Сюр с некоторым разочарованием смотрел на Джоану, красивую девушку, но, как и многие, она выбрала успех и карьеру, отдаваясь за базы и теряя свою индивидуальность. Она была практична, развращена и не могла составить ему пару. За его спиной стоял Салех, который с обожанием смотрел на обнаженную красотку.

– Чем занимаешься, Салех? – спросил Сюр.

– Ничем, скучаю, – ответил Салех.

– Это дело мы поправим. Ложись в четвертую медкапсулу, будешь изучать базы космической обороны и офицера-тактика.

– Очень хорошо, – обрадовался Салех. – Можно прямо сейчас?

– Можно, – кивнул Сюр. – Ева освободится и займется тобой, а пока…

Его слова прервал вызов дежурного офицера-андроида:

– Капитан Сюр, пришло срочное сообщение от управляющего коммуной, Малыша. Примите сообщение.

– От кого? – От охватившего его удивления Сюр остался стоять с открытым ртом.

– Товарищ президент, докладывает управляющий коммуной Малыш. У нас появился гиперпередатчик связи. Мы взяли под контроль систему обороны сектора и командный центр.

К границам ПДР из гипера вышла эскадра кораблей ВКС Мантикоры. Требуют открыть им доступ в ПДР. В составе эскадры один эсминец, два фрегата и корабль снабжения… Одновременно к границам ПДР из гипера вышла эскадра кораблей одного из кланов Андромеды. В составе: один крейсер, три эсминца, двенадцать фрегатов и корабль снабжения.

Позже у границ ПДР появилась эскадра кораблей изгнанников из клана «Черные пантеры». Сейчас они называют себя «Потомки Ухжаха». В составе эскадры: рейдер, крейсер, три эсминца, двенадцать фрегатов. Пять грузовых кораблей и пять жилых модулей…

Системы обороны сектора приведены в боевую готовность. Это Командный центр управления сектором, восемнадцать боевых артиллерийских платформ, штурмовой линкор-лидер «Сила Сюра». Сто двадцать беспилотных летательных аппаратов стелс типа «самоубийца», класса штурмовик.

На вызов эскадры Мантикоры коммуна «Варяг» хранит молчание. Эскадра Мантикоры пришла в движение и собирается покинуть сектор.

ВКС клана-изгнанника «Черные пантеры» разворачивают корабли для атаки и захвата кораблей Мантикоры. Адмирал Арнура, командующая силами клана, отправила им ультиматум: сдаться и прекратить движение. Эскадра Мантикоры в ловушке. Эскадра клана Андромеды соблюдает нейтралитет. Ждем приказаний. Служу коммуне.

– Ну классно! Хорошая новость, – неожиданно для Салеха обрадовался Сюр.

– А что в этом хорошего? – удивленно спросил тот.

– Хорошего? Хорошо, что у нас есть чем обороняться, Салех. Ложись в капсулу и ничего не бойся. Аналитик, дай мне анализ расстановки сил…

– А можно мне повременить и не ложиться в капсулу?

– Повременить? Почему нет, можно. Только не мешай. Сейчас начинается самое интересное.

Сюр быстрым шагом направился в боевую рубку корабля, там уже находились офицеры, прибежавшие на посты согласно боевому расписанию. Боевую тревогу тактический искин не объявлял. Сюр сел на место капитана на капитанском мостике и прикрыл глаза. Вскоре пришел анализ расстановки сил.

Мантикорская эскадра была обозначена как «жертва», клан изгнанников – как «хищник», клан андромедцев – как «нейтрал».

Почти со стопроцентной вероятностью мантикорцы сдадутся. Их вектор движения пресекал боевые порядки клана «Черных пантер». Влево и назад корабли Мантикоры не могли совершить прыжок. Сами себя загнали в ловушку, приблизившись вплотную к оборонительным рубежам ПДР. Они могли бы пройти через строй кораблей другого клана, андромедцев, однако для этого те должны были уйти в сторону, но эта эскадра стояла на месте.

После захвата кораблей Мантикоры эскадры черных должны были начать пробовать взламывать коды системы обороны периметра.

Для ОДК предусматривались следующие маневры: уйти обратно в космос и ожидать в полосе астероидов или атаковать эскадру клана с Андромеды как самую слабую с дальних рубежей, с целью пробиться в сектор. Но для этого нужна была поддержка из сектора, сто двадцать БПЛА смогли бы заставить эскадру клана Андромеды отступить, но вероятность такого исхода была равна шестидесяти трем процентам.

– Нет, не то, – проворчал Сюр, – плохо думаешь, искин, надо с тобой поработать. Связь с Малышом, – потребовал Сюр, и тот отозвался через пару минут:

– Слушаю вас, товарищ президент.

– Малыш, в боевой обстановке обращение должно быть коротким, меньше слов, больше смысла. Я – чиф.

– Принято, чиф, – Малыш быстро ухватывал команды.

– Малыш, я хочу совершить прыжок прямиком к охраняемому периметру, затем следующий короткий прыжок за оборонительный пояс. Дай координаты, чтобы мы не искали проход, расчисти место, куда мы попадем после прыжка, дай искину корабля все нужные координаты и расчеты. Эскадре Мантикоры пошлите предложение о помощи.

– Они могут ближе подойти к платформам, и их корабли будут находиться под прикрытием огня платформ.

– Как только мы окажемся внутри охраняемого периметра, решим, что делать дальше.

– Принято, чиф. Исполняю.

– Тактический искин! – Сюр по нейросети стал отдавать приказы: – Объявить боевую тревогу, приготовиться к прыжку. Всем гражданским лицам занять стазис-капсулы.

Он встал и надел боевой скафандр. Салех последовал его примеру. Он молча наблюдал за тем, что происходит, но не мог слышать переговоры Сюра и Малыша. Сигнал боевой тревоги разбудил экипаж, без суеты все заняли свои места, и корабль приготовился встретить любую опасность.

– Салех, сядь на запасной ложемент и пристегнись, – не оборачиваясь, приказал Сюр.

Потекли томительные минуты ожидания, затем тактический искин доложил:

«Координаты прыжка загружены, начинаю отсчет».

– Салех, – предупредил Сюр по нейросети: – Прыжок будет тяжелым, приготовься. – И сам ухватился за ручки своего кресла-ложемента.

На экране монитора шел обратный отсчет времени. До прыжка осталось более минуты, но нагрузка при разгоне, которая вдавила членов экипажа в спинки ложементов, была чудовищной. В тела живых людей впились иглы боевых транквилизаторов. Сюр почувствовал легкую боль, головокружение, а потом свободу. Он закрыл глаза и ждал. Нужно было пройти три быстрых длинных прыжка, чтобы точно попасть в нужное место.

Выход с торможением вызвал тошноту. Снова заработали боевые инъекции. И снова навалилась сила тяжести, которая, казалось, раздавит тело и вомнет его в спинку ложемента. Сюр потерял сознание, а когда очнулся, то не ощутил свое тело. Боевой скафандр оценил состояние организма и вколол обезболивающее, затем стал проводить восстановительные процедуры. На нейросети появились показания жизнедеятельности организма. Пока ничего страшного не было, но самое тяжелое испытание еще было впереди.

Сюр со своего пульта управления кораблем проверил рабочие места офицеров, все андроиды были на месте и находились в состоянии работоспособности. Дублирующие системы управления андроидами справились блестяще. Сюр учел опыт прошлого боя с «Рейдером» и внедрил в андроидов устаревшую, но надежную систему как дублирующую. При перегрузках андроид переходил на управление этой системой самостоятельно, отключая быстро и легко разрушаемые фотонные связи.

«Демоны космоса. Сюр, как же тяжело», – передал по нейросети Салех.

– Держись, парень, – подбодрил его Сюр. – Последний прыжок самый трудный, но только при торможении.

– Выход из гиперпрыжка к границам сектора, – сообщил тактический искин, – приготовиться, начинается ускорение для нового прыжка.

На грудь надавила непомерная тяжесть, и тут сознание Сюра снова померкло. Но следом наступило облегчение. Сюр потянулся и увидел, что он на кровати. В комнате царил полумрак, рядом сидела женщина в халатике и смотрела на Сюра. В темноте ее глаза нереально отражали тусклый свет, как луна.

– Овелия? – тихо спросил Сюр.

– Да, это я, Сюр. Ты снова пришел. Зачем? Что ты ищешь здесь?

– Я не знаю, Овелия. Меня к тебе что-то притягивает, я даже андроидов сделал подобными тебе. Твоя матрица сознания очень ярко эмоциональная. Она находит во мне отклик, ни одна из женщин не может сравниться с тобой, но я… Я боюсь тебя, Овелия, ты склонна к агрессии…