Он быстро нашел пульсирующий болью и непониманием очаг - последний, потухший пятнадцать лет назад, и первый, вспыхнувший сейчас. Помещение карантина. Изуродованное плазмой, наполовину сожженное женское тело на полу у скамьи. Бедная Эмма! Разум Ала отказывался воспринимать это жуткое зрелище, как убитую маму. Ее позвоночник был выгнут страшной, противоестественной дугой, будто кто-то пытался вытащить его из тела через живот. Эта же картина мучила и Бома, и от нее тянулась слабая нить в виртуальности... Да! То, что он так долго искал: нить в стертую память виртуалов! А в фоне последних эмоциональных реакций Бома ни процента, ни доли процента удивления, будто робот уже видел подобные смерти прежде.
От близости к разгадке важной тайны учащенно забилось сердце. Ал осторожно погладил нить, и ему открылся проход в старое выжженное хранилище виртуальной памяти. Черный-черный экран. Хранилище казалось пустым, но Ал шел дальше, глубже, к изнанке виртуальности, где все, когда-либо совершенные ее жителями действия оставляли свой уникальный отпечаток. Так, перебирая изнанку, можно было по крупицам восстановить уничтоженную память, но виртуалы оставили это занятие, быстро отчаявшись: хаос отпечатков не хотел выстраиваться в единую картинку. Мысли, память всех виртуалов расплавились в единое безликое море. Но Бом не был виртуалом...
И Ал искал отпечаток последней мысли робота. Мысли, ввергнувшей его в безумие.
- Ал... Ал! - он вздрогнул от оклика Дэна. - Что ты смотришь? Пятый раз тебя зову.
- Говори, я слушаю, - Ал скопировал код оборванной нити и начал поиск родственных ему отпечатков в необозримом массиве воспоминаний о памяти.
- Я не могу установить источник помех виртуальности. Прорывы внешней сети будто бы бессистемны.
- Что ж... - начал Ал и осекся: на его мониторе замельтешили родственные коду отпечатки. О, тут не разобраться за всю жизнь! Он поспешно скопировал страницу в новую виртуальную память и затем наугад открыл один отпечаток. Как Ал и ожидал, за ним потянулся, раскрываясь и раскрываясь, бесконечный веер других. Мозаика: сложи ее - и получишь ответ на один из тысячи вопросов... и еще тысячи вопросов в довесок.
- Ал, ты меня слушаешь?! Что ты там смотришь?!
- Фотографию, - бросил Ал, как раз установив род открытого отпечатка.
- Что за... - Дэн взял себя в руки. - Фотографию?! Хватит заниматься ерундой, возвращаемся в реальность. Мне неспокойно.
- Минуту, - пальцы Ала фантастически быстро скользили по монитору. Он чувствовал себя художником, вознамерившимся создать неизвестный даже самому себе шедевр в мгновение ока. Картинка выстраивалась. Серый песок, пыль, пепел - темная, наверное, ночная пустошь. Еще кусочек мозаики, еще... Силуэт человека на земле: худое искалеченное тельце, и с ним еще один веер эмоций Бома... - Ал едва успел отодвинуть в сторону этот ненужный пока набор отпечатков, боковую веточку потерянной памяти.
- Что ты смотришь? - Дэн встал рядом, так и впился взглядом в экран. - Это же... Дэра?!
Последний кусочек мозаики: ночное небо на дальнем плане. Знакомый узор созвездий, заученный, но ни разу не виденный в яви. Ночное небо Земли.
Дэн потрясенно выдохнул, приблизился к экрану так, что почти уткнулся в него носом.
- Что это, Ал?!
- Частичка потерянной памяти, не мешай, - отмахнулся он.
Ал фиксировал все, что увидел, пока без какой-либо эмоциональной окраски. Он был слишком занят сетью, отпечатками - погоней за оборвавшейся ниточкой. Потом он осознает, что открылось ему, и, наверное, выпучит глаза также, как капитан. Но сейчас он работал, работал, работал... как большая упрямая машина. Он вгрызался в толщу потерянной памяти.
Сохранив картинку, Ал потянулся открыть следующий отпечаток, но Дэн вдруг остановил его руку.
- Стой, потом, - капитан к чему-то прислушивался. - Бран передает. Из реальности. Код три.
Ал пошевелил губами, вспоминая. Возвращаться к проблемам реальности было неимоверно сложно.
- Нападение? - неуверенно проговорил он.
- Тая! - крикнул Дэн, и тут Ал все вспомнил. И он первым рванулся к выходу из зала.
Они примчались на склад одновременно с Касом. Первое помещение было пусто, дверь во второе выломана. Оттуда доносились звуки борьбы. Вот на пол из тоннельчика в оранжерею выпали двое - маленький робот и темнокожая девушка. Дэн и Кас одновременно рванулись к ней.
Робот поднялся, сбросив с себя тело Таи, бывшей то ли без сознания, то ли в полнейшем шоке. Ал отметил: движение не было грубым, напротив, бережным. Больше Бом внимания на Таю не обращал. Он мгновенно вскарабкался к тоннелю и втянулся туда. Еще через секунду из тоннеля послывшался лязг и скрежет: робот споро карабкался вверх, по пути сдирая обшивку стен. Кас направил на него бластер, но Дэн предостерегающе крикнул:
- Не стреляй! Под обшивкой важные узлы виртуальности!
Ал оттащил Таю подальше от отверстия, к искореженной двери. Девушка была в сознании, и ужас понемногу уходил из ее глаз.
- Тая, говорить можешь?
Ее рот искривился, и девушка разрыдалась. Тут подоспели маленькие роботы из коридоров, вчетвером они вытянули Бома из тоннеля и скрутили.
- Деактивировать? - спросил Кас.
- Он не на Таю нападал! Похоже, ему просто был нужен тоннель, - вмешался Ал.
- Да, Кас, подожди, - вступился и Дэн.
- Помогите спуститься! - крикнула из тоннеля Капа. - Как Тая? Все целы?
Через минуту команда была в сборе. Тая прекратила всхлипывать, но тело девушки била нервная дрожь. Ал обнимал ее, но успокоить не мог.
- Прости, - неуверенно сказал он, не привыкший просить прощения. В голове уже было холодно и спокойно. Никто не пострадал, ну, перепугалась немножко. Главное, что ему удалось выяснить в виртуальности.
- Ничего не сломала? - для проформы спросил он. Тая помотала головой, и он поднял ее. Ал честно старался вложить в это движение хоть толику нежности, но у Бома несколько минут назад нежность и то вышла лучше. Инцидент окончился благополучно, и мысли Ала завертелись вокруг картинки, выуженной из виртуальной памяти робота.
- Так, - оборвал цепочку его идей Дэн. - Кто включил Бома и зачем?
Тая кинула быстрый взгляд на Ала и опустила голову, предоставляя ему право признаться. Ал сознался:
- Это придумал я. Дэн, подожди, Капа, не ругайся. Я все объясню. Дэн, та фотография, которую я при тебе сложил в виртуальности - это частичка восстановленной памяти Бома. Виртуалы не могут собрать свою, это слишком сложный процесс, но я подумал: ведь все наши роботы также подключены к виртуальности! Можно попробовать через них. Оказалось, нормальные роботы чисты, никаких оборванных нитей в прошлое, ничего. Нужен был робот со сбоем, и я решил включить Бома. Тая меня поддержала и помогла, благодарю, - он обернулся к ней. Тая кивнула, попыталась улыбнуться, но ее губы дрожали.
Дэн обескураженно вздохнул:
- Отличная идея, Ал! Но почему тайно? Ты забыл, что погубило первую команду «Красавицы»? Ложь, предательство одного из своих! Если б ты мне рассказал свой план, я бы с радостью принял его. Оставлять девочку одну с сумасшедшим роботом - это что? Глупость? Наивность? Безразличие?
- Это желание нас позлить, но поведение Ала мы обсудим потом, - сказала Капа. - Старое предательство давно пора забыть! Что вы все прицепились к нему?! - она чуть не плакала. - А того, кто еще попробует играть с семьей в тайны, я запру в оранжерее с Дэрой, играйте в тайны с ней! Сейчас никаких тайн! Что на фотографии, которую тебе удалось восстановить?
Через несколько минут в главной рубке все рассматривали снимок, выведенный на главный монитор.
Серая ночная пустошь. Ночное небо над однообразным пейзажем - знакомое, невозможное небо Земли. Красные крестовины огоньков патрулей джийан создают свой узор поверх известного с детства узора созвездий. Топаз Юпитера и рубин Марса сошлись в Тельце близ яркой группы Плеяд. И силуэт человека внизу, лежащего на пустоши без сил или спящего. Худая искалеченная девушка. Шрамы еще свежие, светлые волосы до плеч еще не окутывают фигуру, не занавешивают лицо, оно открыто - безумные светлые глаза, тонкие растрескавшиеся губы... Дэра!