А остальное — вот так. Решёточки.
А бумагу сделать совсем несложно, и, кстати, промасленная бумага это один из способов получить пропускающие свет, но закрытые от сквозняков окна. Другое дело, что бумага это удар по коллегии кожевников — пергамент ведь кожа!
Набросок: а начиналась сия милота вот так:
А вот «раскраска»:
Глава 18
НЕКОРОЛЕВА
Когда громкие приветствия на публику были продекламированы и Клотен пристроился рядом, он негромко сказал:
— Так и знал, что ты не усидишь в Лланелли, примчишься. Рад, что не ошибся. Ты очень мне нужна.
Екатерина предпочла понять его как возлюбленная, а не как подданная. Дотянулась рукой до колена жениха, легонько стукнула по нему кулачком.
Екатерина Глантауи, она же Кейндрих верх Риваллон, персонаж исторический. По крайней мере, в генеалогиях она есть, и из них следует очень интересная и активная жизнь. Дочь-наследница Брихейниога. Само по себе это удивительно, учитывая, сколько обычно детей ухитрялись настрогать тамошние правители, но Риваллону, видимо, Бог сыновей не дал. Он выдал дочь замуж за дальнего родственника и ушёл в монастырь, оставив их «королём» и «королевой». Какой титул они носили на деле, неизвестно, но, учитывая происхождение, род был провинциальным сенаторским.
Брак продлился недолго, муж умер от некоей неупомянутой в источниках болезни. Овдовевшую Екатерину её народ как правительницу не принял, вместо этого из монастыря вернулся её отец. Вот и говори о женской власти у ирландцев! Зато как раз на романо-бриттских землях мужа «королеву»-вдову приняли, и она стала вассалом Клотена Гулидиена. Её земли составляли примерно треть Диведа, так что — крупным вассалом! Сам Клотен приходился Екатерине тоже дальним родственником, и через два-три года женился на ней, а после смерти отца Екатерины, Риваллона, подсадил её на отцовский престол, местных уже не спрашивая.
Оба королевства унаследовал их сын, и они оставались едины три поколения, пока наступающее средневековье не добило позднеримскую экономику Диведа. Тогда, в начале восьмого века, под нажимом соседей королевства были снова разъединены: разделены между двумя братьями.
Набросок: на нём ещё нет дракона — его добавили поздней.
Глава 19
УШАСТАЯ ФЛАВИЯ
В холмах, родом из которых должно было быть существо… которое не было. Надпись можно подделать, но сиды не врут. Если сида говорит, что она не сида, то она не сида, значит, может врать, значит, верить надо не словам, а облику, и тогда она сида.
Всё вокруг продолжало двигаться — настороженный взгляд ушастой, обеспокоенный Клотена, ветка куста с резными листьями — отражения были словно в зеркале из серебра, злые и точные, но неправильные. Екатерина помотала головой — но даже ощущения хлещущих по плечам кос оказались чужими. Собственное дыхание казалось чужим, словно кто-то дышал за неё. Зачем?
Страшно не было. Страх тоже остался в ненастоящем мире снаружи.
Ушастая девочка сунула руки в фонтан — и швырнула Екатерине в лицо пригоршню прозрачного колдовского серебра. Сзади её охватили крепкие знакомые руки, знакомый голос жениха и сюзерена попросил и потребовал:
— Катилья, дыши.
Катилья — ласкательное от Екатерина в вульгарной латыни, которая в Диведе на VII-й век ещё жива и, в нашей истории, уйдёт примерно в восьмом, сохраняясь локально в общинах белого священничества и до более поздних времён.
Каменная ванна, в которую стекает струйка воды это фонтан. Так его понимали и видели, и это было не просто украшение внутреннего дворика, а аналог водоразборной колонки. В римских городах большая часть домов не имела проведённого внутрь водопровода, за это было нужно платить. Так что жители ходили с амфорами (или вёдрами) к фонтанам, которые были бесплатны. Этакий родник… питаемый из акведука. Акведук в Моридуне был, хотя совсем не такой величественный, как в Риме, Карфагене или Арле.
Сам дворик выполнен опять в позднеримско-византийским стиле в виде лёгкой аркады на колоннах, пилоны для более солидной поддержки там есть, но они внутри и на рисунке не видны.
На Екатерине — диадема, что подразумевает варварский титул королевы или цивилизованный — стефанофоры, «корононосительницы». Это реальный титул, который носили избранные главы городов, и отмечено ношение его женщинами, правда, в восточной половине империи. (В Милете, например, за долгие века римской власти женщин выбирали два раза). Какой титул носила Екатерина на деле — Бог весть, но в части романизированных владений наверняка не варварское «королева».
Набросок:
Версия 18+ имеется на бусти Александра Прибылова.
А здесь — «раскраска»:
Глава 20
ОДИНОЧЕСТВА
— Здравствуй, великолепная. Я Гарет Тригемин, тессерарий баллистариев. Благородный муж рядом со мной это Вендубар Гаста, сигнифер баллистариев.
Немайн догнали её новые подчинённые. Она официально пока в отпуске, но познакомиться-то надо?
Баллистарии это вовсе не прислуга осадных машин, а стрелки из тяжёлых, но всё же переносимых вручную… устройств. Ручные баллисты всё равно оставались тяжёлыми, так что баллистарии нередко оказывались или стрелками с запряжённым мулами повозок, или ездящей пехотой. Известно, что ещё Арриан упоминает необходимость учить всех кавалеристов стрелять из баллисты, что странно, если считать баллисту артиллерией. Если же это лёгкая, применимая с рук или с коня машина — дело другое.
Конных баллистариев упоминает Аммиан Марцеллин, как часть охраны Юлиана, и это, кстати, полностью соответствует применению конных арбалетчиков в позднем средневековье.
Ручные баллисты и баллистарии во Втором Августовом точно были, и археология подтверждает находки машин разных эпох и поколений.
К носимым вне боевой обстановки паннонским шапкам у баллистариев лентой прикреплены болты, что показывает их гордость за свой род оружия. Горизонтальные полосы на рукавах, скорее всего, означают принадлежность к младшему командному составу.
Набросок:
И «раскраска»:
Глава 21
ЕПИСКОПЫ
— Мастер защиты с мечом подобен такой концентрической крепости. Рвы — это не металл, это места. Круги, которые показывают уровень и тип угрозы, и определяют то, как следует защищаться. Первый и главный ров — это круг, описанный вокруг тебя остриём твоего меча в вытянутой руке.
