Original title:

RECIPES FOR AN UNEXPECTED AFTERLIFE

Deston J. Munden

На русском языке публикуется впервые

Книга не пропагандирует употребление алкоголя и табака.

Употребление алкоголя и табака вредит вашему здоровью.

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

RECIPES FOR AN UNEXPECTED AFTERLIFE © 2025 by Deston J. Munden

All rights reserved

This edition published by arrangement with Taryn Fagerness Agency and Synopsis Literary Agency.

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «МИФ», 2027

Раскрыв рот и округлив глаза, Разгайф завороженно наблюдал, как его отец творит магию у потрескивающего пламени. Не магию рун, пронизывающую весь мир и его обитателей, а ту, что попроще, но обладающую даром собирать вместе всю его семью. Даже сердце заходилось от того, как хотелось узнать секреты этих заклинаний.

Разгайф подобрался ближе, и тепло огня овеяло обнаженную грудь и босые ступни. Отец вновь палкой аккуратно отодвинул его подальше. Сам старший орк отличался могучим телосложением, угольно-черной кожей, пепельного цвета волосами, широкими плечами и внушительным животом.

– Потерпи, – наверное, в сотый раз повторил отец низким голосом, походившим на пение бурной речки, в которой резвится стая лососей. Его собственному терпению оставалось только позавидовать.

Разгайф дернул ногой, глядя, как бурлит и пузырится содержимое котла. Всякий раз, когда он становился свидетелем творимой отцом великой магии, сердце его частило от восторга.

Неподалеку от логова в сгущающихся сумерках братья и сестра играли с мечами и топорами. Иногда Разгайф присоединялся к ним и оттачивал боевые навыки.

Мать, глава клана Ониксового Топора, утверждала, что у сына истинный талант воина. «Вырастешь, станешь настоящим бойцом, будешь защищать свой народ», – говаривала она. Вот только сердце Разгайфа не лежало к битвам. Если понадобится, то конечно… но душой он стремился вот к этой магии.

Разгайф-старший оглянулся через плечо, и его кустистая густая борода шевельнулась, выдавая улыбку. У сына все мысли читались на лице.

– Похоже, не зря ты носишь мое имя, – тихо заметил отец, потрепав Разгайфа по волосам. – Тебе приятнее наполнять брюхо, а не вспарывать его. Пожалуй, это к лучшему. Когда меня не станет, ни один мой ребенок не будет знать голода. – Он рассмеялся. Этот смех неизменно вызывал у юного Разгайфа улыбку. – Иди сюда. Раз уж все равно здесь торчишь, лучше я найду этим ручонкам хорошее применение.

Разгайф восторженно пискнул. Настало его любимое время. Отец отложил большую деревянную ложку и повел сына к разделочным доскам. На длинной каменной плите лежали всевозможные овощи и зелень, а также тушка птицы. Старший вложил нож в руку младшего, показывая, как держать лезвие. Это был небольшой обсидиановый нож, изготовленный кузнецом клана. Нож младшего. Его первый собственный. Разгайф посмотрел на него и ухмыльнулся, ощущая, как гордость переполняет грудь.

– Ах, этот взгляд, – заметил отец. – Ты воистину мой сын. Вот, нарежь все это. Да помельче. Не торопись. Спешить некуда. Как думаешь, справишься?

– Справлюсь, – заверил Разгайф. Но его рука дрожала.

– Верь в себя, сынок, – напутствовал отец и снова повернулся к котлу, чтобы помешать содержимое. – Нарежь ровными кусочками.

Эти слова придали юному орку необходимой смелости. Разгайф-младший принялся методично орудовать ножом, начав с того, с чем управлялся лучше всего: с моркови. Теперь ему было легко нарезать оранжевую, коричневую и фиолетовую пещерную морковь, ведь именно ее доверил ему отец, когда впервые заметил интерес в глазах сына. Разгайф отодвинул в сторону готовые овощи и перешел к картофелю и сельдерею. Каждый кусочек давался ему с трудом, но он упорно продвигался вперед, от ингредиента к ингредиенту.

Обливаясь потом, Разгайф занес дрожащую руку над тушкой. Птицу было непросто разделывать, ведь сухожилия и жир прятались в самых неожиданных местах. Однако юный орк подавил в себе страх и принялся за дело. Нож наткнулся на первую преграду.

– Помни: режь от себя, – не оборачиваясь подсказал отец. – И береги пальцы. А то закончишь как папа.

– Я осторожно, – дрожащим голосом заверил Разгайф.

Он не видел улыбку на лице отца, зато отчетливо слышал ее. Вновь собравшись с силами, юный орк продолжил. После нескольких неудачных попыток и долгих мучений мясо было разделено на примерно одинаковые кусочки. Разгайф приправил блюдо как мог, обваляв ингредиенты в смеси трав. В груди снова поднялись трепет и волнение.

– У меня получилось, – сказал он и ощутил подступающие слезы.

– Вымой руки, прежде чем тереть глаза.

Разгайф кивнул и ополоснул кисти в тазу. «У меня получилось», – повторил он про себя.

– Когда-нибудь из тебя выйдет отличный сифу, – заметил отец, нынешний клановый повар.

Он взял блюдо с рагу и поставил его в каменную печь.

– Настанет день, и меня здесь не будет. Я надеюсь, ты проследишь за тем, чтобы желудки твоих сестер и братьев оставались полны. Возможно, у тебя самого появятся дети, и ты увидишь в их глазах то же выражение, которое я вижу сейчас. – Он взъерошил густые волосы Разгайфа. – А теперь ступай, позови маму и братьев с сестрой. Уже пора ужинать.

Разгайф кивнул, направился к выходу из пещеры, набрал побольше воздуха в грудь и крикнул:

– Ужин почти готов!

Братья и сестра разочарованно застонали: весь их боевой дух улетучился, сменившись урчанием желудков. Мама присоединилась к Разгайфу, призвав детей поторопиться. Ничего, вот войдут в пещеру – и сразу повеселеют, как и всегда.

Воздух полнился ароматами еды. Рагу источало пряные ароматы шалфея, сумаха и тимьяна, жареного мяса и овощей. В густом супе плавали кусочки свежепойманного бизона. Отец вынес корзину с фруктами, которые собрал этим утром: хурму, яблоки, груши и маленькие оранжевые плоды под названием морозники. Последним был пудинг. Старший Разгайф не готовил десерты, если только его не охватывало особое вдохновение. Он не был большим любителем сладкого, и в этом заключалось единственное существенное различие между отцом и сыном. Разгайф-младший подпрыгнул от радости, доставая лакомство из зачарованной на холод шкатулки. Пудинг был приготовлен из редкой коричневой фасоли и покрыт сливками и бисквитной крошкой.

– Вообще-то я собирался его приберечь, однако ты показал себя храбрецом и проявил должное терпение. Отлично справился, сынок, – похвалил отец.

Остальные члены семьи завершили тренировку и сложили оружие и инструменты в углу пещеры. Вместе они водрузили на стол из мамонтовой кости деревянные тарелки, глиняные чашки и металлические приборы. Через полчаса болтовни подали ужин. Сифу, как всегда, сперва наполнил тарелки жены, сыновей и дочери, а затем поклонился:

– Я благодарю богов за то, что у меня вновь хватило сил приготовить еду для моей семьи. Пусть пища будет сытной, а компания – неизменной.