Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Лучшим в этом плане в турнире был парень из Теннеси по имени Мундог Рэнди Колли. Он провел несколько лет в WWF, выступая в команде Moondogs и утверждал, что сам изобрел гиммик кожано-раскрашенной команде Demolition, а Винс просто спер идею. В любом случае мне Demolition больше нравились когда их называли Дорожными Воинами.

У Рэнди прекрасно получалось заставить людей себя ненавидеть, поэтому фишка со штрафами работала на ура. Он создавал отличную психологию, и все что он делал на ринге имело смысл.

Он притаскивал к рингу огромную кость динозавра, которую использовал во время матча в качестве постороннего предмета. Если он и выигрывал - то только благодаря кости, если проигрывал - то только благодаря кости. Было простое правило, которому я научился в школе реслинга...если у тебя есть гиммик - ты должен использовать его. Мундог использовал свой гиммик в каждом матче и кость стала его торговой маркой.

Другим моим оппонентом был Рип Морган из Новой Зеландии. Его фишкой было исполнение боевых танцев племени Маори перед каждым матчем. Это была смесь из танца и скандирования и стала одним из хайлатов вечера - фанаты обожали на это смотреть.

Рип однажды спросил меня "Ты никогда не думал о том чтобы поехать в Нью-Йорк?"

"Я пока не чувствую что готов к WWF".

"Правда?" - удивился он - "Я думаю ты должен послать им запись. Ты идеально подойдешь Винсу".

Мне было приятно что он так думает, но ответил, что для начала нужно набраться опыта. Что я ему НЕ сказал - так это то, что я бы полетел в Нью-Йорк в ту же секунду, единственное что - никто меня об этом не просил.

В нашем турнире выступали по настоящему хорошие работники, плохих тоже хватало, а худшим был наш босс. Рене Ласартессе был одним из самых ненавистных и устрашающих хилов в Европе в 60-е и 70-е, но сейчас он был просто никакой. Ему было далеко за 50 и он постоянно одевал капу Дракулы, потому что это, видите ли, "пугает детей".

Он боролся каждый день. В его мире реслинг заключался в стоянии в углу и нанесении самых кривых ударов в истории вселенной. Хуже всего было то, что он был букером - поэтому выигрывал все матчи. Выигрывал после худшего финишера в мире...колеса.

Он хватал за горло противника, лежащего на спине и делал худшее старческое колесо какое только можно представить. Идея была в том, что он сдавливал таким образом гортань противника. В действительности он давил лишь на их гордость.

Однажды на шоу во время его слабеньких пинков одна из моих контактных линз выскочила и покатилась по рингу. Я сделал кувырок, схватил ее и сунул в рот. Держать линзу во рту не глотая и одновременно пытаться вытянуть Рене на приличный матч было все равно что пробовать погладить живот и постучать по голове одновременно.

Не только реслеры заслуживали внимания. Судьей турнира работал англичанин по имени Мэл Мейсон. Он был единственным рефери в моей жизни, который настоял на своей собственной музыкальной теме для выхода.

Ага, музыкальная тема для судьи.

Как только первая версия песни "Im Too Sexy" от Right Said Fred начинала играть, этот худой 50-летний старикан с лошадиным лицом выбегал на ринг, серьезный, как сердечный приступ. В первый раз при виде этой картины я смеялся так, что чуть голова не взорвалась. Я перестал ржать только тогда, когда во время матча оттолкнулся от канатов и он, стремясь избежать столкновения, упал на живот, чтобы я через него перепрыгнул.

После матча я нагнал его и спросил: "Какого черта ты это сделал?"

"Ну, мне показалось, что это добавит матчу реалистичности, дружище".

"Интересно. У меня идея... почему бы тебе не добавить реалистичности матчу, не путаясь под ногами?"

Быстрое правило: Хороший рефери - тот, которого вы не замечаете. Плохой рефери - тот, кто падает вам под ноги когда вы отталкиваетесь от канатов.

Однако Мэл со своими загонами был совершенно безобидной овечкой по сравнению с "Облаком войны" Суни. Суни был франко-канадским индейцем и почти не говорил по-английски. Когда у него был выходной (а это случалось два или три раза в неделю), он гарцевал вокруг нас и хвастал: "Вы парни работать сегодня. Я не работать но делать те же деньги!"

Правда состояла в том, что он не работал, потому что на ринге был фуфлом. Так что хвастаться он должен был так: "Мне платят, так что не обязательно выходить и запарывать все шоу сегодня!"

Однажды вечером мы отправились в район красных фонарей Реепербана. В конце темной аллеи располагались ворота, пройдя через которые, вы оказывались в порно-зоопарке. За длиннющими стеклянными стенами стояли одни из самых красивых (и уродливых) девушек, каких я когда-либо видел. При обоюдном желании и за правильную цену можно было войти в стеклянный дом богини и поиграть в секс-пятнашки.

Мы подошли к одной чумовой блондинке и Суни провозгласил: "Блондинк, я ей точно нравится. Как сексуальный Суни может ей не понравиться? Я снять майку и показать ей настоящий мужик!"

Он стянул майку, которая и 12-летнему была бы мала, обнажил грудь, и начал позировать с движениями, которые наверняка сподвигли Шварцнеггера снять фильм о мужской беременности. Суни напоминал одного из тех парней без маек с разрисованным животом на Ламбю Филд в декабре. Красотка понаблюдала за дряблыми грудными мышцами, болтающимися из стороны в сторону, выдохнула хорошую порцию сигаретного дыма и опустила оконную штору вниз.

Гамбург был европейским Лас-Вегасом. Он точно также никогда не спал и мог предложить все, чего жаждет алчное сердце. А так как это также был город, в котором Beatles начали свой путь 30 лет назад, у меня была миссия - найти клубы, где они играли. К счастью я узнал, что парочка таких до сих пор работают. Сидеть в Кайзеркеллере, пить дешевое пиво и смотреть, как отстойная немецкая группа исполняет "Bad to the bone", или вдыхать въевшийся в стены за сорок лет запах сигарет - это все равно что оказаться в священном месте. Зависать в тех же местах, где Джон, Пол и Джордж зажигали десятилетия назад - это один из лучших моментов моей поездки. Это невероятное ощущение - получать деньги за любимое дело, а в процессе путешествовать по миру и заходить в места, о которых всю жизнь слышал легенды.

Из-за изобилия мест, куда можно было пойти в Реепербане, привлечь внимание жителей Гамбурга к чему-либо было по-настоящему непросто. С мексиканцами в этом плане куда проще. А тут многие просто не знали, что в центре города в огромной палатке проходит реслинг, так как Рене отказывался давать объявления. После сорока лет организации шоу он считал, что одного громкого слова было достаточно. Как оказалось, нет. В течении нескольких лет турнир закрылся бы. Однако было несколько человек, которые знали о реслинге, который проходит в Гамбурге - стриптизерши. Я собственноручно организовал большую рекламную кампанию, регулярно зависая в местечке под названием "Киска, мяу". Как я знал из Денвера, реслеры и стриптизеры прекрасно друг с другом общаются, что я в очередной раз и доказал, познакомившись с парой дам. У моих союзников имелись при себе деньги, которыми они щедро со мной делились. Я использовал свой трюк "голодный бедный рестлер", когда один из моих друзей оставался на ночь насладиться чаем с проститутками, так что я мог сказать, что друг заплатит за комнату.

46
{"b":"559667","o":1}