- Я же говорила - гейская херня! Спорим, у Стива нет такой задницы, как у меня, - сказала Бекка, крутанув бедрами и быстро присев, чтобы ее внушительный зад затрясся и заколыхался.

Большой Майк вздохнул, стоя на крыльце и глядя, как жена танцует тверк.

- Тут ты права. Ни у кого нет такой задницы, как у тебя, детка. Держи ее в форме для меня, пока я не вернусь.

- Я ее для тебя буду держать влажной. Веселись там со своими парнями.

2.

Стив Оуэнс сидел в машине и слушал речи кандидатов, боровшихся за выдвижение в президенты от Демократической партии. Две женщины - конгрессвумен итальянского происхождения и представительница штата от Пуэрто-Рико, конгрессмен-еврей, сенатор-мексиканец, мэр-азиат, чернокожий губернатор-гей, чернокожий сенатор и представитель штата от Вашингтона, называвший себя небинарным. При всем этом разнообразии никто из них не был тем, кого Стив назвал бы настоящим либералом. Все они были центристами. Демократами эпохи Рейгана, как этот хлюпик Обама.

- Знаешь, в чем проблема этих долбаных демократов? Они трусы. Боятся отстаивать то, во что действительно верят. Вечно пытаются держаться середины и угодить всем. Стараются заполучить голоса неопределившихся и не оттолкнуть умеренных. А эти долбаные республиканцы тем временем надирают нам зад, потому что играют на своем электорате. Они выставляют членов Ку-клукс-клана и корпоративных демагогов, и костяк их сторонников валит толпами в поддержку. Им плевать на привлечение умеренных. Они выдвигают самых чокнутых, бешеных противников абортов, противников иммиграции, сторонников Второй поправки, расистов, гомофобов, сексистов и отсталых ублюдков, каких только могут найти, и им насрать, потому что умеренные выборы не выигрывают. Зарегистрированных демократов хватило бы, чтобы гарантировать, что мы не проиграем следующие десять лет ни одни выборы, но большинство из них не голосует, потому что наши кандидаты их не вдохновляют. Они не видят особой разницы между такими ублюдками, как Обама и Джо Байден, и республиканцами, потому что разницы-то и нет. Нужно выдвигать настоящего либерала, а не этих серединных обсосов. Умеренные не выигрывают долбаные выборы.

Стив с разочарованием и отвращением покачал головой, выключив радио на середине речи мэра Нью-Йорка.

- Бля, ну ее нахуй эту политику. Ты мне кайф ломаешь, - проворчал Муки, закуривая косяк и глубоко затягиваясь.

- Это трава? Ты не можешь курить траву в моей машине, чувак.

- Расслабься. Здесь это легально.

- Да мне насрать. Меня на работе тестируют на наркотики. Я не могу словить пассивный кайф и загреметь с грязным тестом.

- Тебя не могут уволить за курение травы в штате, где это легально. Это как уволить тебя за следы алкоголя в крови. Понимаешь, о чем я?

- Да говорю тебе - мне насрать. Я не хочу, чтобы моя тачка воняла травой. Я вожу в ней семью!

Муки поднял руки в знак капитуляции, потом облизал кончики пальцев и потушил ими косяк. Он сунул его в нагрудный карман и навалился на оконное стекло, надувшись, как обиженный ребенок.

- Ну и кого мы ждем?

- Рашада и Большого Майка.

- Как они втиснутся в твою маленькую тачку со всем нашим походным снаряжением?

- Во-первых, они не с нами едут. Они поедут за нами на своих машинах. А во-вторых, это "Тойота 4Раннер". Это нихера не маленькая тачка.

- Среднеразмерный внедорожник - это маленькая тачка, когда в нем четыре здоровых ниггера. Майк, наверное, фунтов двести восемьдесят, а то и все двести девяносто^[8]. И ростом где-то шесть и восемь^[9]. Я даже не думаю, что он один сюда влезет, не то что со всеми нами и нашим барахлом.

- Братан, ты сам шесть и семь^[10], и ничего, прекрасно влезаешь в эту тачку.

- Тесновато. К тому же тут только я и твоя тощая задница. Если бы Большой Майк был здесь, нас бы расплющило.

- Ну, он все равно с нами не едет. И, мать твою, я не тощий! Я пять и десять^[11]. Это выше среднего для американского мужчины.

- Видишь? Вот прямо здесь и доказательство. Только низкорослые ублюдки гуглят такое - какой средний рост у американского мужчины. Ты еще средний размер члена у американского мужчины не гуглил?

- Да пошел ты!

Муки расхохотался.

- Да я просто стебу тебя, братан. Ладно, ты не тощий. Ты просто не большой. Все, что ниже шести футов, для меня низкое, а высоким я считаю только того, кто минимум шесть и два. Все, что ниже пять и десятьдля чувака - низкое.

- Ага, но я достаточно большой, чтобы надрать твою тощую задницу. Вон они.

"Джип Глэдиэйтор" Большого Майка встал позади них. За рулем сидел сам Большой Майк в темных очках и бандане. Рядом - Рашад, собравший свои дреды до плеч в хвост. Он улыбнулся и помахал им. Большой Майк посигналил, давая понять, что хочет выехать на трассу до того, как утренний час пик в пятницу закупорит дороги.

- Тогда вперед, мать его, на трассу! - сказал Муки, вытаскивая косяк из переднего кармана, зажимая его губами и поднимая зажигалку - но наткнулся на взгляд Стива.

- Черт, нигга. С тобой не прикольно. Я накурюсь в хлам, когда мы доберемся до горы.

- Без проблем. Только не в моей тачке.

- Поехали ловить снежных зайчиков!^[12]

Ехать до гор было два часа. Стив жалел, что не едет один или с Большим Майком, или с Рашадом. Он предложил подвезти Муки только потому, что это казалось вежливым. Из всех них Муки был единственным, кто все еще барахтался на дне.

Еще в колледже Муки был звездой баскетбольной команды с видами на НБА. Эти виды были его единственным планом на будущее. А потом наркотики, травмы и плохая учеба вышибли его из команды, а со временем и из колледжа. Теперь он перебивался с одной низкооплачиваемой работы на другую. Он был их побратимом по студенческому братству, так что они все рано или поздно помогали ему устроиться, но это всегда заканчивалось катастрофой: спал на работе, пил на работе, заваливал тесты на наркотики, пропадал без объяснений.

Муки откинул сиденье назад до упора. Он отбивал ритм по бедрам и приборной панели, выплевывая импровизированные рэп-строки:

- Еду в горы с пацанами

Поймаю заек – буду молодец

Пушка в руке, братан Стив с нами

Встанешь на пути - и все, тебе конец!

Большой Майк включил радио, чтобы заглушить попытки Муки фристайлить.

- Э, тебе не заходит мой флоу?^[13] Это было лит!^[14]

- Муки, тебе тридцать четыре года. Хватит говорить "лит". Это звучит тупо из уст взрослого мужика. Как и рэп.

- Jay-Z уже за пятьдесят.

- Jay-Z годами не выпускал альбом. Даже он понимает, как тупо звучит, когда взрослый мужик читает рэп про сучек, шлюх и пушки. И твоя задница далеко не Jay-Z.

- Че ты всегда такой негативный? Ты что, весь гребаный трип таким будешь? Тебе косяк нужен больше, чем мне. Зануда, бля.

- А, так я зануда, потому что не хочу накуриваться и читать рэп про всякую хуйню?

- Ага. Именно. И еще потому, что ты работаешь на правительство.

- О, понятно. Я работаю на "Систему". Похуй, чувак. Зато у меня работа есть.

Стив прибавил радио и был вынужден терпеть, как Муки битбоксит под все, что играло, до конца поездки.

3.

- Как думаешь, Стив с Муки там ладят? - спросил Рашад.

- Удивлюсь, если Стив не остановится и не вышвырнет Муки из машины.

- Мне Муки нравится. Он меня укатывает.

- Ага. Хотелось бы только, чтобы он хоть немного повзрослел. Завел семью. Он чуть не потерял работу дважды за этот год. Еще один проваленный тест на наркотики - и он вылетит. Я о родном брате меньше волнуюсь, чем об этом ниггере.

- Понимаю, о чем ты. Но он - один из нас. С нами до конца.

- Ага, до конца. Так ты нашел нам снежных зайчиков?

Рашад кивнул.

- Есть такая группа - "Любители Мандинго^[15]Южной Невады".