Лада подвинулась, оставляя место за кирпичным выступом.

— Егерь, без зверей бесполезный! — возмущённо произнесла она. — Друид недоделанный…

— Что там у чёрного хода? — повернулся Диф к Ладе. — Моль что-нибудь передавала?

Сосредоточенный на защите, он ничего не услышал, так что Лада сразу повторила печальные новости.

Гюрза повернулся к противоположной стене, за которой слышались шаги, и Лада осторожно выглянула следом за ним. За разбитым окном мелькнула каска. Люди расходились вокруг здания, переговариваясь между собой, но к воротам больше не подходили.

«Нас обкладывают со всех сторон, а мы так и будем здесь сидеть⁈» — всё больше раздражалась Лада.

— А этот где? — хмурясь, кивнул Хирург в сторону опустевшей площадки с «целью».

— Ушёл, — коротко донесла Лада.

— Вот сука… — вздохнул Хирург.

Он подошёл к люку и попытался его открыть.

— Дай я… — рядом оказался Скирд, но его мгновенно остановил Егерь, чуть ли не сбивая с ног.

— Ты какого⁈..

— Там мина! Я запах чую… Взрывчатку заложили, чтобы мы не могли сбежать тем же ходом…

— Вот холера… И что делать будем? — повернулся Скирд в сторону Дифа, а за ним и все остальные.

— Их всё больше становится. Уже чувствую больше сотни человек. Ещё и псионики подъезжают… Они всё это спланировали! — начал массировать виски Гюрза, выдавая максимум своего ментального потенциала.

Все разом поняли, что они в полной «ж»…

— Сдаваться вы, видимо, не собираетесь, да? Ну что же… Мы и к такому варианту приготовились… — снова раздался голос из динамика наверху, и тот сдох от выпущенного Зионом заряда.

Диф оглядел укрывающихся возле стен людей, задержался взглядом на Ладе, но так ничего и не приказал. Лишь провёл пыльной ладонью по лицу.

* * *

Стоило выбраться из вонючего инженерного лаза, что за столько лет превратился в канализационный, как веселье набрало обороты. Один боец обернулся ко мне с автоматом, но Ким перехватила ствол и отвела его в сторону.

— Это свой.

— Рад, что мы наконец определились. — Я выпрямился, потирая ушибленное при спуске плечо.

Узковато там…

Капитан на всякий случай оставила возле спуска двух подбежавших псиоников, объяснив им, откуда ждать потенциального противника. Вдруг они взрывчатку обезвредят… И побежала за мной к броневику.

Кречетов слушал рацию возле машины, а стоящий рядом Гареев разглядывал склад, переминаясь с ноги на ногу. Коллег у ворот ранило, но его, похоже, занимает лишь возможность пустить в дело свой огонь. Не хотелось бы до такого доводить: мне этот склад ещё в зал для выставки переделывать… Надеюсь, они сдадутся без боя.

Я отряхнул колени и встал по другую сторону от полковника, пока Ким уточняла обстановку возле заднего выхода.

— Рыбки пойманы в сети. Можете считать этот пункт нашего договора выполненным.

— У нас уже двое тяжелораненых. И несколько с лёгкими ранениями. А у них даже огнестрела нет… — Кречетов убрал рацию и посмотрел на меня. — У части из них оказались очень неприятные пси-силы, о которых в твоих докладах не было ни слова.

— Я не волшебник. Я только учусь им быть, — пожал я плечами. — Без меня вы бы узнали об их существовании, когда местный морг оказался бы забит до отказа.

За спиной полковника стоял на коленях спецназовец, пытаясь удержать повязку на залитой кровью шее товарища. Кто-то мастерски швырнул арматурину и только чудом не убил его: шею задело по касательной. Ну да, у псионика даже простая железяка становится опасным оружием.

— Я, кстати, только десятерых насчитала… — Ким остановилась рядом. — Этой нету… Как её… Моли! Видимо, сбежала быстро, как только поняла, что они встряли.

— Даже не удивлён, — кивнул я.

— Нельзя допустить их прорыва и побега, — начал раздавать указания Кречетов. — Если кто-то сдастся, отводите ко мне. Где у них менталист?

Капитан указала на окно, возле которого держался Гюрза, и предупредила о его попытках добраться до спецназовцев. Пока она мешает ему выбрать жертву, но, если ей придётся отвлечься на кого-нибудь из целей, бойцы останутся без защиты. Свою голову в драке нужно беречь самостоятельно.

Полковник распределял подъезжающих по тревоге служащих по позициям, не давая им собраться возле себя толпой. Вместе с нами набралось двадцать два псионика — вдвое больше приехавших бойцов синдиката, если считать сбежавшую невидимку. Для отчёта хорошее соотношение, только среди прибывших полно тех, кого Скирд с лёгкостью размажет. Да, среди врагов не все относятся к боевым псионикам, но всё равно они представляют очень серьёзную угрозу. Толку от численности немного, если один сильный супер раздавит одной атакой сразу десятерых.

— Ким, остаёшься снаружи. Задний выход и прикрытие от менталиста на тебе. Мы будем готовиться к штурму, — приказал Кречетов.

Она посмотрела на Гареева, но полковник покачал головой.

— Он со мной. Ты его не удержишь…

— Нет, меня никто не удержит, — уже горел от предвкушения этот червь.

Кречетов повернулся к присоединившимся штурмовикам с задатками пси-сил.

— По возможности берём живыми. Но приоритет — собственная безопасность. Это бешеные собаки, и таких лучше усыпить, чем дать им себя укусить. Прикрываем друг друга, работаем тройками, командиры троек…

Полковник начал отдавать указания и распределять людей по точкам, велел приготовить противогазы. Подготовка шла удивительно медленно… То ли мариновали зажатых внутри склада, то ли дали им время придумать план побега. Я бы действовал быстрее. Хотя у меня опыта подобных массовых операций кот наплакал. Я всё же больше одиночка.

Нас пропустили между бронеавтомобилями под прикрытие полицейских щитов, и я пригнулся, разглядывая в окошко ангар поверх поднятого Скирдом бетонного холма. За ним виднелись деревянные обломки, чуть дальше валялась старая упаковка. Перед выставкой всё это пришлось бы вывозить, но сейчас хлам Гарееву только на руку.

Майор по приказу Кречетова вытянул ладонь поверх щита и направил огненную струю в проход, поджигая мусор, гнилые доски, балки перекрытия. Огонь пошёл по сухим краям дерева, потянулся к обшивке под крышей. Изнутри рявкнули, и в броневик ударил кусок бетона. Стоящего у щита бойца качнуло ко мне. Я помог удержать тяжёлую пластину и оттянул мужчину за машину.

Тот, которого зовут Дифом, попытался перекрыть проход своей пси-преградой, но Гареев направил струю выше, прямо к стропилам. Дым начал заполонять помещение. В щели полетели из подствольного гранатомёта светошумовые и дымовые гранаты.

Под крышей завыла пожарная сигнализация, и из задрожавших старых труб полилась ржавая вода. Огонь начал шипеть, а я с удивлением обнаружил, что на складе вопреки всем прогнозам работала пожарная сигнализация.

— Водичка? Так даже лучше. Гареев, хватит! Больше дыма и хаоса, а не трупов! Продолжаем заливать всё газом! Приготовить противогазы! — оценил смену обстановки Кречетов.

Гареев опустил руку, уступая место Кречетову, и усилил его, чтобы тот с сотни метров точечными потоками силы замуровал во льду вонючее, задымлённое пространство склада. Ещё и крыша горит… Ну всё, хана выставке. Крыша — это ещё минимум месяц! Придётся новое место искать…

Я отодвинулся от щита, чувствуя пробирающийся под куртку холод. Падающие сверху капли застывали на мусоре, по обшивке тянулся иней. У ближайшего окна кто-то поскользнулся и с руганью ударился о стену.

В глубине продолжало гореть, а заполняющий промежутки между укрытиями дым заставил засевших там людей кашлять. Смесь стихий вызвала панику и хаос. Если бы Кречетов хотел их просто убить, не сомневаюсь, этот склад уже превратился бы в полноценный морозильник. Но сегодня ядерное оружие работало в режиме добычи языков, а не уничтожения угрозы. Оттого и действовал он деликатно, как хирург во время операции.