— От того, что ты на неё смотришь, быстрее не наберётся, — орк заглянул с лестницы, явно забавляясь видом, как сторожу наш бассейн. — Иди обедать, Ная ждёт.
В котелке на горелке тихо побулькивала тушёнка. Эльфийка уже нарезала хлеб и разложила ложки, а почуяв запах горячего мяса, я сразу вспомнил, сколько времени прошло с завтрака. Крупные мягкие куски легко распадались, стоило нажать ложкой. Мы подбирали хлебом густой мясной сок и с удовольствием ели, уже не торопясь обратно в подвал, после возни с камнями даже обычные консервы казались отличным обедом. Петрович попросил добавки, и Ная разделила оставшееся в котелке между ним и собой.
После обеда я ещё несколько раз спускался к бассейну. Когда до слива оставалось пальца два, снова подставил доску под струю из источника и направил её мимо чаши, процарапав отметку на стенке чаши у самой поверхности воды. Через пару часов проверим, не опустился ли уровень.
За это время мы с Петровичем освободили место под аркой от обломков и обмерили проём, новые ворота получались выше его роста. Сосед прикинул, сколько железа понадобится, и предложил сварить створки в гараже, а готовые перенести через проход по одной. Ная работала неподалёку у своих посадок, и я несколько раз слышал, как эльфийка напевает себе под нос. Когда вернулись в купальню, вода стояла ровно на прежнем месте.
— Ниже отметки не ушла, — провёл пальцем по царапине и с облегчением оглянулся на товарищей. — Два часа прошло, можно мыться.
— Уж не знаю, кто из вас упрямее, ты или она, — Петрович заглянул в чашу и стал расстёгивать куртку. — Ну что, пускаете первого?
Я убрал доску из-под жёлоба, а орк переоделся в прихваченные плавки и с явным удовольствием спустился по ступеням. Когда он сел, вода поднялась ему до груди, лишняя хлынула в слив. Петрович вытянул ноги, устроил затылок на бортике и прикрыл глаза с таким блаженным видом, что мне сразу захотелось к нему присоединиться.
— И внизу тёплая, — объявил он, с удовольствием пошевелив ногами. — Дайте пять минут полежать, дольше боюсь, а то усну и приманю храпом всех тварей в окрестностях, а потом ваша очередь.
Минут через пять Петрович неохотно выбрался из воды и попросил подать полотенце. Уже одеваясь, он сразу предупредил, что сегодня ещё сюда вернётся, и отправился наверх сторожить.
Уровень немного опустился, но вскоре бассейн снова наполнился. Всё лишнее уходило через слив по канавке к стоку у стены, и пол вокруг чаши оставался сухим, теперь можно было спокойно оставлять воду течь и на время нашего отсутствия.
Мы с Наей переоделись в купленные перед поездкой костюмы для купания и спустились в бассейн по каменным ступеням. Я сел у стенки, эльфийка устроилась рядом и довольно выдохнула.
Тепло приятно охватывало всё тело, хотелось вытянуться и никуда больше не идти. За всю нашу возню с ремонтом я уже успел усомниться, стоило ли оно того, теперь таких вопросов не возникало.
Ная добралась до жёлоба и, подставив под струю ладони, с удовольствием умыла лицо, потом легла на спину, раскинув руки, и замерла на воде. Серебристые волосы расплылись вокруг головы красивым ореолом, а взгляд жёлтых глаз лениво блуждал по тёмному своду.
— Теперь я знаю, где буду жить, — она повернула ко мне голову, не собираясь подниматься. — Прямо здесь, так что можешь носить мне еду сюда.
— Петрович наверху замёрзнет и сам тебя к ужину вытащит, — придвинулся ближе, и Ная лениво поймала мою руку. Моё желание остаться здесь теперь стало особенно сильным, как при первом спуске в подвал. Казалось, пролежал бы так хоть до утра, и всё равно будет мало.
Вода, которую мы привезли домой в бутылке, оказалась самой обычной. Ная ещё тогда предположила, что дело в самом источнике, и теперь я полностью с ней согласился. Усталость после работы ушла, а в голове прояснилось, словно хорошенько выспался, и уже думалось, чем ещё успеем заняться перед возвращением. Хорошо бы понять, на что ещё способен источник.
— Скажи, а отсюда можно получать монеты? — я всё думал о том, сколько здесь должно быть силы, даже посаженная во дворе картошка за время нашего отсутствия заметно подросла. — От тварей же они остаются, вдруг и без охоты есть способ?
— Не знаю, Саша, — Ная перестала лениво покачивать ногой и задумалась. — Мне рассказывали, что такие места кормят всё вокруг, а как получить от них монеты даже не представляю.
— Значит, надо искать того, кто в этом разбирается, — я прикидывал, что можно рассказать об источнике постороннему. — Только звать сюда кого-то ещё пока опасно.
— У Домов есть старые книги, может, там что-нибудь найдётся, — она убрала с лица мокрые волосы. — Силы здесь много, я её чувствую, только брать не умею.
Можно было бы позвать сюда Элину. На месте объяснить проще, чем выспрашивать о книгах и делать вид, что заинтересовался источниками без причины, только тогда она узнает и о проходе, и о разрушенном городе.
С Тоней начальница помогла без лишних вопросов, но для такого одного поступка мало, сначала нужно удостовериться, сумеет ли она сохранить нашу тайну даже от своего Дома. Видимо, придётся пока отложить затею с монетами.
— Командир, вы там не уснули? — Петрович показался наверху лестницы, держа в руке лампу. — Темнеет уже.
— Выходим! — отозвался я, хотя Ная как раз устроилась у моего плеча и шевелиться совсем не хотелось. В тишине было слышно, как вода журчит в сливе. Мы полежали ещё немного, всё оттягивая откладывая ту минуту, когда придётся вставать.
Всем спасибо за понимание! Мне очень понравился выходной, давно так хорошо не проводил время (сидел играл), поэтому теперь проды будут выходить 6 дней в неделю, за исключением воскресенья.
p.s. На Бусти есть арт с другой сценой, на АТ такое опасно публиковать)
Глава 15
В Пермь мы вернулись в воскресенье ещё до рассвета. Третий день в Загранье начали с обстоятельной проверки купальни, но сразу после этого отправились к переходу, не охотясь и не начиная новых исследований. В гараже я отсчитал Петровичу девять свежих за три дня. Орк убрал монеты во внутренний карман и напомнил, что в следующий раз он опять полезет в чашу первым. Когда снова все вместе выберемся в поход мы пока не знали, у соседа в депо опять менялось расписание.
Добравшись до дома, мы с Наей залегли спать до ужина, а остаток воскресенья ушёл на стирку и разбор рюкзаков. Моя защита сохла на батарее, ботинки стояли в прихожей. Хранительница, развешивая выстиранные вещи, задела рюкзак ногой и попросила убрать его хотя бы на вечер. Я пристроил его за стулом. С нашими постоянными походами разбирать и собирать вещи приходилось часто, хорошо хоть день выдался тихим, без срочных звонков и поездок.
В понедельник в трамвае прикинул дела на неделю. Во вторник и четверг Тоня убиралась в конторе, к выходным Петрович обещал взять несколько отгулов, и мы могли надолго отправиться в Загранье. Ещё я собирался поблагодарить Элину за юриста. После того вечера в прихожей мы почти не заговаривали о личном, а на работе всё шло по-старому.
Контора встретила меня запахом кофе и очередью у принтера. Витёк ещё не пришёл, его место у кулера пустовало, зато Иванова уже стояла у дверей моего кабинета с папкой январских актов для Элины. Я включил компьютер и только начал разбирать рабочую почту, как позвонила начальница, позвав меня к себе.
Ничего особенного в этом не было, особенно с учётом моей должности личного помощника, я заходил к ней по десятку раз на дню. Сегодня она сама прикрыла за мной дверь и опустила жалюзи. На столе лежал приготовленный мной список встреч, но к нему начальница даже не притронулась. Отодвинув папку, она села и указала мне на стул напротив.
— В пятницу меня вызывали на встречу в Дом, — она дождалась, пока сяду. — Похвалили за поимку егеря, пообещали повышение, потом заговорили о тебе. Я хотела обсудить это с самого утра, пока нас никто не отвлекает.
