— Хорошо. Передай заказы компьютеру, чтобы они подоспели к моему приходу. Я быстро. Спасибо, Николь.
— Суперкоманда сильна единством. Для второго пилота я готова на все.
— Я запомню, — сказал Кьяри с места Поля.
— Играешь с огнем, приятель, — огрызнулась она.
Пощелкав тумблерами, Николь включила еще два обзорных экрана: один показал ангар номер два, а второй — телеметрию данных «Скитальца». Николь увеличила изображение клиновидного катера; сквозь прозрачный фонарь четко виднелись Кэт и Шомрон в кокпите, размещающие оборудование и заканчивающие предполетную проверку. Кэт подняла голову и помахала рукой в камеру. Николь уменьшила фокусное расстояние и повернула объектив, отыскивая Поля. Он стоял у воздушного шлюза, а Хана изо всех сил обнимала юношу — нелегкая задача, поскольку на нем был скафандр высшей защиты. Наконец, воспользовавшись невесомостью, она оттолкнулась от палубы и обвилась вокруг Поля. Николь слегка зарделась, увидев столь интимный момент. Впрочем, с камерой невольно становишься соглядатаем — так к чему изображать невинность? Она снова поймала катер. Три секунды спустя Поль появился в кадре, беспечно помахал в сторону шлюза и забрался внутрь.
— Похоже, мистер да Куна и доктор Мураи весьма… увлечены друг другом, — заметил Кьяри так небрежно, словно говорил, о погоде.
— Похоже, — отозвалась Николь и тут же скомандовала: — Всем надеть скафандры. Комиссар. Затем Андрей. Потом я. — Она передала тот же приказ Хане по дистанционной связи.
— Вас что-то тревожит, старлей? — осведомился Кьяри.
— Немного.
— Не скромничай.
— Сейчас не время и не место… — Она вдруг подумала: «А может, наоборот? Неужто я и правда нуждаюсь в этой фигне? Ну почему так много сложностей?!»
— А мы «увлечены», Бен? — наконец спросила она.
— Возможно. Ты это хотела узнать?
— Даже не знаю. Что-то я не слышу у тебя энтузиазма.
— Просто я трезво оцениваю ситуацию.
— А если я готова рискнуть?
— Невежественное безрассудство.
— Издеваешься!
— Николь, я самый старший в табели о рангах; ты же служишь в ВВС, и это — твой первый полет. Как только экспедиция завершится, тебе скорее всего дадут очередное задание на год-другой на местных или дальних трассах, прежде чем ты получишь направление в Пояс или Дальний космос. Ты не вольна выбирать, куда лететь, я же сам называю место назначения. Но я ненавижу Землю и не выношу Луну. Я одиночка. Я работаю на кораблях, рассчитанных лишь на одного человека. Ты хочешь завязать отношения? Прекрасно. Я гарантирую их только на время полета. И не потому, что мне плевать на тебя или я не люблю постоянства, а лишь потому, что обстоятельства сильнее нас.
Николь прервала долгую паузу.
— Разумно.
— Извини. Я не хотел быть жестким.
— Ничего. Выживу. — Она ударила по клавише интеркома, словно подводя черту. — Ханако, почему задерживается обед?
— Вашей официантке пришлось зайти в душ, пока она переодевалась, а что? — послышалось из динамика.
— Недоумеваю. И проголодалась.
— Вот тебе и на! Потерпи, Николь. Страдание, говорят, облагораживает.
— Значит, мне сегодня везет. Паоло, доложи обстановку!
— Мы готовы, командир.
Она подняла спусковые салазки «Скитальца», задержав его, пока Кьяри и Андрей не вернулись на свои посты уже в скафандрах, проводила взглядом бронекатер, медленно всплывший в иллюминаторах заднего обзора. Отделившись от головного отсека, он повернул к астероиду Вулфа, и пульт вспыхнул индикаторами, когда заработал главный двигатель.
— Ожидаемое время подлета? — Николь прищурилась, пытаясь разглядеть габаритные огни «Скитальца» на фоне звезд, и огорченно заворчала. Кьяри протянул электронный бинокль, но Николь отрицательно помотала головой.
— Шестьдесят три минуты, — сообщила Хана. — Кэт и Паоло не торопятся. — Она подплыла к Николь с продуктовой коробкой в руках. — Это на двоих. Мы с Андреем свои уже взяли.
— Спасибо. Как только пообедаете, рассчитай курс, ближайший к астероиду.
— На случай, если придется удирать? — уточнила Хана. Николь кивнула. — Хорошо.
— Андрей! — вызвала Николь. Он не стал пользоваться интеркомом и просто откликнулся с нижней палубы. — Разогрей маршевый двигатель. Я хочу давать полную тягу простым щелчком тумблера.
Она с наслаждением пила куриный бульон. Кьяри вытащил из кармашка большой блестящий ключ. Николь на мгновение побледнела — хотя ничуть не удивилась. Она закрыла контейнер с супом, поставила в коробку и полезла за пазуху, извлекая шнурок с точно таким же ключом.
— Проверка систем вооружения, Николь, — произнес Кьяри.
Не дожидаясь просьб, Хана убрала продуктовую коробку. Николь запустила необходимую программу, на всякий случай открыв инструкцию.
— Перевести все боевые системы в рабочий режим. — Она отмечала каждый пункт в документе; Кьяри дублировал ее слова на дисплее. — По моей команде, — наконец сказала Николь, — вставить командирские ключи и повернуть на 180 градусов по часовой стрелке. Пять… четыре… три… два… один… Пуск!
Мгновение оба молчали. Николь переводила взгляд с Кьяри на пульт и обратно. Манипуляция ключами разом все изменила. За годы тренировок она еще не проделывала это на настоящем корабле, в ситуации, чреватой настоящим боем. С этой минуты ядерные боеголовки ракет «Странника» активированы. Достаточно навести их на цель и нажать кнопку.
— «Момент истины»? — шепнула она.
— Надеюсь, что нет, — успокоил Кьяри. Затем, чтобы снять напряжение, преувеличенно застонал и потянулся, насколько позволил скафандр. — А теперь, Ши, ждем.
— Держи круговую оборону, — она отстегнула ремни и выскользнула из кресла, — а я переоденусь.
Покидая мостик, она вывела на дисплей показатели бортовых систем «Скитальца»; у Поля пока все по плану. «Слишком все хорошо, чтобы быть правдой», — подумала Николь и мысленно пнула себя за столь мелодраматичный тон. По пути вниз она на секунду задержалась у постов Андрея и Ханы, кивком одобрив рассчитанный Ханой курс бегства. Обе надеялись, что удирать не придется. Двигатели вошли в рабочий режим.
Не успела она добраться до раздевалки, как завыла боевая тревога. Считанные секунды спустя Николь снова была в кресле.
С правого края голографического резервуара замерцала яркая искра, указывая на стремительное приближение мощного объекта.
— На радарах что-нибудь есть? — справилась Николь у Ханы, но та нахмурилась и покачала головой.
— Для пристойного приема слишком далеко. Но если он сохранит текущий курс, я перемещу дистанционные зонды; запросим данные с них.
Теперь настала очередь Николь покачать головой.
— Оставь. Даже если мы воспользуемся остронаправленным импульсным лучом, слишком велик риск обнаружения этим кораблем. Зонды — наши козыри, и я их берегу.
— Хорошо, Николь, — одобрил Кьяри. Этот жупел в два раза крупнее нас, а его приближение создает коридор, недоступный для наших радаров. В этой мертвой зоне может скрываться все что угодно, и без дистанционников мы пропадем.
— Николь, — позвала Хана, — к пульту. Корабль на связи.
Николь надела наушники, включив громкоговорители мостика, чтобы все слышали поступивший вызов.
— Прошу ответить неизвестный корабль. Повторяю, я — корабль США «Фон Браун», патруль Пояса, вызываю неизвестный корабль, находящийся в окрестностях астероида Вулфа. Если вы не отзоветесь, это будет расценено как свидетельство враждебных намерений, и мы будем вынуждены открыть огонь…
— Вот дворняга! — буркнула Хана. — Все ближе и ближе. И никаких отклонений от курса.
— Комиссар, сообщите, кто мы, и передайте наш опознавательный код. Я вызываю майора.
— Двойка, — проговорила она, пока Кьяри отвечал на вызов. — Двойка, я — База: экстренный вызов, прошу ответа.
Кэт молчала, вынудив Николь повторить позывные дважды. Когда же командор наконец ответила, голос едва слышался из-за сильных помех.
— Что стряслось?
Николь дотронулась до регуляторов, жалея, что не умеет, как Поль, подстраивать аппаратуру, но все же изрядно снизила уровень шума.