— Как думаешь, у нее есть жилье?
Я не упустила случая поинтриговать:
— Очень может быть. Она из Парижа, была официанткой, теперь работает недалеко от Белькура. Зовут Мирей, и ее голосок наверняка тебя заворожит.
Произнеся этот монолог, я пошла к Мирей спросить, что она здесь делает.
В этот момент Матье в первый раз крикнул:
— Допивайте, ребята!
Это был сигнал к скорому закрытию.
Мирей улыбнулась мне, продемонстрировав дырку вместо зуба.
— Я тебя не заметила. Мне сказали, что ты здесь бываешь…
— Хотела меня увидеть?
— Да. Я мало кого знаю в этом городе, ну вот и подумала — можно встретиться, поговорить о чем-нибудь еще, кроме смерти Лолы и Стеф…
Мимо нас как раз пробегал Матье. Он ополаскивал стаканы, подгонял расслабившихся, собирал грязную посуду. Я попросила:
— Налей девушке, она торопится.
Он поднял голову, собираясь в сотый раз объяснить мне, что после закрытия наливать нельзя, потому что… Но он передумал, взглянув на Мирей, — ее беззубая улыбка на всех так действовала, налил ей стаканчик и ограничился короткой просьбой:
— Побыстрее, мы закрываемся.
И повторил для остальных:
— Допивайте, пора!
Я горячо поздравила Мирей:
— Редчайший случай! Обычно Матье не уломать!
Она вернула мне комплимент:
— Тебя тут любят, не зря ты каждый вечер сюда приходишь.
Посетители лениво тянулись к выходу. "Аркада" почти опустела, Матье выключил музыку. Мы тоже собрались уходить, чтобы рассесться по машинам и ехать в Чекинг.
1.30
На пороге кое-кто застывал в нерешительности, не зная, как скоротать остаток ночи.
Перед входом затормозила большая черная машина.
Как только из автомобиля вылезли четверо мужчин и женщина, всех как ветром сдуло. Слишком уж прямо они держались в это время суток, слишком слаженно действовали.
Женщина первой вошла в "Аркаду", четверо мужчин молча проследовали за ней, заложив руки за спину.
За исключением Мирей мы все ее знали. Мадам Ченг раньше владела самыми дорогими массажными салонами и барами со шлюхами по всему городу. Она была женой марсельского хирурга, и они вместе открыли роскошные заведения. Королева-Мать воспользовалась тем, что они плохо расстались, и, пока они делили собственность, наложила лапу на все их заведения.
Не сказать, чтобы она действовала в этой операции совершенно безупречно, зато суперэффективно.
Муж-хирург просто покинул город. Мадам Ченг попыталась кое-что спасти, но ни одна девушка не захотела снова работать на нее, потому что Королева-Мать с ними круто разобралась (может, это и слухи, но дыма без огня не бывает!). Да еще и легавые приняли ее сторону. И мадам Ченг переключилась на другой бизнес.
Эта маленькая сухая женщина со жгуче-черными, стянутыми назад волосами и темными бровями была настоящей Мадам, хотя внешне больше напоминала вертлявого парня.
Она никогда не приезжала в Квартал.
Из вновь прибывших только мадам Ченг не носила черных очков. Вошедших встретили тягостным молчанием.
Матье стоял посреди зала, убирая стулья на столы, чтобы подмести пол. Он на секунду прервался, покачал головой, как будто вошли случайные посетители, буркнул:
— Мы закрыты, уходите.
Мадам Ченг не сдвинулась с места, но ее спутники уселись за последний стол, где еще оставались стулья. Она отчеканила:
— Ты — закрываешь. Мы — остаемся.
Мы группой стояли у двери — Мирей, Жюльен, Гийом и я, — собираясь уходить, но, услышав реплику мадам Ченг, сели у стойки, не зная, как развернутся дальнейшие события.
В этот момент вернулся Саид. Широко улыбаясь публике, объяснил:
— Вы еще здесь? У меня бессонница. Слушай, Матье, я могу сварить себе кофе?
Свои часто оставались в баре после закрытия, чтобы выпить по последней и поболтать.
Саид уже прошел за стойку и только тут заметил, что мы не одни.
Матье взял свою щетку, подошел к незваной гостье, встал лицом к лицу с ней. Мадам Ченг ему в пупок дышала. Он наклонился и повторил очень спокойно:
— А по-моему, вы сейчас же отсюда уберетесь, потому что у меня много дел.
Молодец Матье, настоящий мужик.
Четверо подручных мадам тоже были ничего себе — невозмутимые, застывшие в картинных позах вокруг стола. Никто бы не сказал, куда они уставились из-за стекол темных очков.
Мы пятеро у стойки были напряжены, но тоже сохраняли неподвижность.
В таких ситуациях, когда одна группа противостоит другой, люди внезапно сплачиваются, нечто внутри них требует разрешения, облегчения, всем хочется взрыва, страх преобразуется в ярость.
Мадам Ченг только улыбнулась гнусной сладенькой улыбочкой и уронила:
— Я хочу видеть главную.
Матье покачал головой:
— Здесь ты не у нее, а у меня! Уходи.
Вместо ответа она разразилась громким хохотом, слегка откинувшись назад всем телом. Головорезы тоже сочли нужным оскалиться.
Мадам Ченг успокоилась так же внезапно, как развеселилась, чем очень впечатлила меня.
Она повернулась ко мне и спросила дружески-небрежным тоном:
— Ваши девушки сказали мне, что двух танцовщиц уже разрезали на куски… Недурной бизнес, особенно если нужны деньги на порошок. Но я удивлена такой неосторожностью…
Саид подскочил к ней:
— Старая шлюха, тебе же велели убираться…
Спусковой механизм сработал — началась заварушка.
Охранники мадам Ченг вскочили, с грохотом роняя стулья.
Один из них схватил Саида за волосы, подтащил к стойке, ткнул лицом в пивную лужицу, держа пистолет у затылка.
Другой оседлал Гийома, целясь ему в лоб из револьвера.
Матье дернулся, собираясь схватить что-то под стойкой. Выстрел, запах пороха, брызги стекла от разбившихся бутылок. Матье выпрямился, а двое горилл встали по обе стороны от двери, взяли на мушку весь зал, следя, чтобы присутствующие сохраняли спокойствие.
Мадам Ченг оглядела зал. У нее и правда был стиль, у этой стервы, она выдержала паузу, в глазах разгоралось жестокое возбуждение.
Она заговорила — вроде искренне огорченным и мягким тоном, но так звучит голос того, кто обманывает, предлагая помощь:
— Я ищу ее уже неделю, нам надо обсудить кое-что важное.
Пауза. Продолжение:
— Мне не кажется, что вы способны силой заставить нас уйти…
Бессильная ярость, унизительное чувство, что не сумел дать отпор быстро и адекватно. Я действительно испугалась, когда прозвучал выстрел, у меня заложило уши, отнялись руки и ноги.
Кто-то кашлянул. Это была Королева-Мать в сопровождении двух охранниц. У одной поехали колготки — забавно… Зато на лицах полное спокойствие. Как будто воспитательницы в туфлях на шпильках явились навести порядок среди расшалившихся малышей.
За их спинами стояла Соня — я даже не заметила, что она ускользнула, как только подъехала черная машина. Да, я и вправду никчемная мудачка…
Мадам Ченг знаком приказала своим убийцам выпустить добычу и опустить оружие.
У двух этих женщин была похожая манера поведения — театральность, скупые жесты.
Гийом чертыхался, поднимаясь с пола; Саид сел за столик, как будто только что вернулся из сортира; я подняла опрокинутый стол; Соня поставила на место стул. Гийом решил высказаться:
— Ничего себе обстановочка…
Он отряхнулся в последний раз и сел.
Жюльен был белым как полотно. На некоторых людей насилие действует особым образом: чтобы перенести его, им бывает достаточно сохранять ясную голову. Не знаю, как выглядела я сама, но в женщинах трусость не так противна.
Матье вернулся к своим стаканам. У этого парня были недостатки, но в хладнокровии ему не откажешь.
Мирей повернулась спиной к месту действия и принялась разглядывать присутствующих. Судя по всему, она не слишком испугалась — даже улыбнулась самой очаровательной из своих улыбок.
Все происходило как в замедленной съемке, как будто что-то пошло не так со звуком, чего-то не хватало в атмосфере. Пустота. Животное облегчение после пережитого ужаса. Ситуация внезапно разрешилась, и все вроде встало на свои места, а мы чувствовали себя дураками.