Женщина несколько секунд внимательно изучала моё лицо, пытаясь понять, шучу я или нет, а затем всё-таки позволила уголкам губ едва заметно дрогнуть.

— Валентина Сергеевна Крылова, — представилась она. — Я — директор этой школы.

— Андрей Соколов, младший лейтенант милиции, — представился я в ответ.

— Очень приятно… — осторожно произнесла директриса и снова глянула на пса. — Могу я вам чем-нибудь помочь? Что-то случилось? Наши ученики опять отличились и что-то натворили?

— Да нет, ничего такого. Не переживайте, ваши ученики пока ни при чём, — усмехнулся я и кивнул на один из красочных, выполненных вручную плакатов на стене. — У вас сегодня день профориентации?

— Да, — Валентина Сергеевна заметно оживилась.

«10 МАЯ. ДЕНЬ ПРОФОРИЕНТАЦИИ. КЕМ БЫТЬ⁈» — гласил плакат большими оранжевыми буквами, стилизованными под строительные кирпичи.

Под большим заголовком красовались нарисованные врач, лётчик, строитель, рабочий у станка и девушка в белом халате, а под каждым персонажем прилежным ровным почерком была выведена небольшая характеристика профессии.

— Мы решили в этом году провести его немного иначе, — похвасталась директриса. — Не собирать всех в актовом зале, а пригласить представителей разных профессий прямо в классы.

— И много представителей профессий набрали?

— Достаточно, — с нескрываемой гордостью сообщила Валентина Сергеевна. — К нам сегодня придёт лётчик гражданской авиации, хирург из областной больницы, инженер машиностроительного завода, архитектор, журналист из газеты, пожарный, геолог… Даже артист драматического театра согласился приехать.

— Ого! — уважительно протянул я. — Солидно.

— Мы стараемся показать детям, что выбор профессии не ограничивается заводом и педагогическим институтом.

— Это правильно, — согласился я и задумчиво осмотрел стенд с профессиями ещё раз. — А милиционеров у вас нет?

— Милиционеров? — удивилась Валентина Сергеевна. — Нет. Как-то не получилось договориться…

— Непорядок, — укоризненно покачал я головой. — Такая важная профессия, а вы её вниманием обошли. Я даже немного обиделся за всю советскую милицию.

— Да я не специально, — пробормотала директриса. — Мы приглашали… Но там же праздники на носу были, все милиционеры были заняты…

— Я могу помочь, — предложил я.

— Вы? — удивлённо наморщила лоб Валентина Сергеевна, скептически оглядев меня с ног до головы.

— Я и мой служебный пёс, — уточнил я. — Мы всегда мечтали выступить перед детишками, рассказать им о трудовых буднях советской милиции, поделиться знаниями и богатым жизненным опытом.

— Богатым жизненным опытом? — неуверенно произнесла директриса. — Просто вы довольно молодой…

— Так это же хорошо! Старшеклассникам будет проще найти со мной общий язык. Или вы всё-таки имеете что-то против советской милиции? — подозрительно прищурился я. — Раз ни одного её представителя на такое важное мероприятие не пригласили…

— Молодой человек! — возмутилась директриса. — Я ничего не имею против советской милиции! Мой муж, между прочим, полковник милиции.

Упс. Акела промахнулся…

— Тогда снимаю обвинения, — примирительно поднял я ладони.

Валентина Сергеевна ещё немного посверлила меня строгим взглядом, задумчиво склонила голову набок, перевела глаза на стенд и неожиданно кивнула сама себе, словно придя к какому-то решению.

— А вы знаете, молодой человек… Это действительно может быть интересно. У нас как раз есть два свободных окошка — в одиннадцать часов в десятом «А» и в двенадцать в десятом «Б».

— Идеально! — обрадовался я. — Тогда я готов… Только мне нужна какая-то бумага для руководства и отчётности.

— Разумеется, — кивнула директриса. — Я напишу официальное письмо на имя вашего начальника с просьбой направить сотрудника милиции для проведения профориентационной беседы. Только… — она замялась. — А вы успеете всё организовать? И письмо начальнику доставить, и разрешение получить, и вернуться…

— Конечно! — заверил я её. — Одна нога тут, вторая там. Тем более, я на служебной машине.

— Хм… Ну тогда не вижу проблем. Идёмте со мной, товарищ милиционер…

Валентина Сергеевна развернулась, дёрнула на себя дверную створку и через секунду скрылась в дверном проёме. Я потрепал своего четвероногого помощника по холке и направился следом за директрисой…

Минут через пятнадцать я вышел из дверей школы и двинулся к стоящему за забором служебному автомобилю. Во внутреннем кармане моего кителя лежал аккуратно сложенный официальный школьный бланк на имя моего начальника майора Медведева П. П., с фиолетовой печатью, подписью директрисы и просьбой направить «10 мая 1980 года» в школу № 29 представителя милиции для участия в профориентационных встречах с учащимися десятых классов, а в моей голове постепенно вырисовывался план дальнейших действий…

Я распахнул переднюю дверь перед Туманом, глянул на часы, машинально отметив без четверти десять, сел за руль и покатил в сторону отдела. Времени, чтобы уговорить майора отпустить меня с профилактической беседой в школу и оправдаться по поводу своего опоздания на службу, оставалось не так уж и много…

Ровно в десять ноль-ноль я припарковал автомобиль сбоку родного отдела, выпустил Тумана и в десять ноль-одну перешагнул порог дежурной части…

— Соколов! — встретил меня грозным рыком стоящий рядом с дежурным майор Медведев, скрестив руки на груди и впившись в мою тушку яростным взглядом.

Я инстинктивно дёрнулся в сторону выхода, Туман непроизвольно попятился назад, но двери дежурки за нашими спинами уже захлопнулись, и отступать нам было некуда…

— А какого хрена, скажи мне, ты на службу ходишь как на праздник? — подозрительно ласковым, медовым голосом поинтересовался Пётр Петрович. — Даже я себе не позволяю так опаздывать!

— Виноват, товарищ майор, — виновато пробормотал я, сделав несколько шагов вперёд и остановившись перед своим непосредственным начальником. — Я ж это… преступников по ночам ловлю. А сегодня утром пострадавшую до электрички провожал… Простите, такое больше не повторится…

— Преступников он ловит… — недовольно проворчал Медведев. — Мне уже доложили, как ты преступников ловишь… И где ты их только находишь?

— Преступников? — насторожился я, на миг подумав, что майор уже знает про всех четверых подставленных мною убийц.

— Проблемы, Соколов… Проблемы. То выговор схлопочешь, то служебную машину разобьёшь, то в посадке среди ночи окажешься как раз во время совершения преступления…

— Машина цела, товарищ майор! — возмутился я.

— Угу, цела… — буркнул Медведев. — А на службу почему вчера не явился? Я тебе что сказал? Месяц без выходных! А ты выходной себе решил устроить, несмотря на мой прямой приказ… Соколов, Соколов… — покачал он головой.

— Так я вчера приезжал, товарищ майор, — осторожно возразил я. — Честно приезжал. Дежурный посмотрел график, сказал, что никаких новых распоряжений по мне нет, и отправил домой. Ну я и подумал, что вы… пошутили.

— Пошутил? — брови Медведева медленно поползли вверх. — Соколов, когда я вздумаю пошутить, я лично подойду к тебе и сообщу, когда и в каком месте нужно смеяться! Понял?

— Так точно…

— Ладно, иди уже работай, — махнул на меня рукой Медведев. — Я подумаю, как тебя наказать…

— Товарищ майор… — не торопился я уходить, переминаясь с ноги на ногу.

— Ну что ещё, Соколов? — недовольно глянул он на меня.

— Тут это… — я достал из кармана аккуратно сложенный лист и протянул ему. — Вот…

— Что это? — недоумённо нахмурился майор.

— Запрос.

— Какой ещё запрос?

— Из школы. Я к ним по личному делу заезжал, директор увидела меня в форме и попросила передать начальству. У них там день профориентации — детишки готовятся после школы куда-то себя приложить. Вот они представителей разных профессий для этого дела и пригласили, в том числе и представителя нашей родной милиции.

Пётр Петрович нахмурился, развернул лист, пробежался взглядом по строчкам и удивлённо поднял глаза на меня.