Литмир - Электронная Библиотека

— Когда на Агропром пойдем? — неожиданно спросил Павел.

У меня живот скрутило в узел при мысли, что там за Свалкой настоящая Зона и что мне с моими ребятами надо туда идти. Денег у нас уже хватало, все полноправные члены команды после вчерашних торгов, остановленных мной, стали миллионерами. В том числе и этот самодовольный сопляк. Но им было мало денег, им нужен был смысл жизни. Спасители мира рвались в бой и на веревке дружбы тащили меня за собой. Вот так всегда, с миру по нитке голому веревка.

— Из надежных источников есть данные, сам понимаешь, большой секрет, только для руководства, ну и тебя, — нагнетал я страсти. Парнишка возгордился. — Возможно, что у Паука есть поддержка «Монолита». С ними нам не справиться. Ударим за сутки до выброса, чтобы они не успели к своему союзнику на помощь.

Я пошел встречать вылезшего из реки Акеллу. Приобщенный к сокровенным тайнам команды будущий офицер, а ныне юнкер так и остался сидеть у огня с по-детски открытым ртом.

«Апачи» огневой поддержки полетели на свой аэродром. Кречет на грузовом «Сикорских» сел прямо напротив входа в ангар. Торговец, всю дорогу причитавший, что без него в Зоне все рухнет и что в Киеве ему делать нечего, был железной рукой выброшен на бетонные плиты аэродрома. Мешок с драгоценным грузом он, тем не менее, из рук не выпустил. Кречет, нагрузив тележки своей долей добычи, дождался солдат аэродромной команды с носилками и уложил на них мертвецки пьяного Пирата и тело Гончара.

— Этого в медсанчасть, этого в крематорий, смотри не перепутай, — дал он распоряжение дежурному офицеру.

Тот шутку оценил и резво побежал выполнять указание руководства. Торговец с Завхозом, получив под свое начало трех солдат, нагрузили их как вьючных лошадей. В ангаре стоял несмолкаемый производственный гул. Отчетливо выделялись четыре центра притяжения. Рабочий центр экспертов, немецкий и китайские сектора и оборудованный в дальнем углу узел связи. Торговца ждали. Прямо у дверей стояли четверо с опознавательной табличкой в руках «Европейский медицинский центр». Заочно хорошо знавшие другу друга по предыдущим сделкам, партнеры быстро завершили очередную, тем более, что все условия были обговорены заранее. Завхоз, получив на руки кредитную карточку, где лежало чуть менее полумиллиона евро, окаменел. Торговец, щелкнув у него перед носом своими толстыми мясистыми пальцами, помахал рукой. Взгляд мальчишки не отрывался от распечатки счета. Торговец, отдавший карточку Пирата Кречету и перечислив долю Кабану и Епископу, двум злодеям, так грубо выгнавшим его из его уютного подвала, с делами практически покончил.

Кречет, сдавший под расписку представителю базы груз наркотика, достал из рюкзака светло-голубой шар размером с кулак взрослого мужчины и убрал руку. В ангаре наступила тишина. Все смотрели на висящее в воздухе чудо. Кречет пошел к столам экспертов, а шар, очевидно увлекаемый воздушным потоком, поплыл за ним.

— Только ради этого стоило взорвать эту станцию, — сказал своему соседу эксперт француз.

Неплохо знавший французский Кречет отреагировал мгновенно.

— У вас под Парижем есть парочка АЭС, выбирайте любую, взорвем. Лично поспособствую.

Личико у француза перекосило. Он начал бормотать, что месье его не так понял, он не то имел ввиду и вообще сказал не подумав. Кречет запоминающе посмотрел на него. Здесь говорить не буду, надо будет связаться с Гетманом из штаба полка. Люди делом заняты, громят торговцев наркотиками, голубые шары добывают, а я при них курьером. Туда боеприпасы и пополнение, а оттуда груз, покойников и пьяных мальчишек.

Когда бойцы китайской группы сообразили, что этот совсем молодой человек и пожилой торговец прибыли сюда непосредственно из Зоны, их возмущению не было предела. Любой из них не прошедший испытание на полосе препятствий, чувствовал себя униженным и оскорбленным. Их очень интересовало, как эти слабые существа исхитрились получить счастливый билет. Выразить свое возмущение к Кречету направился командир группы. Они говорили по-немецки, который Кречет знал лучше английского и французского.

Уяснив суть претензий китайского командира, проводник с удовольствием дал разъяснение, что торговец является независимым частным предпринимателем, давно обосновался в Зоне и волен в выборе помощника. Если ему хочется летать на вертолете в сопровождении данного юноши, то в не его, Кречета, власти запретить это. Китайцы сразу же использовали ситуацию. Это, наверное, был первый случай, когда охранники заплатили нанимателю. Получив двести тысяч евро, торговец согласился, что два китайца охранника ему явно не помешают, тем более платить им не надо, а китайская сторона предоставляет ему собственный грузовой вертолет.

— У меня еще один мальчишечка в госпитале. К вечеру поправится, сразу и улетим, — сообщил торговец довольным китайцам.

— Сколько есть человек вы можете размещать на свой заимка? — спросил представитель немецкой группы.

— Матка, яйки, матка, шпек, я голодный человек, — вспомнил популярную фразу середины прошлого века торговец.

Немец криво ухмыльнулся, очевидно, ему тоже было что вспомнить.

Мамонт во главе своего квада шел по Свалке. Учитывая, что вместе с ним были Штык и Пуля, шестерка «долговцев» была существенной гирькой на весах судьбы. По дороге к ним приставали одиночки. Вопросов никто не задавал. Общий канал слушали все. Темная Долина дралась из последних сил. Точка на карте, на берегу реки, звала в бой лучше призывов о помощи. Люди два дня не видели бандитов, и им это нравилось. Подойдя к границе Агропрома, отряд растворился в хаосе стальных труб и железобетонных плит. Железный занавес. Засада.

Епископ и Кабан, оставшись единственными обитателями кордона, расслабились. Собрав трофейные компьютеры и артефакты, все остальное они не тронули. Епископ, подойдя к заставе, сделал щедрое предложение. Смысл его сводился к тому, что армейцы уносят к себе тела с кордона и прилегающих окрестностей, забирают оружие и записывают покойников к себе в боевой счет. Короче, есть возможность стать героем. Безвозмездно, то есть даром, как говорила советская сова из английской сказки. Тяга славян к еврейской халяве способна творить чудеса похлеще, чем описаны в Библии. Солдатики навели в округе идеальный порядок. Обрадованный Епископ выдал им почти полный ящик водки из общественных запасов. Похлебав горяченького, лапши по-сталкерски, приятели забрались на чердак и на зависть всем медведям, впали в летнюю спячку. ПДА они не включали, и события в Долине прошли мимо них.

Капитан Омельченко ночевал в Чернобыле. Командир их батальона в следующем месяце уходил на пенсию по выслуге лет, а праздновать предстоящее событие начали примерно полгода назад. Любой вопрос становился проблемой, которую надо было утрясать на уровне полка или справляться самому. Капитан был в своей роте единственным офицером из шести, положенных по штатному расписанию. Дисциплину в части поддерживали унтер-офицеры и сержанты. Омельченко был уверен, что если завтра всех рядовых отправят домой, то боеспособность роты только увеличиться. Призывники были способны только к простейшим действиям, строем ходить, землю копать, таскать тяжести с места на место. Оставленные без присмотра рядовые сразу же превращались в стадо, одолеваемое нехитрыми желаниями: выпить и в самоволку, по девкам.

Добравшись до заставы, ротный, приняв рапорт дежурного, развил бурную деятельность. Вызвав полковых контрразведчиков возиться с покойниками и их оружием, снимать отпечатки, сканировать и фотографировать, он пошел поговорить с задержанным.

— Имени твоего не спрашиваю, все равно соврешь. Чего прибежал?

Ответ на этот вопрос мастер приготовил давно.

— Война у нас там. Никакого житья мирному сталкеру. Раньше просто грабили, а сейчас в рабство берут, и работать заставляют от зари до зари.

— Что ты от меня хочешь, «мирный» человек?

Мастер достал из потайного кармашка приятный рулончик, свернутый из трех тысяч евро и катнул его по столу к офицеру.

70
{"b":"120460","o":1}