А вообще играть за эльфийку и быть эльфийкой — оказались разные вещи, из-за другого восприятия не всегда получалось день от ночи отличить.

Да и вот эта нелюбовь к мальчишке-императору — она же неспроста?

Тем не менее — разобрала доставшееся от ролевой игры «наследство», поудивлялась выбору Сущностей для иных вещей — не всегда было легко подобрать замену волшебным артефактам для неволшебного мира.

Вот анахронизмами Сущности не стеснялись — пока те вписывались в знакомые местным жителям образы. Кольчуга — удивительно лёгкая, но кольчуга. Шлем-бургиньот — немного необычный, но вполне в римской традиции.

Золотые — в стандартных длинных упаковках, по 72 штуки — фунту золота! — в каждой. Игровое золото обрело совсем не игровой вес.

Изображение на монете — с реального солида начала правления Константа II.

Набросок: сначала картинка тоже планировалась пейзажной ориентации

А шлем Немайн потребовал подробной проработки:

А вот контурная «раскраска»:

Глава 5

ПЕРЕПУТАНИЦА

Стянула сапоги — под ними оказались вязаные носки совершенно попугайской расцветки. Поскольку в игре это не прописывалось никак, скорее всего — местная мода. Главное — ноги были сухие… и размера на три меньше, чем Жрица привыкла. На брусчатке это было даже хорошо — меньше ощущались неровности. Осмотрела ступни. С удовольствием отметила отсутствие мозолей и потёртостей. Раз такие нежные конечности легко перенесли несколько часов похода с тяжёлым грузом, значит, хотя бы одна — и пока единственная — пара походной обуви у неё есть.

Носки героини совершенно аутентичны, раскопаны, правда, в Египте — в климате и почвах Уэльса носки не сохраняются, но имперская мода была сравнительно едина.

Кровать и сундук типичного римского стиля.

Слева видна масляная лампа, штука для Моридуна дорогая, потому что растительное масло там привозное. Бедные люди пользовались сальными свечами.

Зато ковёр на полу это местная гордость, их экспортировали.

Немайн ждёт впереди то, что заменяет эльфам человеческий сон, недопонимание из-за того, что она перепутает день с ночью, Кейру она из-за этого отплатит презлым на предобрейшее, зато узнает новое о местных обычаях и всласть наболтается забессонную ночь со знакомым, который ведёт себя вполне достойно рыцарей Артура в самом их благородном изводе. А ещё обнаружит, что физически не может врать.

У эльфов такого не прописано, а вот у легендарных сидов такое встречалось…

Собственное тело подбрасывало сюрпризы. Уши и глаза — мелочь на фоне того, что при любой попытке произнести то, во что она не верит, горло перехватывает спазм? Обнимашки вообще пугали: воздействие на личность, мощное, как тяга атомного прямоточника. Кстати, если они хотя бы вполовину от этого отдают на другую сторону, то ведь те, кто с воплями: «Околдовала!» потащат сиду на костёр, правы будут!

Похоже, что это всё — побочные эффекты от того, что у эльфов прописано…

Печаль.

Набросок. Как видите, принципиально поменялась только лампа — не подставка под отдельную лампу, а изготовленное вместе бронзовае сооружение.Такие были.

И ещё, более развитый:

Глава 6

ВЕЛИКОЛЕПНАЯ

Полёт вдоль дороги прекрасен. По обочине — чтобы поберечь копыта скакунов. Впереди скачут дозорные, и их рожок кричит, чтобы проезжие освобождали путь, а сами высокие путники — не волновались о безопасности. Защитник торопится в лелеемый им город, потому что там случилось нечто, требующее понимания. Лёгкий ветер размахивает ветвями деревьев. Дорога — место встреч, и то, что дозор перехватил ещё одного курьера — правильно не только потому, что Давид ап Ллиувеллин знает своё дело.

В цивитате Дивед, который всё чаще называли королевством, хотя от местных римлян за это и в морду можно было получить, были собственные власти. Явление сиды было отмечено, доложено, и вызвало неизбежные движения с целью разпознать, уяснить, а там и действовать по обстановке.

Вот и курьер на картинке не фельдъегерь в расцвете сил, а командир подразделения в летах, который лично доставляет пожизненному Защитнику-префекту Клотену Флавию Гулидиену (которого неправильно называть королём) странные новости.

Тут снова мощные кони: что поделать, дружина, иначе именуемая комитатом, это именно тяжёлые всадники, катафракты сарматского типа. И да, стремена изображены правильно, они уже есть, упоминаются в «Стратегиконе» Маврикия.

Здесь мы видим справа вверху знамя-дракон, характерное для позднеримских частей.

У Защитника-префекта на плаще видна квадратная нашивка-таблион, характерная для высшего чиновничества империи. Он, всё-таки, глава пусть и формально римского, но полностью автономного владения, так что, хотя по рангу он всего лишь светлейший (клариссим), таблион он носит. Это касается и двух других всадников, их таблионы говорят о важном месте в администрации.

На всадниках чешуйчатые (lorica squamata) или ламеллярные (lorica serta) доспехи, позднеримские кавалерийские шлемы (разные варианты типа Беркасово), на перевязях — мечи-спаты.

Всадник сразу за Клотеном, справа — женщина. Такое тоже бывало, когда мальчиков в семье не рождалось, а наследственное место нужно было удержать. По крайней мере, что римские источники отмечают такие случаи, что кельтские легенды, например, бретонские. Необходимость для женщины тянуть мужскую службу считалась не удачей, а тяжким испытанием.

Практика была отменена собором у Уитби в 664 году, и раз потребовалось такое постановление, была достаточно распространена в регионе.

Набросок: тут ещё только три всадника, Клотену Гулилиену ещё не присвоили знамя-дракон и влюблённую в него телохранительницу.

Глава 7

ПОРФИРОВАЯ ВАННА

Что до холмовой Флавии, она была вызывающе простоволосой — упущение, которое ему и следовало исправить. Кермит так старался не пялиться на звериные уши сиды, что не заметил, как выложил даже то, что в другое время укрыл бы и от отца. Просто потому, что не доделал: никак не мог подобрать к чёрному, набитому конским волосом валику, схваченному поверх зелёной лентой, подходящего покрывала.

Защитник прислал присмотреть за Немайн Вивиану, всадницу из своего комитата, а Ангарат явилась, как волей деда и отца, так и собственным хотением. Раз Немайн предстояло знакомство с симпатизирующими ей коллегиями, решили привести ей внешний вид к более традиционному. Ну не ходить же ей всё время в кольчуге? Вот и пришлось выбирать головной убор.

Шапочка-валик, которую примеряет Немайн, действительно существенный элемент византийской (и средневековой) моды, так что тут она всего лишь немного меняет фасон. Ангарат маленькая, и может себе позволить ходить с покрывалом-паллой, спущенным на плечи, а у Вивианы голову прикрывает паннонская шапка. Вертикальные вышитые полосы-клавии до подола — маркёры именно женской одежды, достаточно важные, потому что мужчины, особенно при чинах, тоже носят длинные одеяния. У мужчин такие полосы тоже есть, но короткие, часто не доходят и до пояса.