Копался аккуратно. Всё же не собирался превращать его в овощ. Вглядывался лишь в то, что касается дела. Аналогичным образом поступил с его телефоном. Перекочевало через интернет на сервер к ИИ всё, что было необходимо.

Минут через пять вдалеке раздалась сирена. Кто-то услышал грохот или увидел у мусорного бака тачку и позвонил куда следует. Народ у нас бдительный. Отчасти хочется надеяться, что это итог моих стараний.

Я вернул телефон Бориса в нагрудный карман его пиджака и отошёл от машины. Халк-говорун мирно сопел на руле. Ну и отлично.

Я поправил куртку и двинулся вдоль гаражей прочь, растворяясь в ночи. Славная вышла охота…

Глава 5

Пройдя пару кварталов, я набрал таксиста. Он снял трубку далеко не сразу и заверил меня, что сейчас приедет. Между словами «выезжаю» и «сейчас, только ботинки найду» он зевнул так, что у меня самого челюсть свело. Что-то я не подумал… Мужик целый день катал меня по магазинам, таскал пакеты, мотался в деревню и обратно, а до этого ещё отработал полную смену. Сколько часов он спал за последние двое суток, лучше даже не спрашивать. Уснёт на трассе, и виноват буду я.

— Отбой. Спи дальше, — велел я ему. — Завтра поговорим.

— Так вы же… В деревню…

— Ты не единственный таксист на всём белом свете, доберусь. А ты отдыхай.

Он что-то пробубнил в трубку и отключился, даже не дослушав. Заснул, надо полагать, с телефоном в руке.

Ладно… Ночь тёплая, время ещё есть. Последний автобус до деревни уходит с автовокзала без десяти двенадцать, а отсюда до вокзала минут тридцать быстрым шагом. Очень быстрым шагом. Успею, если не заплутаю среди гаражей. Да и прогулка мне сейчас не помешает. Голова после копания в чужой памяти гудит, а гудящую голову лучше проветрить, чем везти в такси.

Шёл я по тихим улицам, разворачивал камеры подальше от себя и радовался, насколько безопаснее стал город. Ни алкашей, ни странных компаний в тёмных парках. Если и встречались прохожие, то самые простые, со своими заботами. Кто-то спешил домой, кто-то неспешно выгуливал собак.

Ближе к вокзалу я перешёл на бег и успел в самый раз. Примчался за три минуты до отправления. Автобус стоял с открытой дверью, водитель докуривал у переднего колеса и подбадривающе махал мне рукой, подгоняя. Я запрыгнул внутрь, оплатил проезд и упал на заднее сиденье. Огляделся: помимо меня, ещё человек пять. И все как один, даже бабулька, сидят в телефоне.

Автобус тронулся. За окном поплыли фонари, и я прикрыл глаза. Пока едем, надо разложить по полкам всё, что я вытащил из Бориса. Чужая память имеет свойство расползаться, если сразу не закрепить чужие знания как свои.

Картинка выходит любопытная и во многом подтверждает всё то, что я уже вытащил из сети. Наверху всей структуры, что стала моим врагом, сидит корпорация с приличной вывеской, аптеками, медцентрами и заводами. Высокие зарплаты, социальное обеспечение тысячам сотрудников. Легальная, высокодоходная и в то же время престижная в глазах простых людей деятельность. Под ней сидит «Горыныч», где люди в белых халатах относительно открыто изучают псионику. А вот параллельно исследованиями возможностей пробуждения псионики в тех, у кого её нет, уже тайно занимается синдикат, что скрывается в тени «Горыныча». И называется он, если верить памяти Бориса, «Змий».

Змий и Горыныч… Змий Горыныч. Н-да, кто-то в детстве явно начитался сказок…

Синдикат с белой и пушистой корпорацией практически никак не связан, так что полиции придётся здорово покопать, чтобы связать фармацевтического гиганта с подпольем. Деньги и поставки идут через смотрящих в городах вроде Поршня, над смотрящими сидят Кураторы, а на случай катастроф есть люди вроде Бориса. И те, кто руководит на своём «этаже власти», понятия не имеют, кто стоит над ними и в смежных сферах деятельности всей структуры. Для корпорации это защита.

Среди их типичных ходов есть даже обвинения конкурентов в подставе, мол, ничем таким в своих лабораториях мы не занимаемся. И, как оказывается, за закрытыми дверями в высоких кабинетах эта детская отмазка работает. Кое-как, но работает. Главное — состроить честные глаза и пообещать во всём разобраться. Ну и подмазать кого надо и где надо.

Вот и прилетевший к нам в гости Борис про заводы знал больше, чем про людей в халатах. Он из официальной структуры вышел, и его задачей было как минимум замести следы и устранить провинившихся, а как максимум… Касалось это уже Светы. И формулировка приказа меня вообще не радовала…

Хозяин всей этой структуры лично с Борисом не встречался. Но тот хорошо знал его голос, имя и репутацию человека, не терпящего ошибок. Максимум, с кем он имел честь встретиться, — это «очкарик», личный помощник большого босса.

Выходит, Адам Александрович — тот, что восседает на вершине всей этой пирамиды, — весьма стеснительная личность. Про него я уже раньше читал, когда собирал сведения о «ПраймМедКорп», но много не накопал.

Второй по важности сюрприз в мозгах туриста был чертовски раздражающим. У корпорации, оказывается, есть свой человек в конторе, заведующей поиском и контролем псиоников. Причём по званию и влиянию тот, судя по всему, не меньше, чем тот дядька-ледовик, что приехал ловить меня. Возможно, это он и есть… Этого я не знаю, но проверять не хочется. И поубавилось у меня желания контактировать со столичными охотниками… Хотя, учитывая, что лабу они разгромили, вероятность, что они заодно с корпорацией, не слишком высока. Но если представить, что таким образом они просто заметали следы и уничтожали улики, становится жутковато от их холодного расчёта.

Даже жаль, что Борис не знал, с кем именно Адам Александрович там коньяки в банях распивает. Не его уровень, увы…

Автобус подпрыгнул на яме, сосед спереди всхрапнул и снова затих. Я и сам почти успокоился, но снова закипела кровь, стоило вспомнить персональную задачу Бориса. Он должен был, помимо всего прочего, «найти сбежавший объект эксперимента живым или мёртвым». Тот, кто детей называет объектами, сам человеком не может зваться. Как по мне, это бешеные собаки, и относиться к таким вот Адамам Александровичам с их помощникам, что ставят подобные задачи, нужно соответствующе.

Уроды… Я, конечно, ожидал, что корпорация захочет вернуть результаты от вложенных в эксперименты денег. Ищейку тоже ждал. Но приказ вернуть девчонку живой или мёртвой — это уже слишком! На опыты ребёнка по новому кругу хотят пустить, черти позорные! Ничего святого… Уроды…

Нет, я им точно устрою такое лето, что в аду и то комфортнее будет. Главное — сгоряча дров не наломать…

Из автобуса я вышел последним и глубоко вздохнул. Деревня спала, и до калитки я дошёл спокойным шагом. Никого не разбудил и даже собак не потревожил. Внешне со стороны, наверное, выглядел я мирным человеком, вернувшимся с поздней смены. Внутри же бушевало по полной. Злость, если её не выпустить, начинает жрать изнутри. Но выпускать её здесь не на кого… Значит, пущу на работу.

Дома я тихо прошёл в гостиную и подсветил себе фонариком. Из комнаты Светы не доносилось ни звука, дед посапывал за стеной. Я снял с зарядки ноутбук и устроился в кресле у окна.

Удалённый сервер отозвался с первого запроса, и я полез смотреть, что туда перекочевало из телефона Бориса. А перекочевало немало. Истории звонков за несколько месяцев, переписки в двух мессенджерах и в «корпоративном» приложении — в том же, где мне писали от имени начальства Поршня. Контакты без имён, зато с привычками. Кто звонит по утрам, кто ночью, кто отвечает через минуту, а кто через сутки. По таким мелочам спецы раскапывают уйму информации. Я себя спецом назвать не могу, но буду стараться ничего не упустить.

Я развернул перед собой виртуальное пространство и начал накидывать структуру врага кружок за кружком и стрелка за стрелкой. Вот Борис, вот его руководитель, вот помощник в очках. Вот три номера, с которых звонили по вопросам поставок, и один из них ещё недавно принадлежал хозяину внедорожника. Вот «Горыныч» с двумя учёными, которые Борису писали лично, потому что курьеров с их посылками потрошили на таможне. Вот заводы… Далеко не все, но те, что связаны с препаратом. Борис знал многое, ведь был из числа проверяющих и сопровождал самые крупные и дорогостоящие сделки с оборудованием на сотни миллионов рублей.