Литмир - Электронная Библиотека
A
A

— Все дело в Искателях, — подхватывает нить разговора Лия, — тех, кто раньше кормился от Пустоши. У них очень мало денег и очень много злости и свободного времени. Часто драки случаются, причем все по пьяной лавочке. Теперь нельзя выйти за ворота города, срезать в ближайшем лесу парочку целебных растений и выручить за них в городе несколько медяков. Сейчас в городе куча потерявших работу и цель в жизни людей, зачастую неплохо вооруженных и знающих, с какой стороны держать меч.

— И вы думаете, это выльется в бунт? — Отставляю от себя опустевшую тарелку.

— Я уверен. — Руан складывает руки на груди. — Всегда так было — если приходит инквизиция — проливается кровь. Вспыхивают голодные бунты, а святые отцы тащат на костер всех, кто смеет сказать против них хоть слово. Так было в Руале сто лет назад, в Хопше сорок лет тому, в Клей-Нейморе десять лет назад. Вот теперь черед Фронтьербурга…

М-да, в слова Руана невольно верится, во-первых — звучит все это логично, во-вторых, мастер клинка если и выдает пространные речи, то редко и по делу. Раз уж рассказал, значит, в своих словах уверен.

После еды долго я не засиживаюсь, снова приказываю Руану и Лии не высовываться и не привлекать внимание.

Пока общался с друзьями, на город опустились сумерки. В этом мире они тянутся довольно долго. До полной темноты я успею добраться до портала.

На одной из улиц натыкаюсь на двух инквизиторов. Те движутся навстречу мне, довольно грамотно перекрывая улицу. Проходить мимо таких серьезных ребят совсем не хочется…

Хорошо, что между домов замечаю проход и направляюсь туда. Причем не побежал, не рванул, а делаю вид, что мне туда-то как раз и надо…

Скрывшись с глаз инквизиторов, врубаю бег на полную скорость и пролетаю несколько улиц и поворачиваю в совершенно хаотичном порядке — потом буду разбираться, куда забежал, сейчас главное, чтобы экзекуторы след потеряли.

— Вроде оторвался, — соображаю через несколько минут. Стою, прислонившись к стене, прислушиваясь к шагам. — Нет, точно потеряли.

Теперь уже спокойным шагом отправляюсь дальше, дом с порталом, помнится, по правую руку от меня, туда постепенно и забираю…

Домики вокруг неказистые, от некоторых только крыша виднеется над землей, улицы грязные, завалены мусором и отходами человеческой жизнедеятельности. Крысы крупные, размером с кошку, вальяжно переходят, даже не перебегают от одной кучи мусора к другой.

— Лучше бы улучшением социального положения жителей занимались святые отцы, а не честных некромантов ловили… — сетую я, переступая очередную зловонную лужу.

Свернув в который раз за угол, останавливаюсь. Что ж мне так везет-то?

В проулке тоже двое инквизиторов, однако на сей раз не они одни. На грязной мостовой лежит мужчина, рот его раскрыт, бедолага выгибается, трясется, видно, что мужику больно, но ни звука не слышно… над мужиком стоит инквизитор, нога в латном ботинке давит мужчине на грудь, не давая тому приподняться.

Второй инквизитор прижал к стене женщину, одной рукой он держит ее за горло, во второй руке разгорается огненный лепесток.

— Я сразу заподозрил, что ты ведьма, — негромко сообщает инквизитор жертве, — сейчас очистительное пламя покажет мне, прав ли я.

Огонь он подносит к самому лицу женщины, та раскрывает рот, но ни слова не срывается с ее губ…

[Несвятое молчание

Класс: заклинание

Тип: инквизиторское

Доступность: только посвященные экзекуторы

Примечание: используется во время тайных операций. Жертва все чувствует, но не может произнести ни звука.]

А пытки, между прочим, Женевской конвенцией запрещены… Для очистки совести пробегаюсь оценкой по лежащему мужчине и пойманной женщине…

Как я и думал, мужик — обычный работяга, не разбойник, магических способностей никаких. Обычный трудяга, которому не посчастливилось наткнуться на этих уродов. Женщина также чиста, портниха, работает в цеху в паре кварталов отсюда. Да они даже не родственники. Просто шли по домам…

Гребаный мир, где до дома дойти нельзя, чтобы на тебя какой-нибудь ублюдок, облеченный капелькой власти, не наехал, не решил самоутвердиться за твой счет…

Пока я рассуждаю о моральных аспектах здешнего общества, позади меня на окно вспрыгивает кошка и хвостом смахивает горшок с цветами.

Горшок с громким треском раскалывается о камни.

Инквизиторы сразу же оборачиваются ко мне. Вот же закон подлости!

— Разберись с ним, — кивает в мою сторону тот, что держит девушку.

— С удовольствием. — Инквизитор убирает ногу с груди парня и направляется в мою сторону.

«Ага, конечно, сейчас вы у меня узнаете, что такое удовольствие» — едва услышав за спиной грохот разбитого горшка, я накидываю на лицо капюшон, хрен они мое лицо увидят, а значит, можно не стесняться…

Со вскинутой правой руки слетают две цепи и мгновенно обматываются вокруг шей инквизиторов. В глазах экзекуторов удивление и ужас, насколько я могу это различить в угасающем свете дня.

Инквизиторы хрипят, пока я сдавливаю их шеи цепями. Однако сил моих недостаточно, чтобы разом убить обоих, так что выхватываю арбалет и выпускаю болт в грудь ближайшего инквизитора. Тот, что держит девушку, сейчас не самая удобная мишень: его напарник перекрывает угол стрельбы.

Арбалет у меня самый простой, однозарядный. Я в доме других и не держу, мало ли кто залезет да сопрет. Зато болт магически усиленный, с антизащитными чарами.

Болт вонзается точно в центр груди инквизитора, тот хрипит, хватается за торчащее из груди древко в тщетной попытке вырвать из тела смертельный снаряд. Глаза инквизитора закатываются, и он падает бездыханным.

Я сразу же снимаю с его шеи цепь и все силы направляю на оставшегося в живых подонка.

Тот все еще держит за горло девушку, ладонь его в опасной близости от ее лица, хотя огонек на ней уже не такой яркий.

Инквизитор все-таки отпускает жертву, хватается руками за цепь, пытается ослабить хватку. Я давлю все сильнее… затем резко дергаю цепь на себя. Раздается хруст, и шея инквизитора ломается. Тело его падает к ногам девушки.

Бежать смысла нет, да и не видно моего лица. Так что подойдя к жертвам беспредела, прикладываю палец к капюшону, мол, тихо, а затем машу ладонью: бегите по домам. Девушка несколько раз кланяется, вроде как что-то говорит, но звука все равно нет… Интересно, как скоро это у них пройдет? Не останутся же они немыми до конца дней?

Девушка помогает подняться парню, и они поспешно покидают место драки.

— Да уж, а у меня компания теперь не самая приятная.

Так, сейчас главное — дров не наломать. Трупы мне сейчас и даром не сдались. Надо что-то придумать…

Может, мне и не надо бы лезть, мог свалить просто… Но уж больно все это погано. Орали они тут про ведьм и прочее, а по факту развлекались, делали что вздумается. Повидал я таких, которые во власть пошли, чтобы беззаконие творить, прикрываясь формой. Хватит, насмотрелся в девяностые, когда милицию боялись больше, чем бандитов, у тех хоть какие-то понятия о чести были…

Оценкой проверяю инквизиторов.

[Нуб Сретон

Возраст: 34 года

Должность: Экзекутор второго ранга

Статус: мертв

Право на экзекуцию: немедленное

Примечание: все приговоры приводил в исполнение на месте, не разбираясь в ситуации. Обвинить мог любого и за любое действие — несколько казней за недостаточно низкий поклон или дерзкий взгляд. Несколько поощрений от начальства за жестокость и нетерпимость к еретикам.]

Понятно, та еще сволочь. Вообразил себя главным и упивался собственной безнаказанностью, так еще и поощрения от начальства за это получал.

[Килл Емол

Возраст: 29 лет

Должность: экзекутор первого ранга

Статус: мертв

32
{"b":"982955","o":1}