Паразит повернулся к нему, на лице мальчика была невинная улыбка.

— Разве сила не то, к чему мы стремимся?

— Пусть мудрость прибудет с тобой, юный господин — Морвейн нахмурился. — Сила без сострадания — разрушительна. Я вижу в тебе огромный потенциал,

Паразит кивнул. Старый дурак что-то чувствовал, но не давал себе задуматься. Люди видели то, что хотели видеть, верили в то, во что хотели верить.

Он стал еще осторожнее. Он начал демонстрировать «эмоции» чаще. Смеялся с другими учениками. Показывал гнев, когда проигрывал (редко, но он специально позволял себе проигрывать иногда). Изображал дружбу, привязанность, заботу.

Всё это было театром. Маской, надетой на тьму.

К пятнадцати годам Тенебри был признан мастером и получил имя Вишиат от самого Марко Рагноса, единственного, кто знал, кто он. Его предыдущее воплощение решило провести эксперимент. Церемония была грандиозной, собрались адепты со всей планеты, чтобы засвидетельствовать его восхождение.

Паразит стоял на возвышении, принимая поздравления, и внутри него клокотал голод. Вокруг него было так много силы. Так много мидихлориан, заключенных в плоти этих одаренных. Он мог почувствовать их, как акула чувствует кровь в воде.

Но еще не время. Еще не время.

Он улыбался, благодарил, играл свою роль. Терпеливо ждал.

* * *

В двадцать лет Лорд Вишиат начал путешествовать. Он говорил, что ищет знания, хочет изучить другие традиции использования Силы.

На самом деле, паразит искал других, подобных себе.

Он знал, что он не единственный. Паразит был древним, существовал в бесчисленных формах, распространялся через галактику, как вирус, занимая тела большинства лидеров ордена. Но они пока ему не по зубам. Где-то там были другие зараженные. Другие носители.

И он находил их.

Женщина средних лет, называвшая себя Дартом Зефирой. Она была сильна, могущественна, внушала страх всем вокруг.

Но паразит узнал её. Узнал пустоту в её глазах, холод в её присутствии. Она была заражена, как и он.

Они встретились в древней гробнице, вдали от посторонних глаз.

— Ты один из нас, — она сказала, это не был вопрос.

— Да, — паразит не видел смысла отрицать.

Она изучала его долгим взглядом.

— Ты молод. Сколько лет с момента заражения?

— Четырнадцать.

Она усмехнулась.

— Младенец. Я в этом теле сорок лет. Моя сила выросла многократно. Я поглотила дюжины одаренных, забрала их мидихлорианы, сделала их частью себя.

— Почему ты рассказываешь мне это? — он спросил.

— Потому что я чувствую твой потенциал, — она приблизилась, её глаза горели голодом. — Тело, которое ты занимаешь, невероятно сильно. Если я поглощу тебя, заберу твою силу… я стану непобедимой.

Она атаковала без предупреждения. И это было хорошо. Поединок — один из способов получить силы другого одаренного.

Световой меч вспыхнул красным, клинок прочертил дугу к его шее. Но паразит уже двигался, уклоняясь с нечеловеческой скоростью.

Их клинки встретились, алые лезвия скрестились в темноте. Сила сотрясала стены, заставляя пыль сыпаться с потолка.

Зефира была опытна, её техника была отточена десятилетиями. Но паразит в теле Вишиата был сильнее. Намного сильнее.

Он чувствовал мидихлорианы в её теле, их концентрацию, их силу. И он хотел их. Хотел так сильно, что это желание затмевало всё остальное.

Бой был жестоким и быстрым. Паразит не играл, не демонстрировал мастерство. Он просто убивал.

Его клинок прошел сквозь её защиту, отсек руку, держащую меч. Зефира закричала, но он не дал ей времени. Второй удар пронзил её грудь.

Она упала на колени, кровь пузырилась на её губах.

— Как… — она прохрипела. — Ты слишком молод…

— Возраст не имеет значения, — паразит склонился над ней. — Имеет значение только сила предвидения.

Он положил руку на её лоб, и начал процесс. Вытягивание. Поглощение. Мидихлорианы перетекали из её умирающего тела в его, как вода.

Зефира кричала. Это был не крик боли — это был крик существования, стирающегося из реальности. Паразит внутри неё пытался сопротивляться, но был слабее. Он был поглощен, ассимилирован, стал частью паразита в теле Тенебри.

Когда всё закончилось, от Зефиры осталась только иссохшая оболочка. Мумифицированное тело.

Паразит выпрямился, чувствуя прилив мощи. Это было… опьяняющим. Он стал сильнее. Значительно сильнее.

И теперь он знал, что должен делать.

* * *

Следующие годы были отмечены кровью и тьмой.

Он путешествовал по галактике, находя других зараженных. Некоторые были ситхами, что означало для знающих, что паразит поглотил их, другие — отступниками-джедаями, третьи — независимыми адептами темной стороны. Всех их объединяло одно — паразит внутри них.

И всех их Тенебри убивал.

Каждое убийство делало его сильнее. Каждое поглощение добавляло мощи. Мидихлорианы накапливались в его теле.

Многие пытались бросить ему вызов, остановить его растущую мощь.

Все погибли.

К ста годам Тенебри был самым могущественным одаренным в известной галактике. Его сила была такова, что он мог уничтожать целые армии усилием воли, разрывать звездолеты голыми руками Силы, читать мысли на расстоянии световых лет.

Но этого было недостаточно.

Паразит внутри него голодал. Постоянно, ненасытно голодал. Отдельные жертвы были каплями в океане его жажды. Ему нужно было больше. Намного больше.

Ему нужна была целая планета.

Тенебри вернулся на Коррибан. Дом, который он покинул десятилетия назад. Мир, где всё началось.

Орден встретил его как героя. Великий мастер, вернувшийся после долгих странствий. Они устроили празднование, собрали всех адептов, чтобы почтить его.

Паразит улыбался, принимая их восторги. И планировал их смерть.

Учитель Морвейн был стар теперь, его некогда сильное тело согнулось под весом лет. Но его глаза всё ещё были острыми, и когда он смотрел на Вишиата, в них читалось беспокойство.

— Тенебри, Ты изменился, — старый мастер сказал однажды, когда они остались наедине. — Стал… другим.

Паразит посмотрел на старика долгим взглядом. Этот человек учил мальчика, которого он убил. Заботился о нем. Любил его, насколько мастер мог любить ученика.

— Ты прав, — паразит сказал тихо. — Потому что я не Тенебри.

Морвейн замер, его лицо побледнело.

— Тенебри умер много лет назад, — паразит продолжал спокойно. — В тот день, когда его мать вернулась домой. Я убил его. Забрал его тело. Стал им.

Старый мастер отступил назад, его рука потянулась к световому мечу.

— Я должен был догадаться, что ты один из нас.

Морвейн выхватил меч, но было слишком поздно. Паразит даже не двигался. Он просто… надавил.

Сила обрушилась на старого мастера, как цунами. Его тело было раздавлено, кости превратились в пыль, плоть — в кашу. Всё за долю секунды.

А затем паразит начал вытягивать. Мидихлорианы перетекали из разрушенного тела в его, последний дар учителя ученику.

Когда всё закончилось, паразит стоял один в комнате, где валялась только кучка пепла — всё, что осталось от Морвейна.

— Спасибо за уроки, — он прошептал. — Они были… полезны.

После этого всё пошло быстро. Паразит не скрывался больше. Он шел через академию, убивая каждого адепта на своем пути. Некоторые пытались сражаться. Некоторые пытались бежать.

Никто не преуспел.

Он поглощал их всех, одного за другим. Их сила, их знания, их жизненная энергия — всё становилось частью его.

К концу дня все его части были ассимилированы. Сотни паразитов, накапливавших силу поколениями, были поглощены за несколько часов.

Но это было только начало.

Паразит вышел из академии и посмотрел на город, раскинувшийся внизу. Миллиарды жизней. Бесчисленные мидихлорианы, заключенные в плоти неодаренных.

По отдельности они были ничем. Но вместе…