Я закрыл переписку.

— Сейчас спущусь!

— Сейчас — это когда? Может мне тебя вытащить?

— Да иду я, иду!

Встал, сунул ноги в тапки. Опять эти розовые коты с пищалками.

Пик-пик-пик.

Сука, надо будет выковырять.

В столовой уже все собрались. Папаня сидел в фартуке: «Король кухни». Кадзуко-сан переоделась в синий спортивный костюм, на шее поблёскивала золотая цепочка. Волосы зализаны назад. Ей только сигары не хватает, чисто Тони Сопрано бля. Вот она, между прочим, больше на моего прежнего батю похожа. Сидит так же. А здешний всё салфетки поправляет.

Рэйка тоже успела помыться и переодеться. На ней были серая майка и короткие джинсовые шорты, ещё влажные волосы, небрежно собранные в пучок.

Я отвёл глаза.

Ну и красотка. Это вообще законно быть такой секси? Ещё и так одеваться?

Не смотри. Не думай о том, что она только из душа. Где мыла… всё. ВСЁ!

— Наконец-то! — Папаша подвинул мне тарелку. — Садись, сыночек. У нас сегодня праздничный ужин.

— С возвращением вас. — Я устроился на своём месте. — А празднуем что?

Отец посмотрел на Кадзуко-сан, та улыбнулась ему в ответ. У обоих такой довольный вид, будто уже полчаса только этого вопроса и ждали.

— У нас новости! — объявил папаня.

— Важные, — добавила Кадзуко-сан.

Рэйка перестала поправлять волосы.

— Мам, какие новости?

— Мы с Сато-саном поговорили и решили…

Блядь. Я уже, кажется, понял.

— Мы поженимся! — не выдержал отец.

Я так и остался с вилкой у рта. Потом всё-таки положил её на тарелку.

Рэйка смотрела на мать.

— Что?

— Через три недели! — Папаша даже вперёд подался. — Сегодня в ресторане сидели, разговаривали… И правда, чего нам ждать? Мы же любим друг друга.

— Через три недели? — переспросил я. — Пап, а вы не торопитесь?

— Нам уже не по двадцать, Иши-кун, — ответила Кадзуко-сан и взяла его за руку. — Сколько можно откладывать? Мы оба этого хотим.

Я покосился на Рэйку. Она побледнела.

— Мам, ты серьёзно сейчас?

— Конечно. Понимаю, неожиданно. Но Сато-сан замечательный человек. И Иши-кун тоже. Вы ведь уже поладили.

— То есть мы с Иши… — Рэйка повернулась ко мне. — Братом и сестрой станем? Уже официально?

Я смотрел на неё и не знал, что сказать. Судя по лицу, она тоже была не в восторге от такой перспективы. Ибо мы предполагали, что это будет КОГДА-ТО В БУДУЩЕМ, НО НЕ ЧЕРЕЗ ТРИ НЕДЕЛИ!

— Да! — обрадовался отец. — Настоящая семья. Разве не здорово?

Здорово, пап. Особенно после того, что было в примерочной. А потом ещё в ванной. Пиздец. Тут и добавить нечего.

— Поздравляю, — сказал я.

Пришлось постараться, чтобы это хоть немного походило на поздравление.

— Да… Поздравляю, — произнесла Рэйка.

— Спасибо, дорогие.

Кадзуко-сан подняла бокал.

— За нашу семью.

Папаня тут же потянулся чокаться. Я тоже поднял свой бокал, Рэйка — следом. Отец улыбался нам обоим, и от этого становилось ещё паршивее. Он-то радовался и понятия не имел, о чём мы сейчас думаем.

Я отпил и вернулся к еде.

Сестра, значит. Раньше мы этим словом только отговаривались. Я вон Такеши пару минут назад написал и даже не задумался. А теперь родители свадьбу назначили.

Посмотрел на Рэйку. Она жевала, уставившись в тарелку.

Богиня, это ты мне так мстишь? Только девушка начала нравиться — и на тебе, получай сестру?

Родители обсуждали свадьбу. Мы с Рэйкой молчали. Я ел, хотя аппетит пропал, и ждал, когда можно будет уйти из-за стола.

Так неловко мне за ужином ещё не было. Ни в этой жизни, ни в прошлой.

Я лежал с пультом в руке и смотрел ночную передачу. Кондитер лет сорока, в розовом фартуке, рассказывал про эклеры. Увлёкся так, что ведущая уже несколько раз пыталась его перебить, но куда там.

— А потом я добавляю в карамель морскую соль. Совсем чуть-чуть, щепоточку! Вы даже не представляете, какой вкус получается!

— Замечательно, Ямато-сан. Какой же вы талантливый. Вашей жене повезло!

Мужик чуть не прослезился от похвалы.

У нас бы за такие восторги по поводу эклеров как минимум засмеяли. А кто-нибудь и в морду дал бы. Здесь же приглашают на телевидение, сидят, слушают.

Переключил.

В рекламе здоровенная пожарная выносила из горящего дома парня в пижаме. Он прижимался к ней, а внизу появлялась надпись: «Настоящие женщины защищают своих мужчин. Страхование жизни „Токио“».

На следующем канале шёл какой-то сериал.

— Танака, ты снова всё перепутал! Ещё раз — и будешь наказан!

— Простите, Ода-сама! Я больше не буду!

Парень уже ревел, начальница продолжала орать. Я убрал звук и бросил пульт рядом. Ничего смотреть всё равно не хотелось. Весь вечер пытался хоть чем-нибудь отвлечься, а толку? Меньше чем через месяц Рэйка станет моей сестрой. До сих пор мы так друг друга дразнили, отшучивались перед посторонними. А теперь…

На часах было 00:47.

Завтра рано вставать, а я ещё и не ложился толком. Попробовал закрыть глаза — вспомнил примерочную. Потом ванную. И Рэйку за ужином, когда она услышала, что мы станем братом и сестрой.

В дверь негромко постучали.

Я сразу сел. Даже спрашивать, кто там, не понадобилось. И так знал.

— Иши-кун? Не спишь? Можно к тебе?

Подтянул одеяло. Был в одних боксёрах: в пижаме так и не смог уснуть, снял её ещё час назад.

— Заходи.

Рэйка вошла и прикрыла дверь. Свет от телевизора упал на её чёрную шёлковую ночнушку, короткую, едва ли до середины бедра. Одна тонюсенькая бретелька съехала с плеча. Чёрные волосы распущены и растрёпаны — похоже, она тоже долго ворочалась. Я посмотрел ей в глаза. Пришлось напомнить себе, что вообще-то туда и надо смотреть! Она улыбнулась:

— Привет. Прости, что среди ночи. Лежала, лежала… Не могу уснуть. Всё думаю про то, что они за ужином сказали.

— Я тоже.

Она подошла к кровати.

— Можно сяду?

— Конечно.

Рэйка устроилась сбоку, поджав под себя ногу. Ночнушка задралась ещё выше, открывая бедро полностью. Чёрное кружево трусиков мелькнуло и исчезло, когда она поправила подол.

— Что смотришь? — спросила она, глянув на телик, что работал без звука.

— Да щёлкал всё подряд. Ты выпила?

— Немного.

— Насколько немного?

Она смущённо улыбнулась.

— Пару бокалов. Ну, три, наверное. Думала, уснуть поможет.

— Помогло?

— Видишь же, нет. Только лежать ещё тяжелее стало. Всё одно и то же в голову лезет.

Помолчали, глядя в телевизор. Там начальница уже прижала своего заплаканного подчинённого к стене и собиралась целовать. Быстро они разобрались, ничего не скажешь.

— Вот как так получилось, Иши-кун? — Рэйка повернулась ко мне. — Утром мы… Ну, ты помнишь. А вечером нам говорят, что будем родственниками. И все так рады.

Она качнулась, меняя позу, и я поддержал её за плечо.

— Осторожно.

— Ничего, я нормально. Голова чуть кружится. Зря на пустой желудок пила.

— Ты вроде же, ужинала?

— Не смогла. Делала вид. После их новости вообще есть расхотелось.

Руку я убрал не сразу. Рэйка сидела рядом и смотрела на экран, хотя вряд ли ей было дело до сериала. Как и мне.

— Иши-кун, можно я тебя обниму?

— А…

Ответить я не успел, ведь оказался прижат к её груди, её руки обвились вокруг моей шеи.

— Рэйка…

— Тихо, — прошептала она в мою макушку. — Просто… дай мне минутку. Ты же теперь мой младший братишка. Я имею право тебя потискать.

Потискать. В такой ночнушке. Прижимаясь грудью.

— Рэйка, это неправильно…

— Знаю, — она не отпускала. — Но сейчас мне плевать. Ты такой тёплый. И вкусно пахнешь. Ты гель для душа поменял?

— Нет. Тот же самый.

— Пахнет приятно. Раньше не замечала. — И уткнулась носом мне в волосы. — М-м-м, клубника. Мило.

— Рэйка, серьёзно, отпусти.

— Не хочу! — она ещё крепче прижалась. — Ты мой братик! Маленький, милый братик! Я буду заботиться о тебе!