- Часть земной виртуальности отказалась воспользоваться подобным способом перехода в реальность. Они встали на сторону реалов, и это едва не позволило тем победить в войне. Виртуальность Земли было решено стереть, и эта диверсия прошла успешно. Восставшие виртуалы отрезали себе путь назад. Они подчинили Землю, уничтожили реалов. Себя объявили не виртуалами, а отпечатками спешно придуманного вселенского Света, а виртуальные миры - своим основным врагом. Первые джийане не хотели вспоминать призрачное прошлое, а новые поколения просто без раздумий впитали эту ненависть. Да и задумываться о чем-либо, кроме покорения космоса, им было некогда. Для Джийи пришло время галактических побед. -
Флос выключил монитор и, оглядев пораженных собеседников, тихо, грустно улыбнулся, но мимика неполноценного превратила тонкое чувство в гримасу отчаяния.
- Брак при таком способе воспроизводства, естественно, случается. Неполноценные, несчастные, почувствовавшие себя женщинами... Самым же сложным, редким и ценным является ваш с Роумой случай. Прежде такое случалось всего один раз, на Гиете, тогда джийанин, подобный вам с Роумой, пытался проникнуть на завод воспроизводства и был убит... Обыкновенно изначальная человеческая сущность в теле легко замещается виртуальной, последние ее остатки уничтожаются вместе с телом. А у вас с Роумой человеческая часть победила виртуальную. Это может случиться, как я подозреваю, в случае, если в качестве болванки берется не чистая, искуственно выращенная нервная система, а система с какой-либо пусть самой малой, но собственной памятью. Среди неполноценных давно ходят слухи, что заводы воспроизводства редко, но перерабатывают цельные взрослые исходные формы, выращенные не в лабораториях. Видимо, это те реалы, которых растили на племя, но выбраковали по каким-либо показателям... Поэтому вы подсознательно ощущаете, помните себя человеком, Ардин. Это также позволяет вам без потерь отключаться от каталога. Для всех джийан-виртуалов каталог является необходимым органом, частью мозга, его и создали как компенсацию за утерянный общий мысленный фон виртуальности, а вы легко существуете вне его. И ваше отвращение сейчас при мысли, что ваше тело нецельно, что оно не приведено к состоянию исходной формы... - все это свидетельствует о человеческой сути. Я... я закончил, - неожидано тихо, глухо сообщил Флос.
Опять повисло долгое молчание.
- Откуда вы с Роумой добыли эти сведения? - наконец спросил Ардин.
- Я просматривал общий каталог. Когда знаешь, что там искать, легко найдешь. А Роума изучала руины земной виртуальности.
- Вот значит, где она успела побывать в виртуальности - на Земле, - заметил Ардин. - То-есть, на Джийе... А я смогу исследовать ее?
- Да. Я научу вас.
- А если... если в вашем каталоге распространить информацию о происхождении джийан от виртуалов? - вдруг спросила Тая. Флос удивленно взглянул на нее:
- Зачем?
- Пусть узнают правду!
- Правда не уйдет далеко. Едва какая-либо информация об истинном прошлом Джийи вводится в каталог, она тут же удаляется вместе с информантом и... навсегда. Проявления искажения вместе со всеми их свидетелями уничтожают. Так во время стычки с землянами у Сенты из-за Роумы, осознавшей себя человеком, отключили от каталога целых два крейсера. А потом к месту катастрофы направили другой военный корабль, чтобы уничтожить, стереть остатки искажения. Но все это делалось и делается автоматически, по кодовым словам в каталоге, - Флос вздохнул и с печалью в голосе закончил: - А об истинной сути искажения, пожалуй, не догадывается никто на Джийе...
- Здесь очень душно, - тихо сказала Тая. - Давай выйдем, Дин.
Землянка коснулась теплой ладонью его кисти, и Ардин вздрогнул и будто очнулся. Девушка пошла к выходу первой, и он, тяжело, неуверенно ступая, двинулся за ней.
Небо на горизонте начинало светлеть, новый день приходил на Джийю-Землю. Ардин всматривался в знакомый, невозможный узор звезд, пока он не угас. Землянка тоже задрала голову к небу.
- Звезда упала, - скоро прошептала она. - Они здесь еще падают!
- Это что-то значит?
- Может сбыться мечта. Что ты будешь делать теперь, Дин?
Ардин усмехнулся, но усмешка так и застыла на его губах, когда он поглядел на девушку. Тая закрыла глаза и подставила лицо ветру, позволяя играть с ее волосами. Руки были раскинуты в стороны, землянка перебирала высокие травы, будто успокаивала огромного испуганного зверя. А в голове Ардина снова и снова звенел ее недавний страшный вопль:
«Что вы сделали с Землей, уроды?»
«Что мы сделали с собой?!» - с горечью мысленно спросил Ардин. Земля молчала. Или он просто не слышит ее голоса из-за стен своего костюма, а Земля кричит, давно кричит, уже охрипла от крика?
Флос дал ответы на все его вопросы. Но как жестоко Ардин ошибался, полагая, что это подарит ему покой! Покоя нет, и не будет уже никогда, ведь он видел, что скрывают джийанские капсулы. И разум уже задает новые и новые вопросы, частоколом ограждая, не пуская в сознание главный, слишком страшный... и только что озвученный Таей:
«Что ты будешь делать дальше, Ардин?»
Наверное, он уже мог бы ответить, и довольно четко: «Исследую остатки земной виртуальности, налажу связь с уцелевшими землянами «Красавицы», будем вместе искать путь». Но все эти его будущие действия, хоть и будут несомненно полезны всем, ему не принесут успокоения, и вопрос «что дальше» так и будет маячить перед глазами. Что делать со своим по-новому узнанным ущербным телом? Какой приговор вынести Джийе, наградившей его таким существованием, и не по злому умыслу - по незнанию? Прошлое ему не изменить, остается менять будущее, но только для самого Ардина не найти там места. Он перестал быть джийанином, но и таким, как земляне, ему никогда не стать: скрученный несчастный огрызок человека в тюрьме костюма-машины.
- Дин, что ты будешь делать? Ты же поможешь мне вернуться домой, на «Красавицу»? - опять звонкий голосок Таи. Ардин поглядел на нее и теперь улыбнулся, так ему понравилась робкая надежда в ее глазах. Несмотря на все беды, ураганом пронесшиеся над планетой, она была дома. Он опустился перед девушкой на колени.
- Что я собираюсь делать? В первую очередь, это, - и он распутал прут, связывающий ее руки.
- Ты ведь тоже, как мы... человек, - шепотом закончила Тая. От этих слов опять что-то, чему не могло быть имени, забилось внутри. А землянка вдруг порывисто обняла его, прижалась щекой к его щеке. Поглаживая его спину, она быстро зашептала:
- Мы поможем тебе! Я не знаю, как, но поможем! Так нельзя существовать, так не должно быть! Мы вернем тебе... исходную форму!
«Что это с ней? Ах, да: жалость землян. Неужели джийанин, высшее существо, достоин лишь этого жалкого чувства?» -
Холод пронзил его капсулу - или просто подул ветер? Не понять. Последняя чернота ночи шапкой накрыла мир или чернота безысходности его пути пеленой встает перед глазами? Не различить. Но в этой тьме светили маленькие искорки-мечты и горизонт озаряло солнце большой надежды. Оно не было видимо сейчас, но мир ждал его восхода, и верил, что оно взойдет. И, подумав, что сострадание землянки может быть обращено не на него, а на несчастный запутавшийся мир, Ардин согласился его разделить. Он тоже обнял Таю, только верхними руками, чтобы не испугать. Маленькая девушка благодарно прижалась к нему, и Ардин почувствовал, что единство двоих восстановлено. И взошедшее солнце очертило золотым сиянием общий контур их тел.