Литмир - Электронная Библиотека

Местные женщины, со смуглыми лицами, как у ее мачехи, с заплетенными в косички или распущенными волосами, спасались от палящих лучей с помощью кружевных шалей, которыми они покрывали голову и плечи. Как отметила Лора, многие из них предпочитали носить платья без рукавов, сшитые из цветастого шелка, ситца, крепдешина. Корсетов местные модницы не носили, подол юбки едва прикрывал их щиколотки, блузки же у них были просторные, подпоясанные кушаком, а обувь из лайки или сафьяна. Все они без исключения красовались в бусах, ожерельях и серьгах, а также в ярких шейных шелковых платках. Глядя на них, Лора внезапно почувствовала себя белой вороной со своими золотистыми локонами и бледным лицом и смутилась.

Женщины бесцеремонно разглядывали чужестранку и оживленно обсуждали по-испански, кто она такая и что ее сюда привело. Лора старалась избегать их взглядов и беспокойно ерзала на сиденье, склоняя голову всякий раз, когда мимо коляски проезжали верхом на лошадях мужчины, тоже бесстыдно таращившие на нее свои черные глаза.

Наконец ей надоело ощущать себя гадким утенком, попавшим в курятник. Она горделиво вскинула подбородок и встряхнула волнистыми волосами, после чего отношение к ней мужчин, смотревших на нее с обеих сторон узкой улочки, изменилось. Они стали провожать ее коляску восхищенными взглядами и встревоженными возгласами.

Лора украдкой поглядывала на них исподлобья, удивляясь их странной манере одеваться. Непременным атрибутом мужского костюма являлась широкополая темная шляпа с блестящей лентой вокруг тульи. Не менее характерной деталью был черный либо темно-синий плащ, украшенный позолоченной мишурой. Под ним многие местные мачо носили короткие куртки и белые рубахи с распахнутым воротом, заправленные в прямые брюки, сшитые из бархата либо сукна, и тоже белого цвета. Кое-кто из мужчин выглядел более причудливо — на них было некое подобие одеяла с отверстием для головы и плетеные кожаные сандалии. Бедняки вообще ходили босиком. Не поднимая головы, они торопливой походкой переходили улицу, неся в обеих руках по тяжелой корзине, и исчезали в переулках, по которым бегала пестро одетая детвора.

Для свидания с отцом Лоретта надела утром свое лучшее платье, рассчитывая потрясти его своим нарядом, спускаясь по трапу на причал. Однако оценили ее роскошный вид лишь матросы и портовые грузчики. Теперь оставалось надеяться, что ее платье не промокнет насквозь от пота к тому времени, когда она доберется до дома отца. Предстать перед ним в мятой и влажной одежде Лоретте совершенно не хотелось.

Она снова поймала себя на том, что волнуется перед встречей с отцом. В конце концов, подумала она, у нее имелись на то свои основания. Когда отец отослал ее в Европу вскоре после своей свадьбы, она поклялась, что больше никогда с ним не встретится. Горечь от его поступка усугубила смерть Изабо, Лоретта чуть не впала в черную ипохондрию. Но время исподволь излечило ее пошатнувшийся дух, и ей стало нравиться жить в Европе. Закончив учебу, она целый год путешествовала и развлекалась, а в Соединенные Штаты вернулась исключительно потому, что отец настоятельно просил ее в своих письмах приехать к нему. Естественно, Лора немного нервничала перед встречей с ним после долгой разлуки.

Изменился ли он внешне? Узнает ли он ее, заметно повзрослевшую за минувшие пять лет и превратившуюся из диковатой девицы в красивую молодую женщину, одетую по последней европейской моде? Смогут ли они быстро найти общий язык? За годы, проведенные в Лондоне, Париже, Барселоне и Риме, Лора привыкла к свободе и независимости и превратилась в молодую светскую львицу. Очутившись снова в Америке, она обнаружила, что здесь, во всяком случае в Калифорнии, все шло по-старому. И наверняка, как ей подсказывала интуиция, здесь царили прежние ханжеские порядки.

Едва коляска остановилась напротив неказистой глинобитной постройки, Лора увидела идущего к ней по садовой дорожке отца и радостно закричала:

— Папа!

— Моя милая Лоретта! Моя славная девочка! Наконец-то я заключу тебя в свои объятия! — воскликнул Филипп Аллен и ускорил шаг.

Лоретта побежала ему навстречу, он обнял ее и расцеловал.

— Да ты уже взрослая леди, дочка! И какая красивая! — окинул он ее с головы до ног восхищенным взглядом.

Из дома вышла Карлотта. Лора приветливо улыбнулась ей.

— Я привезла вам кучу подарков из Европы. Надеюсь, что Карлотте они понравятся.

Отец взял ее под локоть и повел по дорожке к дому, весьма просторному и покрытому черепицей.

— Конечно же, она обрадуется твоим подаркам, дочка, — сказал он достаточно громко, чтобы его услышала жена.

Карлотта действительно пришла в восторг от разрисованных вееров и кружевной накидки, которые преподнесла ей с обворожительной улыбкой падчерица.

— Спасибо, — поблагодарила она, обнажив в улыбке ровные белые зубы.

Мачеха сразу же накинула на плечи подарок — кружевную накидку и стала обаятельной и привлекательной. Лоретта наконец-то поняла, как ей удалось женить на себе ее отца. Хотя Карлотта была самой обыкновенной испанской женщиной, не наделенной яркой красотой, но она обожала Филиппа Аллена и знала, как ему угодить.

Вино подавалось ему всегда именно той температуры, которую он предпочитал, кресло — такое, в котором ему удобно сиделось, халат его всегда был безупречно отстиран, выглажен и надушен любимым одеколоном. Лоретта невольно задумалась над тем, уделяла ли столько внимания своему мужу ее мать Франсуаза.

Не без труда прогнав прочь грустные мысли, Лора вымучила на лице любезную улыбку и попыталась сделать вид, что внимательно слушает, о чем говорит Карлотта. Но та смекнула, что девушка устала после долгой поездки, и предложила ей немного отдохнуть.

— Серита проводит тебя в твою комнату, — сообщила она и трижды громко хлопнула в ладоши.

Тотчас же появившаяся смуглолицая служанка с приветливой улыбкой на губах и блестящими черными волосами проводила Лоретту в спальню и осведомилась, не будет ли у сеньоры каких-либо указаний. Одетая в свободную блузку и ярко-желтую юбку, чудесно сочетавшуюся с оранжевым кушаком, и обутая в кожаные сандалии, юная девушка светилась молодым задором и любопытством. В конце концов она не выдержала и выпалила:

— У вас такое роскошное платье, сеньорита! И вообще, вы такая красивая, что я вам даже чуточку завидую.

Лора понимающе улыбнулась, сняла шляпку, швырнула ее на кровать и с наслаждением села в стоявшее рядом кресло.

Словно устыдившись вырвавшихся слов, Серита принялась торопливо извлекать из чемоданов одежду Лоры и развешивать ее в стенном шкафу. С умилением понаблюдав за ее усердной работой, Лора в порыве щедрости и благородства предложила:

— Если хочешь, я могу отдать тебе кое-какие платья, ставшие мне тесными. По-моему, они будут тебе впору…

Живя во Франции, она привыкла к тому, что ее тетушка дарила свою старую одежду служанкам, и те всегда принимали ее подарки с благодарностью. Однако Серита, к ее немалому удивлению, покачала головой и воскликнула:

— Благодарю вас, сеньорита, вы очень великодушны, но принять от вас я ничего не могу, это небезопасно…

— Отчего же? — Лора расхохоталась. — Что за вздор! Взгляни-ка вот на то, к примеру, платье в цветочек. Оно будет тебе к лицу. Уверяю тебя, что никто не заподозрит, будто бы ты его у меня украла. Ну, примерь же его скорее!

— Дело вовсе не в том, сеньора! — объяснила Серита. — Если меня увидит в нем какой-нибудь солдат, он подумает, что раз у меня появились деньги на наряды, то с меня можно что-то потребовать. Вы совершенно не знаете местных порядков!

Лора слегка растерялась, и служанка поспешно покинула комнату. Пожав плечами и встав с кресла, Лора начала осматривать старинную испанскую мебель из темного дерева, щедро украшенную замысловатой резьбой, которая, вероятно, служила семье Карлотты многие десятилетия. Мебель великолепным образом гармонировала с кафельным полом просторных комнат дома, благодаря которому в них всегда сохранялась прохлада.

6
{"b":"170712","o":1}