Сменив ехидную улыбку на покерфейс, Борис направился к парню с плакатом.

— Ты Поршень?

— А? О, здравствуйте, — не поведя и бровью, отозвался парень и уточнил, оглядывая здоровяка: — А вы… получается, Борис Валерьевич?

— Получается, — хмыкнул представитель корпорации.

— Рад приветствовать вас в нашем городе, мой босс прислал меня за вами, — парень радушно улыбнулся и махнул рукой в сторону выхода. — Пойдёмте, машина уже ждёт.

Когда парень отвернулся, Борис снова ухмыльнулся и двинулся за непонятным провожатым. Поршень, по его прикидкам, либо уже кормит червей, либо гниёт в тюрьме. Оба варианта были проблемой для корпорации, но лично ему плевать. Главное, что есть, кому задать вопросы.

На парковке их ждал чёрный внедорожник, для провинциального смотрящего весьма солидный.

Парень услужливо открыл заднюю дверь.

— Босса тачка? — похлопал Борис ладонью по крыше.

— Его. Для вас выделил. Сам пока на другой ездит.

«Какой щедрый смотрящий. Сам то ли в бегах, то ли в земле, а машину гостю выделил».

Борис уселся, отметил, что в салоне больше никого нет, и опять позволил себе ухмылку, пока провожатый обходил машину.

Мотор завёлся, и внедорожник покатил в сторону города. Несколько минут Борис молча наблюдал за водителем. Тот спокойно смотрел на дорогу и даже не пытался завязать разговор с дорогим гостем.

«Больно он спокойный… Надо бы его расшатать, проверить на вшивость. А заодно понять, что это за перец…» — подумал Борис и завёл беседу:

— Слушай, шкет… А где кортеж? Где остальная братва твоя?

В ответ тишина. Парень даже головы не повернул.

«Не понял…»

— Эй, мелкий!

— А? Вы мне? — встрепенулся парень.

— Тебе. Кому ещё? Кроме нас, тут никого, как видишь.

«Он что, решил дурачка включить?»

— Простите, кажется, вышло недопонимание… Я почему-то решил, что вы моему боссу позвонили.

— Чего ему звонить, если мы скоро приедем?.. Ладно, проехали. Так что там с кортежем? Вас настолько прижали?

Парень вздохнул:

— Менты район прочёсывают, мы стараемся не отсвечивать… Босс велел встретить тихо, без лишних машин.

«Гладко стелет. Про ментов ему знать положено, а вот виноватая морда вышла слишком уж старательной».

— И давно ты при боссе?

— Да не особо… Полгода. Подай, принеси, отвези.

— А чего он такого молодого за руль посадил? Постарше никого не нашлось?

— Да я только на лицо молодой… А так уже скоро четвёртый десяток пойдёт, — улыбнулся парень в зеркало.

— Хм… А с одеждой твоей что? Поршень забыл на костюм нормальный денег выдать?

— В химчистке костюм, Борис Валерьевич. Не успел забрать. Там на складе краска… Ну, в общем, ржали с меня долго.

«Бегунки у смотрящих так не разговаривают… Они или мямлят, или хамят, если совсем тупые и не понимают, с кем встретились. Лебезят в крайнем случае. А этот вежливый, чисто белый воротничок».

Борис почесал подбородок и решил зайти с другой стороны:

— Босс-то твой как поживает? Всё такой же кучерявый? Я его ещё с шевелюрой помню.

— Лысый он, сколько я его знаю, — удивился парень. — Может, вы его с кем-то путаете?

— Может, и путаю… Давно не виделись.

«Знает. Значит, живьём Поршня видел, и видел вблизи. Тем интереснее, куда тот подевался».

— А сам он чего не приехал?

— Он вас на месте ждёт. Стол накрывает, готовится.

Борис покивал и откинулся на спинку сиденья.

«Шкет отвечает охотно, и при этом ни одного имени или адреса из него до сих пор не выпало… У любой шпаны язык обычно работает быстрее головы, а у этого всё наоборот. Значит, сыпать надо вопросами поглупее и заваливать количеством…»

— Слышь, мелкий, а кормят у вас тут где нормально?

* * *

Господи, да он когда-нибудь прекратит поливать меня вопросами, как из пулемёта⁈

За время, что везу этого болтуна, я уже успел порекомендовать ему шашлычную, в которой ни разу не был, и признать, что приличные девки в городе водятся, только мне с ними не везёт. Потом он поинтересовался, сколько жрёт машина. Я ответил, что много, и вряд ли соврал. А точнее я не знаю, потому что за рулём этого внедорожника я провёл считаные часы.

Отвечать на такое можно, не приходя в сознание, только каждое новое «а почему» выдёргивает меня из работы, которая требует тишины в голове. С первой минуты в машине я ковыряю его ментальную защиту.

Пока готовился к встрече, я всё-таки выяснил, кто ко мне летит, и новости были так себе… Открытые источники про гостя молчали, зато в узких кругах его фамилию знают довольно хорошо. У него ранг «А», психометаболик, и он один из сильнейших псиоников своего направления в стране. Возможно, даже сильнейший, только проверить это некому. Между собой такие ребята не дерутся.

Защита от менталистов у него солидная, под стать рангу, и ломиться в неё с разбега было нельзя: он бы почувствовал. Так что приходилось разбирать её аккуратно, деликатно. Из-за этого я прозевал его первый вопрос про кортеж, а следом ещё и ляпнул глупость про звонок боссу. Хорош конспиратор, ничего не скажешь…

— А это что у тебя играет?

— Радио.

— Я слышу, что радио. Поёт кто?

— Не знаю, Борис Валерьевич. Я в музыке не разбираюсь.

— А в чём разбираешься?

— В машинах немного.

— Так ты же не знаешь, сколько она жрёт.

Вот ведь зараза! Вопросы тупые, но отвлекают. И память у этого болтуна работает исправно, чтоб его гирей разок огрело…

Я изобразил смущённую улыбку и сказал, что на этой езжу едва ли не в первый раз.

Минуты три пассажир помолчал, и ему снова стало скучно…

— Слышь, мелкий, а ты женат?

— Нет пока.

— И правильно. Я вот был, два раза. Первая ушла, потому что я мало бывал дома. Вторая ушла, потому что я стал бывать дома много. Вот и пойми их после этого.

— Сочувствую, Борис Валерьевич.

— Да чего сочувствовать. Я про то, что не торопись. А рыбачат у вас тут?

— Речка есть за городом. Говорят, клюёт. А сам я не рыбак. Не с моим графиком.

— Понятно… В музыке не разбираешься, не рыбачишь, не женат. Ты чем вообще живёшь-то, кроме баранки?

Дедовыми гирями и чужими мозгами, только тебе об этом знать необязательно…

Я пожал плечами и сказал, что работы много и на увлечения времени не остаётся. Это, между прочим, была самая честная фраза за всю поездку.

— Гостиница у вас хоть одна приличная есть?

— Босс всё забронировал, не переживайте.

— А чего мы так долго едем? У вас тут город или целая область?

— Аэропорт далеко от центра. Скоро будем на месте.

— Скоро, скоро… — Он зевнул и поёрзал на сиденье.

К этому времени я уже понял, что тупые вопросы идут у него вперемешку с острыми. Между шашлычной и музыкой он вставлял что-нибудь про босса или про ментов и каждый раз поглядывал на меня. На острые я отвечал в духе своего же сообщения в чате Поршня: у нас аврал, а остальное босс расскажет сам. Выходило однообразно, зато без лишних подробностей, на которых легко попасться.

— А ты что-нибудь про лабораторию слышал? Одна тут полыхала недавно…

— Лаборатория? Ничего такого не было. Но кое-что действительно полыхало…

Чуть не ляпнул: «Моё сиденье», — но вовремя прикусил язык.

— Склад пиротехники недавно фейерверки пускал. То ещё зрелище было.

— Вот как… — протянул мужик и замолчал.

Наконец-то!

Я выдохнул и остановился на светофоре. Горел красный, и в наступившей тишине работа пошла вдвое быстрее. Наконец-то я могу не просто услышать его мысли, но и понять, что именно он замышляет и к чему вся эта карусель вопросов. Гость, как и планировалось, ничего не заметил, даже не почесался. Только сейчас у него в голове практически пусто…

В зеркало заднего вида я увидел, что болтун сосредоточенно смотрит куда-то вниз. Я тут же закрыл глаза и нащупал его телефон. Быстро проник внутрь и считал только что отправленное сообщение: