— Но зачем вы приехали? — недоумевала я. — Я ведь не смогу платить вам жалование, вы же знаете.
— Нам и не нужно, — обиженно пробубнил мой бывший дворецкий, яростно натирая столешницу тряпкой.
— Мы переживали, — объяснила Марта, порхая у очага. — И очень скучали!
— Потом подумали, что раз у тебя есть какой-то план, то мы должны помочь его осуществить.
— И попробовать очистить доброе имя твоего отца.
— Сколько энтузиазма в ваших голосах, — зевнула я и с благодарностью посмотрела на Марту, которая подложила мне на тарелку еще один блинчик. С приходом моей любимой подруги голодная жизнь мне точно не грозит. — Спасибо вам, дорогие мои. Но я ничего не могу гарантировать. Завтра покажу вам одну вещь и расскажу, что задумала, а сегодня простите, мне надо поспать. Предупреждаю сразу, подъем вас ждет веселый!
На этом мы разошлись по комнатам. Я, после некоторых раздумий, заняла небольшую спальню на втором этаже. Дядька Гилон подлатал ступеньки, и туда можно было спокойно подниматься. Как оказалось, расторопная Марта успела застелить мне постель и проветрить помещение. Сама подруга обосновалась по соседству, а вот упрямый Крис сказал, что всегда мечтал жить на чердаке, и переместился туда. Я же слишком устала, чтобы с ним спорить.
— Завтра придумаю аргументы, как тебя оттуда выселить, — пробурчала я и, крепко сжав заветный гримуар, отправилась спать.
Заснула быстро. С мыслями о том, что все у меня наладится. И еще с сожалением, что Глазастик куда-то делся. Ну не привиделся же он мне на самом деле!
ГЛАВА 4. Овощные чары прабабки Капы
Утром меня разбудил загадочный грохот. Как будто кто-то по соседству двигал мебель и случайно уронил шкаф. Подумав, что это точно не мои домашние, я перевернулась на другой бок и снова попыталась заснуть, а то что-то подсказывало мне, скоро снова начнется муканье и кукареканье.
— Крис, да не в ту сторону! Левее!
Ан нет. Все-таки мои. Улыбнувшись, я открыла глаза и с интересом прислушалась к их перепалке. Марта с Крисом — родственные души, но всё время спорят.
— Но ты показываешь вправо, — прохрипел мой друг.
— Правда? Прости. Короче, давай в противоположную сторону.
— Марта, а давай позовем таинственного дядю Гилона? Он, говорят, помощнее меня будет. Передвинет тебе всё, что душе угодно.
— Не отнекивайся. Ты молод и крепок.
— Уверяю, с тобой, женщина, это ненадолго!
— Быстро состаришься?
— Грыжу заработаю!
Тут их спор прервало протяжное и грустное:
— МУ-МУ-МУ!
— Кукареку!
— Гав-гав!
Эх, не хватает всё-таки мяуканья в этом нестройном, разношерстном хоре. Может, мне кошку завести? Или поискать Глазастика? Будет попискивать по утрам. Сейчас Агатка подключится.
— Да хватит орать! Накормлю, накормлю!
Интересно, а моя любопытная соседка замужем вообще? Почему одна с хозяйством управляется?
— Это что еще такое? — озадаченно спросили за стенкой.
Я, зевнув, нашарила халат у изголовья и, отчаянно зевая, пошла просвещать гостей, непривычных к деревенской жизни. Поймала себя на мысли, что рассуждаю так, будто уже своя в доску. Кажется, приезд друзей прибавил мне энтузиазма и сил, а то вчера я готова была зарыться в одеяло на пару месяцев.
— Это теперь так постоянно будет, — оповестила я Марту и Криса, которые удивленно прислушивались к концерту за окном. — Привыкайте, короче. А еще скажите, чего это вы тут спозаранку мебель двигаете?
— Эта женщина задумала перестановку, — простонал Крис. — Мелисса, спаси меня!
— Зачем тебе перестановка? — удивилась я, разглядывая живописную картину: шкаф закрывает окно, кровать посредине комнаты. — В столице какая-то новая мода по дизайну интерьера появилась, что ли?
— Да нет, это Крис на полпути всё бросает, — всплеснула руками Марта. Ее круглое лицо раскраснелось, голубые глаза были полны негодования. — Хотела привести всё в божеский вид! Ты обстановку в доме видела? На кухне еще ничего, а здесь будто что-то двигали, искали, да так и оставили.
— А, это я гримуар искала, — призналась я. — У меня вообще все эти дни как в тумане. Не знала, чем заняться. Прибраться пробовала, но не получилось. Давайте позавтракаем и вместе займемся наведением порядка?
— Боже упаси, Мелли, ты еще прическу попортишь или… — Марта осеклась, посмотрев на мою растрепавшую косу, на ногти, которые я усиленно грызла, и уныло резюмировала: — Хотя тут уже не осталось ничего, что можно было портить…
— Я все еще красивая! — буркнула я.
А старшая подруга, тщательно скрывая улыбку, произнесла:
— Пойду завтрак готовить. За пару монет приобрела у соседки два десятка яиц и свежего творога. Кофе у тебя в запасах нашла. Завтра схожу на рынок, добуду нам мясо, нажарю котлет. Не пропадем.
— Марта, ты не обязана это делать, — спохватилась я, хотя от одной мысли о котлетах рот наполнился слюной. Да, эта женщина всегда была рядом и помогала мне во всем, но раньше ей за это неплохо платили, а сейчас в моем распоряжении лишь мешочек с монетами, который худеет с быстрой скоростью, да еще, пожалуй, украшения, которые воришка не смог вынести. Я их припрятала на черный день.
— А что, за пару дней ты научилась готовить омлет? — скептично заинтересовался Крис.
— Омлет — это выше моих сил, — покачала я головой, решив ни за что не признаваться в том, что мне даже яйца разбить не удается, — но зато могу отправить тебя в погреб за вареньем и приготовить сладкие горячие бутерброды! — на ходу придумала я.
— То есть Марте ты разрешаешь не прислуживать, а меня, смотрю, можно использовать как вздумается? — обиделся бывший дворецкий.
— Ой, да как хочешь, я и сама в погреб спущусь. Может, снова Глазастика встречу.
— Я серьезно переживаю за твой рассудок! Прекращай играть с воображаемым другом!
— Он существует!
— Чем докажешь?
— Пойдем в погреб вместе со мной?
— Это какой-то хитрый план, чтобы опять заставить меня там что-нибудь разрушить? Я вчера замучался потом эту стену восстанавливать.
— Так, ну хватит! — Марта топнула ногой и скрестила руки на могучей груди.
Женщиной Марта была статной и высокой, даже крепкий и ладный Крис рядом с ней не казался таким уж и большим. В общем, мы послушно притихли.
— Как дети малые! — Она метнула в нас укоризненный взгляд. — Крис, пододвинь уже эту чертову кровать. А ты, Мелисса, иди умойся и оденься. Нечего в халате шастать. Деревня не деревня, а помни о приличиях! Не хватало, чтобы о тебе и здесь дурная слава пошла.
— Да она уже идет, не дурная, но…
— Цыц!
— Поняла, поняла, сейчас спущусь.
Когда Марта в таком настроении, с ней лучше не спорить. Обменявшись с Крисом многозначительными взглядами, мы разошлись выполнять ее указания. Кажется, теперь она здесь домоправительница, а Крис лишь парень на побегушках. Осталось выяснить, какую роль займу я, а то пока на хозяйку и не похожа.
Вскоре мы все сидели за маленьким столом, который Крис перетащил во двор, и наслаждались вкусным завтраком на свежем воздухе. Марта сварила божественный кофе, и мне казалось, что вместе с глотками этого восхитительного бодрящего напитка в меня вливается желание жить и воплощать безумные планы в жизнь. Кстати, о планах…
— Ребята, если вы поели, я хочу вам кое-что показать. Готовьтесь увидеть чудо!
— Это она снова про своего Глазастика? — тихо уточнил Крис, поворачиваясь к Марте.
— Да кто ее знает, видать, не пришла в себя после стресса, — также шепотом откликнулась женщина. — Пересидела-таки в погребе.
— Я вас прекрасно слышу, — обиженно заметила я. — Ну как знаете, я пошла проверять свои будущие богатства.
Интригующе продемонстрировав домочадцам ключ от сарая, я зашагала по уже знакомой, утоптанной земле. За спиной послышался приглушенный шорох — кто-то все же не удержался от искушения. Любопытство, как всегда, победило.
Покрутив ржавый ключ в замке, я, повозившись, наконец открыла дверь, с трудом отодвинув ее в сторону. Петли скрипнули, и внутрь хлынул слабый луч света. Вслед за ним — мои спутники. Сразу же раздались их изумленные возгласы. Довольно хмыкнув, я шагнула следом и оказалась в волшебном огороде. Здесь все было без изменений. Руки чесались немедленно схватить гримуар и поискать подходящие заклинания для расширения этого чуда.