Литмир - Электронная Библиотека

– К счастью, встретили наших, – сообщил Жора. – Тихоокеанский флот.

– Тихоокеанский?! – переспросила я.

– А вы какой ожидали увидеть? – спросил с улыбкой один из моряков. На чистейшем русском! – Сейчас в этом регионе патрулирование осуществляет целый отряд кораблей российского Тихоокеанского флота.

Я воспроизвела в уме карту мира и подумала, что так, наверное, и должно быть. Хотя могли прислать и Балтийский. Вообще-то военно-морской флот обязательно должен ходить по морям. В этом смысл его существования. Кому нужен флот у причалов?

– Наш командир корабля сейчас связывается с Большой землей, – сообщил второй моряк. – Потом вас, вероятно, пригласят к нам.

Он бросил взгляд на стоявший рядом военный корабль.

– А яхту что, бросим?

– Нет, что вы, Валерия Павловна! – воскликнул Жора. – Просто вам, как владелице, нужно будет поговорить с капитаном.

– Командиром корабля, – поправили моряки. – Корабль военный, а не гражданский.

– Вы представляете, Валерия Павловна, – продолжал Жора, – ребята шли спасать то судно, которое вы видели. Мы-то с ребятами все пропустили, а вы из ангара видели.

– Какое судно? – в первый момент не поняла я.

– Ну, ледокол. Оно вообще-то не ледокол, то есть, конечно, и ледокол тоже, но там ученые, которых захватил шейх.

Я перевела взгляд на моряков с военного корабля. Оба кивнули.

– За ученых и научно-исследовательское судно потребовали выкуп? – уточнила я. – Но ведь они, наверное, не от частной лавочки. Ледоколы вообще есть в частной собственности?

Мне ответили на все мои вопросы. Теперь в частной собственности есть все, а поскольку кое-кто из наших олигархов почему-то полюбил северные регионы, то приобрел и соответствующие суда, а не только известные всему миру яхты. Но это научно-исследовательское судно действовало, так сказать, по поручению государства, однако к государству Российская Федерация за выкупом никто не обращался. Просто капитан того судна успел сообщить, что на них напали пираты. Потом еще пара людей, находившихся на борту, сообщила по спутниковым телефонам о положении вещей – на определенный момент. С тех пор никакой связи ни с кораблем, ни с людьми нет.

– То есть вообще никаких требований не поступало? – удивленно спросила я.

Моряки покачали головами.

– Обычно по прошествии такого количества времени пираты уже выдвигают свои условия, – сказал один из них. – А тут – ничего. Никакой связи. Мы только от вас от первых получили информацию о том, где находится корабль. Вы там людей не видели?

Я покачала головой и пояснила, что сама я видела ледокол лишь из ангара, стоя на плечах одного из украинских моряков. С такого расстояния я никак не смогла бы увидеть людей – даже если бы они находились на палубе. Когда мы ночью выходили из гавани, ледокол был погружен во тьму – как и большинство кораблей.

– Кстати, с Новым годом, Валерия Павловна! – радостно воскликнул Жора.

– С Новым годом! – хором сказали моряки.

Я моргнула.

– Что, в самом деле, что ли?

– Ага! – кивнул Жора. – А ведь у нас еще говорят: как Новый год встретишь, так его и проведешь.

– Ты хочешь сказать, что нам весь этот год придется спасаться из плена?

– Нет, я просто надеюсь, что весь начинающийся год у нас будет происходить что-то хорошее.

– Кстати, возможно, вам удалось так легко уйти именно по этой причине, – с самым серьезным видом сказал один из моряков. – Кто-то праздновал. Возможно, не ожидали побега… Вроде бы раньше никто даже не пытался, а тут еще и Новый год… Наверное, ваши захватчики его тоже празднуют.

– Скажите, а что есть ценного на ледоколе? – спросила я у моряков.

Они неопределенно пожали плечами.

– Что с него может использовать шейх? Кроме запасов продуктов питания?

– Не знаю, – ответил один из моряков. – Если только геологическое оборудование. Там точно находилась большая группа геологов.

– С какой целью? – не поняла я.

Мне пояснили, что судно шло из Антарктиды, а на том континенте продолжается исследование недр. Уже установлено, что там имеется значительное количество полезных ископаемых – железная руда, каменный уголь. Также найдены следы руд цинка, молибдена, меди, никеля, свинца. Может, и шейх хочет провести у себя тщательное исследование недр и узнать, что находится на принадлежащей ему территории. А зачем покупать оборудование, если можно провести пиратский захват? Вместе со специалистами, умеющими им пользоваться. Да и эти специалисты вполне могут на него поработать только за еду, а потом их еще можно выгодно продать, то есть вернуть за выкуп. Обычно геологическое оборудование по этим водам не возят.

– Ничего ценного в обывательском смысле на том судне нет, – сообщил второй моряк. – Но оборудование, конечно, дорогое. И сам корабль дорогой – в отличие от торговых судов, которые раньше захватывали пираты. Это первое научно-исследовательское судно, которое они взяли. И насколько нам известно, так далеко они никогда не заходили. Вообще в сторону Южного полюса не ходили!

– То есть за это судно они могут получить выкуп, значительно превышающий выкуп за торговое?

– За несколько торговых. И людей там гораздо больше. Но наше командование – или руководство страны – решило отправить нас.

«Чтобы не платить ничего, – подумала я. – Рискнуть жизнями нескольких десятков моряков».

На палубе военного корабля появились люди, которых я до этого не видела, они сразу же заметили нас, подошли к палубному ограждению и встали строго напротив нашей компании. Вероятно, старший по званию (очень симпатичный мужчина!) спросил, не я ли являюсь Валерией Павловной Шубаковой. Я кивнула. Мне предложили перебраться на корабль для встречи с командиром.

Поскольку эту процедуру мне приходилось проделывать совсем недавно, а тут еще помогали наши вежливые моряки, я вскоре оказалась в кают-компании. Корабль мне не показывали. Возможно, это запрещали какие-то инструкции. Также на него даже не предлагали перебраться нашему капитану Джону, как представителю иностранного государства, только по его просьбе отправили какие-то сообщения. У нас связь так и не работала.

Командир корабля представился Сергеем Николаевичем, возможно, потому, что я являлась гражданским лицом и мне было совершенно необязательно знать его фамилию и звание.

– Мы связались с вашим мужем, Валерия Павловна. Он очень рад, что вы нашлись. Он не знал, что и думать, поскольку у него потребовали выкуп за других родственников, в списке которых вас не оказалось. Он уже не исключал, что вас нет в живых. Он думал, вы могли оказать пиратам сопротивление…

Сергей Николаевич посмотрел на меня с улыбкой и явно оценил мою фигуру.

– Каким спортом занимались?

– Художественной гимнастикой. Потом танцами, – сказала я, не уточняя, что в стриптизе.

– Но вы не оказали сопротивления?

– Это было бы глупо.

– Однако смогли сами сбежать из плена. Восхищен.

– Спасибо. Скажите: все мои родственники находятся в плену у шейха?

Сергей Николаевич кивнул.

– Мой муж собирается платить выкуп?

– Собирался. Но раз мы идем спасать людей с научно-исследовательского судна, которые, по всей вероятности, тоже находятся у шейха, мы, естественно, попытаемся спасти и ваших родственников. И за их спасение ваш муж обещал выплатить премию нам.

«И это гораздо больше устроит все стороны», – подумала я, но вслух ничего не сказала.

– Где сейчас находится мой муж? На Сейшелах?

– В Москве.

– Он вылетал на Сейшелы, а потом отправился в Москву после получения требования о выкупе?

– Не знаю. О своих планах – прошлых и будущих – он мне не сообщал.

– Сергей Николаевич, вы командуете боевым кораблем, – заговорила я.

Он кивнул.

– Но, насколько мне известно, шейх проживает в каком-то оазисе, и этот оазис не на побережье. Следовательно, мои родственники и люди с научно-исследовательского судна находятся там. Ведь их же не разместили в ангаре, где держат моряков, хотя там оставалось много свободного места. Моих родственников даже везли отдельно от команды. То есть, насколько я понимаю, нужно проводить не морскую, а сухопутную операцию.

27
{"b":"174337","o":1}