Нет, в языке.

В чьем языке?

В твоем, что мелет о хвосте. Прощайте.

Как, мой язык у вас в хвосте? Ну нет,

Кет славная, я дворянин.

Увидим.

(Бьет его.)

Клянусь, начнете драться –  я вас стукну.

Тогда герба лишитесь:

Прибив меня, лишитесь вы дворянства,

А кто не дворянин, тот без герба.

Впиши же и меня ты в свой гербовник.

На шлеме что у вас? Петуший гребень?

Будь курочкой. Могу быть и без гребня.

Нет, не по мне петух: кричит нескладно.

Ну полно, Кет, зачем глядеть так кисло?

От кислых яблок –  сразу кисну.

Здесь кислых яблок нет: чего же киснуть?

Есть, есть.

Да где?

Жаль, зеркала нет под руками.

Вы про меня?

Хоть молод, а догадлив.

Для вас, клянусь Георгием, я молод.

Потерты.

От забот.

Мне нет заботы!

Останьтесь, Кет, не уходите так.

Сержу вас только, лучше уж уйти.

Ничуть. Я нахожу вас очень милой.

Мне говорили, вы резки, сварливы.

Я нахожу, все эти слухи ложны.

Ты весела, приветлива, любезна,

Речь медленна, но сладостна, как цветик.

Ты хмуриться, коситься не умеешь,

Губ не кусаешь, как другие злыдни;

Перечить у тебя охоты нет,

И женихов ты принимаешь кротко,

Воспитанно вполне, благопристойно.

Что ж мне болтали, будто Кет хромает?

Пустые сплетни! Кет стройней орешин,

Как веточка пряма! Смуглей ореха,

Но ядрышка его гораздо слаще.

Пройдись, я посмотрю. Ты не хромаешь!

Приказывай, дурак, своей прислуге.

Могла ль Диана рощу так украсить,

Как Кет покой сей –  царственной походкой?

Будь ты Дианой, а Диана –  Кет, –

Кет девственной была б, Диана –  резвой.

Где это научились краснобайству?

Экспромты всё: я в матушку умом.

Вот умница! Сынка ума лишила.

Что ж, я простак?

Пусть ум и греет вас.

Согреюсь я вполне в твоей постели.

А посему довольно болтовни.

Скажу я прямо: ваш отец согласен

Вас выдать за меня. Сошлись в приданом.

Хотите ль нет ли, быть уж вам за мною.

Я буду мужем, Кет, как раз по вас.

Клянусь тем часом, как тебя увидел

И красотой твоею я пленился,

Ничьей другой не будешь, как моею.

Я родился, чтоб укротить вас, Кет,

Из дикой Кет совсем ручную сделать,

Как подобает быть домашним, Кет.

Вот ваш отец. Чтоб не было отказа!

Я должен Катарину в жены взять!

Ну как, Петручио, поладили вы с дочкой?

Могло ли быть иначе?

Не понапрасну тут я торопился.

Что ж, дочка Катарина, вы грустны?

Зовете дочерью –  и в самом деле

Вы, как родитель, обо мне печетесь,

За полоумного меня просватав.

Головорез какой-то и дурак,

Что думает нахальством победить!