголую красавицу, два взрослых сына хозяина поместья, Риминий и Кварт, которые никогда не знали меры в винных возлияниях, обжорстве и других удовольствиях, сразу же возбудились.
Сначала они изнасиловали её, а затем стали развлекаться.
Они решили устроить гладиаторские игры, которые в Неаполисе при Фортунате не проводились.
Спустив на неё свору голодных собак, они гоняли её от одного края их поместья до другого, и так продолжалось целый час.
Когда она полностью обессилела и упала навзничь, они ещё раз надругались над Аурелией.
Затем они вырезали на её спине своё родовое имя и выкинули её прямо напротив своей виллы.
Она умерла в тот же день.
Риминий и Кварт ничего не боялись: этот проступок по отношению к лицу низшего сословия считался невеликим грехом.
Но вольноотпущеник Вендеций, даже не имевший прав гражданина Империи, жестоко убил всю их семью: и обоих насильников, и их отца Геркула, и его жену Варварию.
И ни один раб из фамилии Квинтия даже пальцем не пошевелил, чтобы помешать убийце.
Дело получило широкую огласку.
С ходатайством о вынесении самого жестокого вердикта в отношении этого мстителя к легату обратились многие уважаемые лица.
Суд в Империи обычно руководствовался не фактами, а репутацией и материальным положением истца и ответчика, и всё было против Вендеция: и его бедность, и его прежняя "судимость".
Вдобавок, сам патриций и его жена ни в чём не были виноваты.
Но Септимий Туллий Фортунат, внимательно изучив все обстоятельства, постановил:
- Вендеций поступил совершенно правильно, убив этих двоих подонков, и по этому факту он мною оправдан. Но он виновен и в убийстве их родителей, ничего предосудительного, кроме пренебрежения в воспитании этих беспутных детей, не совершивших. За это лично я заплачу сто тысяч сестерциев их родственникам. Вендеций ровно пять лет и один день проведёт в каменоломнях возле озера Авернус. Там очень хороший грунт, и позле извержения Везувия в тех местах прорастает даже мёртвая лоза. Если он там умрёт - да будет так! А если же выживет...
Тут он серьёзно задумался.
- Тысяча сестерциев тому, кто мне его доставит живым на следующий день. Мне нужны такие люди!
Глава 3.
Учитель рассказывал ученикам и про историю похищения Елены Прекрасной, и возникшей из-за этого Троянской войны, и про походы Александра Македонского в далёкую Индию.
Преподавал он им и арифметику, и начала риторики, и логику, и не только формальную.
Его задачи, в отличие от традиционной греческой школы, ставились с упором на практическое применение знаний, в римском стиле:
- Расстояние от озера до города составляет две тысячи стадий. Там проживают десять тысяч человек. Водоём находится сорока стадиями выше этого поселения. Стоимость возведения одной стадии акведука составляет десять тысяч сестерциев. Надо ли строить там водопровод?
Все ученики лихорадочно начинали что-то вычислять, но тут обычно подавал голос Дамианос:
- Градоначальник должен изыскать в своей казне двадцать миллионов сестерциев. А сможет ли он это сделать? Ведь это не Рим, и даже не наш Неаполис! Сумма весьма немаленькая!
Учитель довольно улыбался:
- Это правильный ответ, который можно получить в результате всего одной арифметической операции. Но я спрашивал не о бюджете этого несчастного городишка, а о целесообразности построения в нём водопровода!
А Дамианос, не моргнув глазом, отвечал:
- Тогда введите новые данные!
И Учитель продолжал:
- Средняя глубина водоёма составляет сорок локтей, а его периметр - четыре тысячи. Озеро имеет форму эллипса, в соотношении два к трём. Для начала оцените объём воды, а затем попытайтесь вычислить, за сколько лет это озеро превратится в обыкновенную лужу, если в городе, куда должен быть проложен акведук, проживает десять тысяч человек? Норма подачи воды: десять вёдер на одного человека в сутки.
Кое-кто из самых "въедливых" учеиков просил уточнить:
- Но ведь озеро наверняка проточное, с поступлением новой воды из ледников или речек. Иначе его вода не может быть питьевой!
Учитель, довольный сообразительностью своих "школяров", отвечал:
- В него впадают два ручья, которые приносят туда десять тысяч вёдер в сутки. Для простоты будем считать летнее испарение и поступление от дождей величинами примерно равными.