Кастана Хианк – Касс, полковник… Когда они встретятся, Вад все ему скажет…

Началось все с того, что ему навязали (всучили) Натана (щенка). Нет, сама-то процедура была стандартная. Передача опыта, проверка в полевых условиях и проч., да и задание как раз было далеко не самое сложное… Но почему именно он?! Поучать целая куча народу обожает, в том числе в их отделе…

– Вад, если ты хочешь когда-нибудь из лучшего в своем деле, но по сути обыкновенного лейтенанта превратиться в кого-нибудь, кто действительно что-то делает, – ты должен научиться управлять хоть кем-то. Если с самим собой это у тебя не получается, начать придется с других. По-иному хорошими руководителями не становятся.

– А если я сам не хочу становиться руководителем?

– А вот это как раз и не тебе решать. Все, это приказ.

…Когда полковник приказывает, приходится исполнять. Командир Слуха напрямую подчиняется Советнику. А Советник… н-да.

На самом деле Вад искренне считал, что «настоящую» работу он делает уже сейчас, но начальству, конечно, виднее. Хуже стало, когда Вад наконец познакомился со своим подопечным. Мало того что щенок оказался щенком, он был еще и наглым щенком.

Вад стерпел и это. Корабль был в Серединном, когда щенок передал ему конверт. Все ясно, все понятно – тайна, конспирация, развитая шпиономания. Конверт Вад открыл, письмо прочитал, еще через несколько секунд оно сгорело.

Им предстояла ликвидация. Дела такого рода обычно проводил Меч, в исключительных случаях – Щит, но приходилось и Слуху. Его специалисты всегда чище работали на чужой территории. Случалось участвовать в подобном и Ваду. И даже если он был один, легко бы не получилось.

Вад был не один. Знал полковник об основном задании во время инструктажа или не знал, значения не имело. Работа явно срочная, и что-то менять было поздно. Щенок мог быть доволен. Боевое крещение он-таки получит, может быть, даже в живых останется.

– Что ты умеешь? – нарушил молчание Вад. В Ариане он даже не подумал открыть полученное от полковника досье. Но ведь он не знал, что щенок действительно понадобится для чего-то серьезного!

– То есть?

– Мне наводящие вопросы задавать?!

– С шестнадцати до двадцати четырех лет обучение в учебной части Корпуса…

Это естественно, там все учатся, а вот то, что с шестнадцати – конечно, плюс, если не по блату.

– …Второй ранг келото…

Минимум для принятия в основной Корпус.

– …Сопротивляемость магии – первый уровень.

Стандартно. В Ариане у восьмидесяти процентов населения был первый уровень сопротивляемости. Этого было достаточно, чтобы нивелировать общий магический фон города, но от случайных эманаций защитить не могло. Если не хочешь один-два раза в месяц попадать в лечебницу – носи амулет. Для тех, у кого сопротивляемости нет вовсе, амулет – единственный шанс поселиться в Ариане, иначе – не продержишься и нескольких часов. С годами сопротивляемость увеличивалась, но незначительно. О том, чтобы перейти, к примеру, с первого уровня на второй, речи идти не могло.

Всего существовало шесть уровней, и, по сути, против стоящего мага все, кроме пятого, с большими оговорками, и шестого, с минимумом оговорок, не имели никакой силы, но все равно – даже третий уровень всегда был большой неожиданностью для противника: простые мороки вроде «сна» или «ступора» не действовали. У Вада был первый уровень.

– Специализация?

– Силовые акции без поддержки.

Вад мрачно усмехнулся. Иметь такую специализацию – и только второй ранг? Разумеется, третий в его годы редкость, но ведь в Слух не с улицы набирают.

– В общем – щенок, – безжалостно подвел итог Вад. Он не умел работать в команде и сам знал об этом, но поделать с собой ничего не мог.

– Меня Натан зовут!

– Я помню.

– Сам, небось, тоже не с первой попытки всему научился. – Он ответил почти спокойно. Не стал в перепалку ввязываться.

Что ж, все-таки какая-то выдержка есть. Посвятить его в дело? Разумеется, нет. Язычок у него непомерной длины. Как только за уши не наматывается? Ладно… Пусть смотрит, набирается опыта, напарничек…

– Значит, так, – произнес Вад. – Я не знаю, чему тебя учили в Корпусе, – на самом деле Вад знал, но иначе задуманная фраза нелогичной получалась, – и отложилось ли у тебя в мозгу хоть что-нибудь, но запомни: здесь у тебя только один авторитет – это я. Если я говорю…

– …«прыгай», то я прыгаю. Мог бы придумать что-нибудь пооригинальней.

Вад вздохнул. Если уж руководитель из него никакой, то преподаватель тем более. Все заслуги на ниве секретной службы не в счет – хотя бы потому, что служба секретная, и про эти заслуги известно всего двум-трем людям.

По крайней мере, он сделал попытку. На словах щенку ничего втолковать точно не удастся. Значит, пусть жизнь учит. Два-три удара – и либо череп становится достаточно крепким, либо выясняется, что крепости в нем не хватало с самого начала.

– Пойдем. – Вад решил быть максимально лаконичным.

– Мы не здесь будем ночевать?

– Нет…

– Почему? Куда мы?

Он по каждому поводу будет спорить?

– Куда надо. Ты не забыл, что я твой командир?

Это его заткнуло. И слава Создателю. Щенок, по сути, был простым стажером, в то время как Вад – лейтенантом Корпуса и хоть и молодым по возрасту, но по стажу – ветераном. Если бы на него и такое различие не действовало, то его бы еще во время обучения послали… тюфяки ловить… ну, или еще куда. Вад решил напоминать о субординации почаще.

Щенок раскрыл рот, только когда они уже порядком побродили по темным улицам:

– Вот так – случись что, а у нас из оружия только пара ржавых кинжалов, – проворчал он.

Это было уже лучше. Хоть чуть-чуть думает. По легенде, оружие им на таможне и вправду не полагалось.

– Оружие будет на месте ночевки.

Они повернули еще два или три раза, потом Вад четырежды стукнул по вынырнувшей из темноты двери.

– Кто? – раздался изнутри глухой голос.

– Продавец песка.

– Литр или два?

– Четыре, – ответил Вад. Он и сам чувствовал себя глупо, а тут еще щенок ухмыляется. К сожалению, таково правило – пароль должен быть глупым. Чтобы исключить случайность.

Дверь открылась, но света больше не стало. Огромная фигура закрывала весь проход.

– Заходи.

– Охрана? Место? – Холаст возвышался над столом. Рядом с ним все казалось игрушечным.

Они сидели. Ужин получился очень поздним, но Вад был рад ему. В кои-то веки щенок не мешал разговаривать.

– Ничего нет. Только имя.

– Никаких инструкций?

– Он купец, имеет какие-то дела с северными… – Вад сделал «страшные» глаза, чтобы Холаст не переспрашивал. Нечего щенка в такие вещи посвящать. – Работу нужно сделать в течение недели…

– Работу…

Последнее пробормотал себе под нос щенок. И что это ему не нравится?

– Что имеешь против? – произнес раздраженно Вад.

– «Работа»… Почему нельзя называть убийство убийством?

Все ясно. Совесть, нравственность, моральные терзания. Их каждый переживает. Кто-то про себя, кто-то вслух – таким лучше держаться подальше от Слуха, – кто-то ломается. А зачем же ты в Корпус пошел?.. Родину защищать?.. А это что, по-твоему?.. Так ты хотел бить «безликих» в Стоде, истреблять творения обезумевших некромантов и ловить пиратов в Серединном?.. Очень похвально. Очень. Только вот один-единственный кинжал под одно-единственное сердце может оказаться не то что эффективнее полка штурмовиков на поле брани, а вовсе последним решением. Может, и оказывается.

Было время, когда Вад каждый день засыпал и просыпался с этими мыслями… а кошмары – это даже хорошо: так сон чутче.

– Для начала – потому, что кто-то может об этом услышать

– Разговор и так не невинный, – возразил щенок. – Это место защищено. Так ведь?

– Так, – кивнул Холаст, – но лишний раз открывать рот глупо.

– Ну, а все-таки?

Щенок не отставал.

– Ты спрашиваешь: почему мы это делаем? – очень спокойно произнес Холаст.