Оставшаяся соглашательская часть собрания в своей растерянности додумалась до курьезного решения: выжидать разрешения конфликта между ЦИКом и Петроградским Советом.
Если этот конфликт лишь увеличил пропасть между штабом и гарнизоном, то, с другой стороны, он побудил правительство снова начать кампанию за вывод частей гарнизона на фронт. Именно в связи с этим конфликтом Керенский в свое время вызвал в Петроград командующего Северным фронтом ген. Черемисова для совещания о принятии мер к выводу войск.
40
К сожалению, никаких отчетов об этом митинге — как и о ряде других — не сохранилось. Поэтому известный интерес представляют те отдельные замечания, которые имеются в "Записках о революции" Суханова по поводу этого митинга:
"Вокруг меня было настроение, близкое к экстазу. Казалось, что толпа запоет сейчас, безо всякого разговора и указаний, какой-нибудь религиозный гимн… Троцкий формулировал какую-то общую краткую резолюцию, или — провозгласил какую-то общую формулу, вроде того, что "будем стоять за рабоче-крестьянское дело до последней капли крови". Кто — за… Тысячная толпа, как один человек, подняла руки. Я видел поднятые руки и горевшие глаза мужчин, женщин, подростков, рабочих, солдат, мужиков и — типично-мещанских фигур… Троцкий продолжал говорить, несметная толпа продолжала держать поднятые руки. Троцкий чеканил слова: "Это ваше голосование пусть будет вашей клятвой — всеми силами, любыми жертвами поддержать Совет, взявший на себя великое бремя довести до конца победу революции и дать землю, хлеб и мир". Несметная толпа держала руки, она согласна. Она клянется" (7-я книга, 91–92 стр.).
41
Верховский — демократически настроенный офицер, командовавший летом 1917 года войсками Московского военного округа. Осенью 1917 года вошел в правительство Керенского, в качестве военного министра. В правительстве Верховский считался левым, а в армии в известной мере боролся с корниловским влиянием. За несколько дней до Октябрьского восстания он получил отставку за нерешительность в борьбе с большевиками. В первое время после Октябрьской Революции он находился в рядах ее врагов. Затем он отходит от антисоветской деятельности и все последующее время работает в учебных и научных организациях Красной армии.
42
Коновалов — см. прим. 117 части I данного тома.
43
Настоящее заседание ЦИКа эсеро-меньшевистского состава было последним. Оно было открыто под председательством Гоца. С докладом по текущему моменту выступил Дан, который яростно нападал на большевиков, защищал военщину и рисовал ужасы восстания. "Вся власть Советам — это означает смерть. Грабители и воры ожидают этого момента для грабежей и поджогов". После Дана с речью выступил т. Троцкий. Среди выступавших после него нужно отметить Либера, который прибегнул к Марксу для того, чтобы опровергнуть точку зрения т. Троцкого.
"Энгельс и Маркс сказали, что пролетариат не имеет права захватывать власть до тех пор, пока он не готов к ней. В такой буржуазной революции, как наша, захват власти массами означает трагический конец революции… Троцкий, социал-демократ-теоретик, выступает против себя, против того, что он теперь защищает (в качестве политического вождя. Ред.)".
В конце заседания, после ухода большевиков, ЦИК принял резолюцию, в которой высказывался против переворота.
44
Здесь имеются в виду события 3–4 июля. У Джона Рида события приведены по новому стилю.
45
"Новая Жизнь" от 25 октября дает следующее описание этого события, сыгравшего крупную роль в те дни.
"Закрытие газет "Рабочий Путь" и «Солдат».
Вчера в 5 час. 30 мин. утра по распоряжению Временного Правительства в типографию "Рабочий Путь" явился комиссар 3 Рождественского района с отрядом юнкеров и предъявил приказ Полковникова о закрытии газет "Рабочий Путь" и «Солдат», а также о закрытии типографий. Выпускающий номер газеты П. Гальперин заявил, что, по имеющимся у него сведениям, Полковников уже больше не главнокомандующий, и что вообще он не признает никаких приказов, откуда бы они ни исходили, без санкции Военно-Революционного Комитета Петр. Сов. Р. и С. Д., и от принятия приказа отказался. Комиссар, переговорив с кем-то по телефону, заявил, что он приказ должен исполнить. После этого были испорчены матрицы, запечатана типография и 8 тысяч напечатанных номеров. Обо всем происшедшем был составлен акт.
Военно-Революционный Комитет, извещенный об этом, прислал в 11 час утра караул 6 саперного и Литовского полка, который принял охрану типографии и редакции.
Отпечатанные 20 экземпляров газеты были взяты из опечатанной типографии и получили распространение.
В 2 часа дня явился в типографию комиссар Военно-Революционного Комитета и предъявил ордер, печатаемый в тексте".
Утром 24-го Военно-Революционным Комитетом была разослана на адрес полковых комитетов и комиссаров гарнизона следующая телеграмма-приказ:
"Петроградскому Совету Р. и С. Д. грозит опасность из окрестностей: ночью контрреволюционные заговорщики пытались вызвать юнкеров и ударные батальоны. Закрыты газеты «Солдат» и "Рабочий Путь".
Предписываем вам привести полк в положение боевой готовности и ждать дальнейших распоряжений. Всякое промедление или неисполнение приказа будет считаться изменой революции. За председателя Подвойский. Секретарь Антонов".
Попытка штаба округа вызвала возмущение масс. Посылая солдат для охраны печати, Военно-Революционный Комитет уже действовал, как революционная власть.
О том впечатлении, какое произвел на Ленина этот решительный шаг Ревкома, дает нам представление следующее место из книги Л. Д. Троцкого "О Ленине":
"Помню, огромное впечатление произвело на Ленина сообщение о том, как я вызвал письменным приказом роту Павловского (здесь неточность: в действительности Литовского. Ред.) полка, чтобы обеспечить выход нашей партийной и советской газеты.
— И что ж, рота вышла?
— Вышла.
— Газеты набираются?
— Набираются.
Ленин был в восторге, выражавшемся в восклицаниях, смехе, потирании рук. Потом он стал молчаливее, подумал и сказал: "Что ж, можно и так. Лишь бы взять власть" (стр. 75).
46
Делегация, о которой говорит т. Троцкий, посетила его в Смольном во время заседания фракции большевиков Всероссийского Съезда и поставила ему ряд вопросов о выступлении, о мерах, предполагающихся для обеспечения порядка, обысках и, наконец, вопрос, достойный этих мелких буржуа: разгонит ли Совет после захвата власти городскую думу, ввиду ее враждебного отношения к перевороту.
Подробное изложение этого разговора дается в отчете "Новой Жизни" о заседании городской думы.
"Председатель Совета Троцкий на заданный ему вопрос о готовившемся выступлении заявил, что никакого распоряжения или приказа о выступлении с целью немедленного захвата власти Совет не издавал. Вопрос о передаче власти Советам подлежит компетентному решению Съезда Советов. Если бы Съезд стал на иную точку зрения и лозунга о переходе власти не принял, то Петроградский Совет подчинится воле этого решения и не пойдет вразрез с велениями съезда. Однако, за такое течение положения вещей сейчас поручиться трудно. Совет выступать сегодня не думает, но правительство провоцирует такое выступление своими действиями. К такого рода действиям следует отнести и намерение правительства издать приказ об аресте Военно-Революционного Комитета. Иначе, как на насилие, на это, конечно, посмотреть нельзя. И иного ответа, как беспощадная вооруженная борьба против такого насилия, революционные рабочие и революционная армия дать не могут.
Затем Троцкий дал ответ делегации на вопрос, что намерен предпринять Совет для предупреждения обысков, грабежей и всякого рода эксцессов. Совет и эту сторону предвидел. Военно-Революционным Комитетом отдан приказ по гарнизону принять все меры к поддержанию порядка, причем во все полки назначены комиссары, обязанность которых следить за выполнением задачи в каждой данный момент.
На указание одного из членов делегации, что единственно правомочным органом в столице является городское самоуправление, и потому важно знать, как отнесется Совет к тому, если позиция городского самоуправления окажется в противоречии с программой действий Совета, Троцкий заявил, что в этом случае в отношении городского самоуправления может быть применен лишь конституционный метод — именно роспуск городской думы".
