Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Выслеживать колебания осознанности — хороший сталкинг. Он может значительно ослабить консерватизм тоналя, который категорически не допускает идеи, будто наяву режим восприятия может быть нестабильным. Наблюдаемые в таких случаях синхронистичности и прочие странности выбивают тональ из привычной колеи.

Исследуйте свои ритмы, свои подъемы и спады — иногда это мощное средство для ускорения практики.

Предостережения: деформация намерения, волевые сновидения и энергетические кризисы

Необходимо учитывать, что психотехнические приемы вхождения в сновидения можно использовать по-разному. Они могут настраивать осознание, могут — непосредственно толкать точку сборки в позицию сновидения или второго внимания. Все зависит от того, как именно мы этими приемами пользуемся. Например, известный исследователь вне-телесного опыта Роберт Монро впервые открыл для себя тело сновидения при помощи глубокой релаксации и сосредоточения на прослушивании записей, предназначенных для обучения во сне. Можно ли сказать, что расслабление и аудиальная концентрация сместили точку сборки в позицию сновидения? Нет. Монро, сам того не зная, воспользовался некоторыми приемами, чтобы создать предпосылки для такого сдвига точки сборки. Внимание сновидения включилось, так как исследователь, как всякий здоровый человек, имел некоторый объем свободной энергии.

Это совершенно типичный случай «спонтанной инициации». Но что происходит дальше? Если человек не знает о дневных практиках усиления осознания или не придает им значения, свободная энергия истощается очень быстро. Желая повторить сновидческий опыт, экспериментатор начинает вкладывать в психотехническую процедуру все больше и больше сил. Освоив навыки механических сосредоточений, он рано или поздно начинает использовать их уже не как настройку, а как непосредственный движитель точки сборки. По сути, это мало чем отличается от применения психоактивных веществ или растений. Если растения смещают точку сборки биохимическим давлением, психотехники делают то же самое при помощи механического усилия внимания. И последствия бывают очень похожими — как и растения силы, техники постепенно разрушают нас, извлекая из тела неприкосновенные психоэнергетические запасы.

Чтобы этого не произошло, сновидящий обязан работать комплексно. Качество сновидения, его частота и длительность возрастает не благодаря психотехникам, а по мере усиления осознания наяву, в повседневной жизни.

Разницу между этими способами использования приемов ощутить легко. Добиваясь повышения частоты и длительности сновидения механическим путем, вы неминуемо испытываете: а) чувство усталости и угнетенности сразу после пробуждения, которое постепенно становится фоновым самочувствием и переходит в депрессию, б) регулярные погружения в мрачные, устрашающие, либо тоскливо-неприятные позиции сновидении, где вы то и дело подвергаетесь атакам враждебных сущностей (реальных или галлюцинируемых). Все это симптомы развивающегося энергетического кризиса, вызванного эксплуатацией так называемых волевых сновидений.

«Правильное» сновидение включается в результате накопленного за день импульса — его формирует безупречность, сталкинг, дневное намерение, ОВД и не-делание. Непосредственно перед засыпанием производится лишь дополнительная настройка. В результате внимание сновидения удерживается за счет свободной энергии и прекращается, как только эта энергия оказывается исчерпанной.

Волевым сновидением можно называть такое, которое достигается за счет только или прежде всего технических процедур — дыхательные упражнения, расслабление, медитативные сосредоточения. Практика безупречности и сталкинга в течение дня не используется либо используется недостаточно. В результате механические техники непосредственно перед сном требуют гораздо больше времени и волевых усилий. Если же сновидец еще и испытывает сильное пристрастие к сновидческим переживаниям, пытается всеми способами продлить их, истощение энергетического тела неизбежно — внимание сновидения поддерживает себя за счет резервов тела, которые не следовало бы трогать.

Через несколько лет волевые сновидения, если вызывать их регулярно, приводят к психосоматическим дисфункциям и нарастающей патологии. Неосознаваемый болезненный процесс не позволяет точке сборки смещаться по центру «человеческой полосы», где осуществляется гармоничный энергообмен. Тональ транслирует опыт боковых сдвигов с помощью архетипических видений — устрашающих или эйфорических. «Демоны» и «ангелы» по очереди посещают расстроенное сознание сновидящего, и это усиливает его параноидальные настроения. Окончательно запутавшись, он воображает, будто вошел в контакт с миром неорганических существ, что заставляет его тратить на сновидение еще больше энергии. Конец этого пути — необратимое разрушение тела и психики.

Как не допустить подобного развития событий? Очень просто. Надо лишь помнить, что сновидение не самоцель. Оно только средство, инструмент возрастающего осознания, а усиление осознания — работа, которую можно и нужно практиковать прежде всего наяву. Если вам трудно войти в сновидение, надо сосредоточиться на практике дневного осознания, а не насиловать себя по ночам.

В противном случае вас будут преследовать угнетенность и отвращение к жизни наяву, слабость, апатия и ночные кошмары.

Помните, что никакие техники сами по себе не ведут к вниманию сновидения и ко второму вниманию хотя бы потому, что точку сборки смещает Сила. Техники направлены на создание условий для смещения точки сборки — не более того. Фундамент сновидения — это безупречность, сталкинг и развитое с их помощью намерение.

He-делание и два способа вхождения в сновидение

Полное отключение от Делания оказывается выходом в Мир иного существования. В нескончаемости насильственного молчания открывается другая реальность Бытия.

В. В. Налимов

Каким бы приемом мы ни пользовались, погружение во внимание сновидения происходит тем эффективнее и качественнее, чем отчетливее присутствует в процедуре элемент не-делания. Следует заметить, что само по себе не-делание — тема настолько обширная и во многом загадочная, что требует глубокого исследования.

Нет ничего более парадоксального, чем говорить о не-делании. И все же мы вынуждены о нем говорить, чтобы с помощью активного осознания на практике соединить мир описания и великую Реальность-вне-человека — проникновение в энергетическое сновидение невозможно без подобного усилия.

Если мы обратимся к работам Карлоса Кастанеды, то с некоторым удивлением обнаружим, как мало написано о не-делании у первооткрывателя нагуализма. Об остановке внутреннего диалога — центральном элементе любого не-делания — Кастанеда тоже сообщил не слишком много.

Почему это странно? Потому что не-делание и остановка внутреннего диалога — сердцевина нагуализма. Все методы психоэнергетического контроля, обеспечивающие Трансформацию, все магические влияния, включающие толтека в принципиально новые отношения с внешним миром и социальными людьми, опираются на не-делание. Магическое делание, каким бы причудливым оно ни казалось, возможно только на фоне пустоты и безмолвия, превратившегося в океан энергии благодаря усилению внимания и осознания. Говоря языком гностических мифов, из темноты возникает свет, из молчания — слово. Перцептивное, психоэнергетическое творчество становится могущественным инструментом через полноценное постижение фундаментальной тишины, из которой рождается семантическая Вселенная.

Кастанеда написал слишком много об альтернативных вселенных, об иных силах и существах, о превращениях перцептивной энергии, победившей все законы человеческого описания. Об этом можно рассказывать бесконечно, ибо проявления магической Свободы не знают границ. А что можно сказать о безмолвии, об остановке внутреннего диалога, «стоянии перед Миром» напрямую, без описания? Это что-то слишком простое и одновременно невербализуемое. Мы можем говорить лишь о череде феноменов, о некоторых переживаниях, сопровождающих приближение к не-деланию, об играх Силы и нашего тоналя, вызванных не-деланием. Остальное — вне описания.

29
{"b":"98414","o":1}