– Вы знаете Артура и Дэвида?

– Нет, – быстро ответил Хок. – Но о лорде Артуре я слышал. Очевидно, он любит выпить…

– Как рыба любит воду, – фыркнул Джеми. – Но не следует доверять всем сплетням. Когда вы лучше узнаете его, поймете, насколько сильным характером он обладает. Они с Дэвидом очень дружны. А Холли не расстается с Дэвидом с десяти лет. Детские воспоминания и тому подобное… И никогда не забуду, что Артур не бросил нас в минуту, когда многие отвернулись.

– Он не первый, кто черпает храбрость в бутылке, – вставил невесть откуда появившийся Марк. – Скорее всего, он бывает слишком пьян и слишком, глуп, чтобы осознавать опасность.

– Ты так считаешь? – спокойно спросил Джеми, но глаза его недобро сверкнули.

– Я знаю подобных людей, – пренебрежительно фыркнул Марк,

– Нет, – возразил Джеми, – его ты совсем не знаешь. А сейчас, простите меня, я бы хотел отдать Гривзу распоряжения насчет завтрака.

Улыбнувшись Хоку и Фишер и холодно кивнув Марку, он вышел. Хок не мог осудить его за это. В тоне Марка чувствовалось столько надменности и пренебрежения к окружающим, что и святой бы не выдержал. Фишер посмотрела на Марка задумчивым взглядом.

– Вы не одобряете лорда Артура? – спросила она.

– Он слаб, а я презираю слабость. В нашем мире надо быть твердым, иначе тебя сожрут.

– Но все же не могут быть сильными, – возразила Изабель.

– Вам и не нужно, – холодно улыбнулся Марк. – Вы очаровательны – всегда найдется кто-то, кто захочет быть сильным ради вас.

Не обращая внимания на свирепый вид Хока, он отвернулся и подошел к широкому окну, погреться на утреннем солнце.

– Спокойнее, – весело поддразнила Хока Изабель. – Мы же только брат и сестра, не забывай.

– Значит, я очень заботливый брат. Следи за этим типом, Изабель, я ему не доверяю.

– А я не доверяю никому из них и прислушаюсь к твоему совету. Не беспокойся, мне приходилось сталкиваться с подобными типами.

Хок быстро взглянул на нее.

– Мы с тобой в высшем свете: если что-нибудь случится, разбираться предоставь мне. Твоя задача быть очаровательной и женственной. – Фишер подняла бровь, и Хок улыбнулся. – Ну по крайней мере, попытаться – по мере возможности.

Изабель сделала предостерегающий жест, и Хок замолчал – к ним приближалась Катрина Доримант. Слегка кивнув Фишер, она улыбнулась Хоку самой ослепительной улыбкой, теплой, интимной, обещающей. Страж улыбнулся ей в ответ, бессознательно выпрямился и подтянул живот. Если бы не Изабель, можно было бы и расслабиться, но… Покосившись на Фишер, он слегка успокоился, увидев ее улыбку, но следовало быть более осторожным. С одной стороны, он не может игнорировать ближайшую родственницу хозяина дома, но с другой – если Изабель сочтет его поведение достаточным поводом для ревности, то… Хок в душе содрогнулся.

– Я так рада, что вы здесь, Ричард, – улыбаясь проговорила Катрина.

– Правда? – как можно любезнее удивился Хок.

– О, разумеется. Я уже начала беспокоиться, что придется провести уик-энд в одиночестве. Ненавижу оставаться одна.

– Здесь есть и другие гости, – вмешалась Фишер. Не отрывая взгляда от Хока, Катрина пожала плечами.

– Алистер слишком стар, Артур чересчур толст, Дэвид не сводит глаз с Холли, а Марк приводит меня в содрогание. Не выношу, когда он на меня смотрит.

Я уже начала впадать в отчаяние, и тут приехали вы, Ричард.

– Как я понял, вы… расстались с мужем, – осторожно спросил Хок, чувствуя, что вступает на скользкую дорожку.

– Да, верно. Мой муж Грэхем Доримант – местный политик. Мы разведемся, как только я вытрясу из него достаточную сумму.

Хок почувствовал непреодолимое желание бежать и разбить голову о стену. Трудности возникали одна за другой. Мало ему беспокойства, что Синклер узнает его, так еще и женщина, положившая на него глаз, оказывается женой человека, прекрасно его знавшего. Не так давно Хок и Фишер сталкивались с Грэхемом Доримантом во время одного из расследований. Вдруг он рассказывал об этом жене._ Внезапная мысль протрезвила Хока лучше ведра холодной воды. Тогда они произвели на Дориманта глубокое впечатление. Если он описал Катрине двух Стражей, с которыми ему довелось столкнуться, она несомненно узнает их. А вдруг она уже догадалась, с кем имеет дело, и просто играет с Хоком? Но это означает, что у нее есть причины не выдавать их…

Дверь отворилась, и Гривз, появившись на пороге, пригласил гостей в столовую. Как только все потянулись к выходу, Катрина цепко вцепилась в Хока.

– Очень мило с вашей стороны проводить меня к завтраку, Ричард. Вы сядете рядом со мной, не так ли?

– Я собирался сесть рядом с сестрой, – чувствуя, что попался в расставленные сети, пробормотал Хок.

– О, не беспокойся обо мне, – быстро вмешалась Фишер. – Развлекайся, как сможешь, Ричард. Хок хмуро покосился на нее.

– Боюсь, завтрак окажется весьма скромным, – защебетала Катрина, как только они вышли в коридор. – Повар ушел два дня назад, а вместе с ним и все кухарки. Но Гривз и Робби Бреннан сами что-то готовят, пока не наберут новый штат.

– Я думал, вы не можете найти прислугу из-за всех событий? – покосился на спутницу Хок.

– Это же Хейвен, – рассмеялась Катрина. – За деньги здесь можно купить все. Разумеется, прислуга окажется не первоклассной, но придется нанять ее хотя бы на то время, пока мы не избавимся от этой нечисти. Ах, о чем это я? А, да, о завтраке. Только холодные закуски, но я, впрочем, не огорчаюсь: они полезны для фигуры, а я в последнее время начала полнеть.

Кокетливо посмотрев на Хока, она ожидала рыцарских опровержений, но спутник безуспешно подыскивал вежливый и не обязывающий ответ до тех пор, пока они не вошли в столовую. Столовая оказалась огромной, хотя большую ее часть занимал громадный обеденный стол, за которым одновременно могло разместиться человек тридцать, а если потесниться, то и все пятьдесят. Белоснежная скатерть покрывала стол, но ее практически не было видно под серебряным сервизом и тремя большими канделябрами.

Все расселись без лишних церемоний, Катрина и Фишер оказались справа и слева от – Хока. Напротив них уселся Артур Синклер. Сердце Хока учащенно забилось, когда лорд обратился к нему:

– Скажите мне, э-э-э… Ричард?

– Да.

– Верно, Ричард… Что-то я хотел у вас спросить… Почему у вас волосы черные, а ваша сестра блондинка?

– Маму испугал альбатрос, – серьезно ответил Хок.

Лорд Артур оторопело посмотрел на него, кивнул и снова занялся своим бокалом. Хока опять охватила паника – он не знал назначения и половины приборов, разложенных у тарелки. «Начинай с внешних и переходи к внутренним, – спокойно сказал он себе, взяв нож и вилку, которые лежали по краям. – Если прибор с зубцами, это вилка…» В дверях столовой появились Гривз и Робби Бреннан, неся блюда с холодным мясом и разнообразными овощами.

– Когда освободитесь, Гривз, посмотрите, нельзя ли что-нибудь сделать с камином? – сказал Джеми. – Сегодня здесь очень холодно.

– Разумеется, сэр, – Гривз тут же жестом приказал Бреннану оставить закуски и заняться камином.

Бреннан недовольно покосился на него, но промолчал.

Какое-то время в столовой слышались только приглушенные голоса и звон посуды. Хок ел с удовольствием, сидевший же напротив Фишер Марк ковырял мясо без всякого аппетита. В это время менестрель, который никак не мог разжечь огонь, попросил Гривза помочь ему. Дворецкого, казалось, оскорбила такая просьба. Сердито покосившись на Бреннана, он подошел и начал осторожно шарить кочергой в трубе, пытаясь очистить дымоход. По-видимому, там что-то застряло. Гривз пошевелил кочергой энергичнее и внезапно с криком ужаса отскочил от камина. Из трубы вывалилось обнаженное тело мужчины. Лицо обгорело и было неузнаваемым.

Какое-то время никто не мог пошевелиться, потом столовую наполнил шум отодвигаемых стульев и гул голосов. Гривз пятился, не отрывая взгляда от трупа, пока не наткнулся на стол. Бреннан, казалось, прирос к земле. Оттолкнув обоих, Хок опустился на колени возле тела. Джеми и Алистер выглядывали из-за его плеча, явно не имея желания подходить ближе. Фишер осторожно подошла к камину и пошевелила кочергой в трубе -не преподнесет ли она новые сюрпризы. Все остальные сгрудились на дальнем конце стола, разрываясь между желанием увидеть тело и сломя голову бежать из комнаты. Смертельно побледнев, Холли вцепилась в тетку. Катрина, успокаивая племянницу, вытягивала шею, стараясь рассмотреть, что же случилось. Дэвид и Артур загородили труп от дам, как того требовали правила хорошего тона. Марк стоял за ними, зачарованно глядя на тело.