Литмир - Электронная Библиотека

— А все-таки достаточно убедительных доказательств нет, — сказал Линье задумчиво.

— А если я вам скажу, что в районе кратера Архимеда мною обнаружен вулканический пепел свежего происхождения, убедит ли вас это?

— Пожалуй, убедит, если вы докажете, что он действительно недавнего происхождения, . ответил Линье.

— В таком случае отправимся хоть сейчас!

Альварес остался в ракете под предлогом проверки радиостанции. Некоторое время он наблюдал за удалявшимися Линье и Диасом. Лицо его было озабочено. Наконец, что-то решив, он открыл люк в задней стенке кабины.

С трудом протиснув свое грузное тело через узкое отверстие, Альварес проник в среднюю часть ракеты, заполненную баками. Узкий аварийный проход, похожий на нору, не был рассчитан на массивную комплекцию радиста. Тем не менее он решительно двинулся вперед и осветил электрическим фонарем пространство между двумя баками. Здесь, в кружевном переплете ферм и трубопроводов, лежал небольшого размера чемоданчик из желтой кожи. Ему пришлось потратить немало усилий, прежде чем дотянуться до чемодана и извлечь его. Когда он вернулся со своей добычей в кабину, лицо его было бледно, а лоб покрылся испариной. Альварес открыл дрожащими руками чемоданчик. В нем было два десятка аккуратно уложенных атомных мин новейшего образца. Каждая из них, размером не больше лимона, превышала по силе взрыва 500-килограммовую бомбу, начиненную тротилом.

То был "подарок" Рамиреса. Предусмотрительный генерал уверял, что и на других мирах подобные "фрукты" так же необходимы, как и на Земле.

Закончив разговор со своим "лунным агентом", генерал пришел в сильное волнение. Да, теперь настала пора действовать решительно. До сих пор Рамирес делал все, что было можно. Он деятельно поддерживал версию о том, что альберийские астронавты уничтожены русскими.

Альберийская печать и радио призывали общественность к "единению перед беспримерным фактом красного межпланетного империализма". Непрерывно сообщались все новые подробности "зверского нападения русских" и "первого побоища на Луне".

Советский Союз обвинялся в стремлении захватить всё околосолнечное пространство, включая и все планеты. Даже гибель альберийской межпланетной станции приписывалась проискам русских. Утверждали, что болид, столкнувшийся со спутником, был ни чем иным, как советской ракетой, запущенной еще в начале 1959 года и ставшей первой искусственной планетой.

На политической арене снова появился сенатор Баррос. Пользуясь поддержкой некоторых влиятельных кругов, он решил попытаться спасти свою репутацию.

Баррос выступил с планом создания "Объединения стран против коммунистической агрессии в космосе". Его идея была одобрена. Спустя несколько дней предложение сенатора фигурировало в правительственной газете под официальным названием "Плана Барроса".

Сенатор Баррос старался не покладая рук, не без основания надеясь получить теплое местечко в "Объединении".

На пост Главнокомандующего Объединенных вооруженных сил намечали генерала Рамиреса, сам Кортес предложил его кандидатуру.

Рамирес потребовал навести вначале новый порядок на Земле, а лишь потом приступить к освоению космоса. Добиться нового порядка он предлагал способом, набившим всем оскомину: путем массированного обстрела со всех трехсот шестидесяти градусов территории противника баллистическими ракетами с водородным зарядом.

Военная истерия охватила всю страну. Альберия ощетинилась межконтинентальными ракетами, словно хищный зверь перед прыжком. Многочисленные эскадрильи самолетов бороздили небо далеко за пределами страны, якобы с целью предупредить нападение. Необычайно сложная и разветвленная система противовоздушной обороны была приведена в действие. Каждые пять часов устраивались учебные тревоги.

Бесконечные тревоги, сопровождаемые жутким воем сирен и условными разрывами водородных ракет, держали жителей в состоянии крайнего нервного напряжения. В воздухе висели тучи вертолетов; с диким ревом проносились куда-то летающие танки, бесшумно парили громадные платформы.

И в разгар этой вспышки военной истерии появились слухи о том, что альберийские астронавты живы и здоровы. Вскоре слухи подтвердились, и часть законодателей, сохранивших еще способность трезво оценивать обстановку, предложила замять вопрос, что и было сделано.

Неудивительно, что и Рамирес, оказавшийся в затруднительном положении, не мог поступить иначе. Он решил срочно перестроиться, теперь надо было выработать другой, более конкретный план действий.

Глава 33

Спустя полчаса Альварес уже покинул корабль и шагал по направлению к лагерю советских астронавтов. Холодея при мысли, что его могут разоблачить, он передвигался гигантскими скачками. "

Удивительно кстати, однако, затеял Диас разговор о вулканах, — думал он. Если они найдут этот дрянной пепел, то лучшего и желать не надо. Линье поверит. Интересно будет взглянуть на его физиономию, когда через несколько часов он увидит "вулканическую деятельность".

Альварес даже рассмеялся от удовольствия. Да, пока все идет прекрасно. Не дойдя километра до пещеры, где астронавты установили лунный дом, он остановился и внимательно осмотрелся. Радист опасался встречи с кем-нибудь из советских астронавтов. Убедившись, что поблизости никого нет, он стал, крадучись, укрываясь за каждым камнем, приближаться к пещере.

До пещеры оставалось метров триста, когда из нее вышел один из астронавтов. Это был Лядов. Альварес быстро зашел за ближайшую скалу. "

Черт возьми, уж не вздумал ли он отправиться куда-нибудь надолго, подумал Альварес, закусывая с досады губу. — Это может сорвать весь план".

Между тем Лядов направился к батарее фотоэлементов. Повернув установку так, чтобы лучи Солнца падали на нее перпендикулярно, штурман не спеша возвратился в пещеру. "

Как узнать, все ли на месте?" — мучительно раздумывал Альварес. Конечно, проще всего зайти под каким-нибудь предлогом и убедиться, но этого бы ему очень не хотелось делать. Наконец, не видя другого выхода, Альварес неохотно направился к пещере, уже не прячась. В этот момент он и заметил группу из трех астронавтов, спускающихся с ближайших отрогов на западе. Радист поспешно спрятался. Сердце его учащенно забилось. Не заметили ли его? Кажется, не заметили.

Через несколько минут астронавты подошли к пещере и скрылись под ее сводами. Альварес, выпрямившись, гигантскими прыжками помчался к пещере. Через несколько минут радист был уже у цели и с ловкостью вскарабкался на скалу, нависшую над пещерой. Скала эта отделялась от основной части горы узкой трещиной не больше тридцати сантиметров.

Альварес торопливо достал из сумки мину, взвел часовой механизм и положил ее на выступ в щели. Секунду он поколебался, затем вынул вторую мину и положил ее рядом с первой. Проделав это, Альварес стремительно бросился прочь, почти скатываясь с утеса, не замечая ударов об острые камни. Последний прыжок — и он на ровной поверхности. "

Скорее, скорее подальше отсюда!"

Вдруг он с ужасом почувствовал, как нога его, обутая в железный ботинок, застряла между камнями. Обливаясь холодным потом. Альварес пытается вытащить ногу. Ему кажется, что прошло уже много времени. В ушах его раздается тиканье часового механизма, неумолимо отсчитывающего секунды. Наконец, рывком он вытянул ногу и, не обращая внимания на боль, бросился бежать. Еще несколько мгновений, и он уже далеко. Альварес с облегчением вздохнул, и в тот же миг почувствовал, как под ногами у него задрожала почва.

Если вспомнить, что на Луне сила тяжести в шесть раз меньше, чем на Земле, то неудивительно, что взрыв атомной мины произвел здесь исключительно сильное действие. Обломки скалы и тучи лунной пыли, выброшенные взрывом, поднялись на огромную высоту, а крупные камни отлетали на расстояние нескольких километров.

45
{"b":"247133","o":1}