— О, голубчик! — удивился я, перевернув задержанного на спину и разглядев его лицо под лунным светом. — Владимир Николаевич Рогов собственной персоной…

Мужик испуганно заморгал, услышав своё имя, и втянул голову в плечи…

Ещё один персонаж из моей Орловской дюжины, которого я оставил на попозже, слишком уж далеко он жил от Орла, и ехать в его деревню я пока не планировал. Вот так встреча…

— А мы ведь давно за тобой следим, Владимир Николаевич, — принялся вовсю блефовать я. — И вот ты наконец попался на горячем… — кровожадно усмехнулся я ему в лицо…

Чёрт… А я ведь даже не знал, что Светку убил именно он, вернее, должен был убить. Это вообще были не его охотничьи угодья. Видно, сегодня он тоже возвращался с праздника последней электричкой, увидел на вокзале одинокую симпатичную девушку, не сдержался, решил немного поимпровизировать и вырвал сумочку в расчёте на то, что сельская дурочка не испугается и побежит за ним в лес.

И ведь правильно рассчитал всё, мразь! В прошлый раз у него получилось. А самое мерзкое — то убийство потом вообще повесили на другого человека, и я до сегодняшнего дня даже не связывал Светкину смерть с фамилией Рогова. Да никто не связывал…

— Сколько ты уже девушек убил, мразь? — я присел возле него на корточки. — Троих?

— Это не я! Я никого не убивал! — заверещал Рогов, остервенело замотав головой и с опаской косясь на замершего слева от него Тумана. — Я просто шёл за ней! Хотел сумку забрать, и всё!

— Ну да, конечно. А Людмила Кравцова? — брезгливо скривился я, прочитав в его взгляде панику и настоящий животный ужас. — Нина Белова? Тамара Костина? У них ты тоже только сумочки хотел забрать?

— Костину я вообще не знаю! — выпалил он.

— То есть, по первым двум возражений нет? — хмыкнул я. — Ну я так и думал…

— Я никого не убивал! — упрямо затряс он головой.

— Ну да, ну да…

Я поднялся, рывком поставил задержанного на ноги, отряхнул с его пальто налипшую землю и листву, вытащил ремень из его брюк и крепко перехватил ему руки за спиной.

— Поехали, герой-любовник, в отдел. Там ты подробно расскажешь суровым дядям милиционерам, что ты никого не убивал, а они сами об тебя убились. Знаешь, как у нас таких, как ты, колют? — я наклонился к его уху поближе и зашептал: — Сначала яйца в тиски, потом на крюк в подвале подвесят. А если и после этого память не вернётся — тебя отправят в камеру к таким матёрым зекам, что они с тобой неделями будут делать то же самое, что ты делал с беззащитными девочками. Или ты думаешь, после того, что натворил, с тобой будет кто-то сюсюкаться? Открою тебе секрет. Не будет!

Рогов заметно побледнел.

— Не надо… крюк не надо. И к зекам… Я всё расскажу, — поблеял он.

— Вот и молодец, — одобрительно похлопал я его по плечу. — Только не мне. Мне твои признания нахрен не нужны — я и так всё знаю о тебе! В отделе расскажешь, под протокол.

Я аккуратно подобрал с земли орудие преступления, нашёл в кустах Светкину сумку, развернул задержанного в сторону выхода из лесополосы и легонько подтолкнул в спину.

— Шагай!

Туман молчаливо пристроился рядом с Роговым, не сводя с него внимательных глаз, Светка крепко схватилась за мою руку, словно за спасательный круг, и мы двинулись в сторону вокзала…

На пустынный перрон мы вышли минут через пять. Электричка давно уехала, а Светкин чемодан сиротливо стоял возле края платформы. Блондинка заметно повеселела, обнаружив своё сокровище нетронутым, я перехватил чемодан в руку и повёл задержанного к машине…

В отдел мы прибыли через пятнадцать минут и с головой окунулись в суровую бюрократическую советскую милицейскую систему…

Светка написала официальное заявление и дала показания, я заполнил рапорт о задержании при грабеже и покушении на изнасилование и отчитался перед дежурным по отделу и дежурным оперуполномоченным уголовного розыска. Дежурный опер особенно заинтересовался, каким таким удивительным образом младший лейтенант Соколов, официально находящийся сегодня на выходном, случайно оказался ночью в лесополосе возле вокзала вместе со служебным псом именно в тот момент, когда там пытались изнасиловать девушку. Пришлось объяснять и то, как именно, и то, кем мне приходится пострадавшая…

Прошло всё достаточно гладко. Нашего подопечного тут же взяли в оборот и принялись записывать его признания и показания, пока он был в состоянии готовности и в настроении сотрудничать…

Домой нас отпустили только через пару часов, когда Роговым уже занимались совсем другие люди. Мы со Светкой погрузились в машину, посадили заметно клевавшего носом Тумана назад и к часу ночи наконец добрались до общаги…

В окне нашей маленькой общажной комнатки горел свет, а на фоне светлого прямоугольника окна взад-вперёд беспокойно расхаживала стройная девичья фигурка.

— Кажется, кому-то сейчас достанется, — нервно хихикнула Светка.

— Это точно, — не стал спорить я, заглушил двигатель, вышел из машины, выпустил Тумана и вместе со Светкой двинулся в сторону подъезда.

Мы поднялись на этаж, прошли по длинному коридору, и я первым вошёл в дверь нашей комнаты…

— Соколов! Ты где был⁈ — накинулась на меня с порога Маринка. — Я уже все больницы и морги обзвонила! Я уже не знала, что думать!

— Прости, Марин… Тут такое дело… — начал я.

— Светка⁈ Что случилось? — не дослушав меня, Марина заметила стоящую у меня за спиной сестру и кинулась к ней. Обхватила за плечи, внимательно осмотрела с головы до ног, увидела сбитые коленки, грязное платье и окончательно побледнела. — Свет…

— Да всё нормально, Марин! — преувеличенно бодро отмахнулась девушка. Её нижняя губа предательски дрогнула, из глаз брызнули горькие слёзы, через секунду плотину прорвало, и Светка принялась сбивчиво пересказывать сестре произошедшее с ней за ночь…

Маринка терпеливо выслушала свою младшую сестрёнку, изредка поглядывая в мою сторону круглыми глазами, словно ища подтверждение, напоила её горячим чаем с ромашкой, плеснула ей немного коньяка от нервов и ещё долго сидела с ней за обеденным столом, поглаживая её по руке и успокаивая…

— Марин… — робко буркнула Светка.

— Что?

— Я боюсь сегодня одна спать… — призналась девушка и покосилась на свою сложенную раскладушку, сиротливо стоящую возле стены.

— Тю! — Маринка удивлённо посмотрела на сестру. — Тоже мне проблема. С нами ляжешь. Да, Андрей?

— Угу, — осторожно согласился я.

— Кровать большая, поместимся.

— Вот тут бы я поспорил… — я с сомнением глянул на нашу полуторку.

— Андрей! — строго прикрикнула на меня Маринка.

— Молчу, — обречённо вздохнул я.

Спорить с двумя блондинками после всего произошедшего было занятием не только бесполезным и глупым, но и опасным. Поэтому я молча разделся, улёгся в кровать и прижался к стене.

Марина уложила Светку между нами, и через пять минут две блондинки уже мирно посапывали у меня в постели. Светка прижималась ко мне и дрожала во сне, Маринка крепко обнимала сестру с другой стороны и меня заодно…

А я лежал в темноте, смотрел в потолок и улыбался. Минус четыре. Чёрт! А я всё-таки молодец! И Светку спас, и ещё на один шаг приблизился к спасению отца…

Глава 18

«ДВИГАЕМСЯ ДАЛЬШЕ»

Проснулся я от тихих голосов мило воркующих возле окна девчонок. Блондинки вовсю обсуждали нашу предстоящую осеннюю поездку в гости к Светке в деревню, как будто вчера ничего такого и не было. Да и до осени было вроде как ещё очень далеко…

Я поднялся с кровати, быстро умылся, выпил чаю с сестричками, глянул на часы, понимая, что катастрофически не успеваю на службу, и мысленно махнул на это рукой — отбрешусь как-нибудь перед начальством, тем более у меня вроде как и весомый повод на это имеется.

Я надел форму, вышел в коридор, терпеливо дождался, когда две родственницы в очередной раз напрощаются и смахнут женские слёзы, подхватил Светкин неподъёмный многострадальный чемодан и двинулся вместе со своим блохастым четверорогим… четвероногим другом в сторону лестницы. Загрузил чемодан в багажник, рассадил пассажиров по местам и повёз сестрёнку Марины на вокзал. Фух…