— Я почувствовала прилипалу ещё у входа, — Ная оглянулась на открытые двери корпуса. — Предупредить успею, только за тварью всё равно придётся следить.

Сторож дождался, пока запру корпус, и проводил нас до ворот.

— Есть там кто? — Матвей остановился у калитки, всё ещё поглядывая на тёмный корпус.

— Под балкой в цехе висит здоровенная летучая мышь, дальше мы не ходили, — я вернул ему ключ и подождал, пока он запрёт за нами ворота.

В четверг Петрович подтвердил, что поменялся с Лёхой, и раздобыл в депо два светильника на длинных проводах. Лампочки закрывали металлические решётки, так что случайно разбить их было трудно.

От Рустама в тот же день пришло сообщение, что генератор, насос и шланги уже у Матвея. Подготовку закончили в пятницу. Пока Ная перебирала аптечку, я купил канистру с бензином для генератора и собрал в гараже вещи, которые предстояло забрать утром.

В субботу выехали в восемь сразу после плотного завтрака. Петрович забрал нас у дома, и по пути на завод мы заехали к гаражу за снаряжением. Ная устроилась сзади с сумкой, в которую сложила обед, термосы и аптечку.

Обычно в дороге эльфийка охотно разговаривала, но сегодня больше смотрела в окно, собранная и сосредоточенная. Завёрнутую в брезент рогатину сосед уложил между сиденьями так, чтобы никому не мешала. Под свитер я надел защитный жилет, на ноги поножи, а зачарованный топорик лежал в чехле за поясом.

— Надо было шлем взять, — Петрович покосился на меня, пока мы стояли на светофоре. — Эта дрянь сверху падает, а у тебя голова голая.

— В рюкзаке лежит, перед входом надену, — невольно вспомнил, как собирался заменить велосипедный шлем чем-нибудь понадёжнее, но так и не придумал чем, поэтому пока приходилось довольствоваться им.

К корпусу подъехали ещё затемно, когда над промзоной едва различался дым соседней котельной. На пятнадцатиградусном морозе даже короткий путь от тёплой машины до сторожки заставил меня поднять воротник.

Матвей впустил нас во двор и показал сложенное под брезентом оборудование. Пока Петрович разворачивал «Ниву» носом к выезду, мы с Наей открыли ворота в здание бывшего завода и закрепили створки проволокой, чтобы сквозняк не захлопнул их за нашими спинами.

— Надолго вы? — Матвей помог мне откинуть брезент с генератора и сразу отступил, освобождая дорогу.

— К вечеру надеемся закончить, — достал из багажника канистру и поставил рядом с оборудованием. — Когда доберёмся до подвала, сразу начнём откачивать воду. Куда её лучше отвести?

— В канаву за сторожкой, — он показал вдоль забора, где удобнее протянуть шланг. — Если понадоблюсь, я у себя.

Генератор завели снаружи под козырьком, от него протянули провод к цеху. Пока Петрович закреплял лампу у двери, я надел шлем и посмотрел, насколько далеко достаёт свет. Ближайшие колонны просматривались хорошо, для остального хватит фонарей. К Тени пока обращаться не стал, силы ещё пригодятся в бою.

— Проверим цех и остальные комнаты, потом поднимемся наверх, — я провёл пальцем по плану, показывая Петровичу путь к лестнице. — К подвалу вернёмся, когда за спиной ничего не останется.

— Здесь хотя бы можно развернуться, — орк приподнял рогатину, проверяя, не заденет ли наконечник дверной проём. — На лестнице тебе придётся идти первым.

У двери Ная придержала меня за рукав и предупредила, что прилипала перебрался ближе ко входу. Я посветил в указанном направлении и разглядел противника на первой балке метрах в шести от нас. Тварь уже повернула голову на свет, и моя рука сама по себе крепче сжал рукоять топорика.

Пол между нами был почти чистый, только у порога валялись битые кирпичи, а вдоль стен стояли колонны, за которыми можно укрыться. Ная пригнулась под бетонным выступом у двери, который я приметил ещё в среду.

Петрович встал перед эльфийкой с рогатиной наготове, а я наметил себе место у ближайшей колонны. Оттуда можно будет ударить сбоку, пока зверь занят орком, и в случае чего успеть отойти за прикрытие.

Прилипала следил за мной, поворачивая голову и навострив большие уши; он явно следил, куда иду, так что застать его врасплох не получится. Остановившись за колонной, выглянул сбоку, стараясь не потерять тварь из виду, и вынул топорик.

Убедившись, что Петрович тоже готов, подал Нае знак. Она посмотрела на прилипалу и прикрыла глаза, сосредоточившись на заклинании.

Первую приманку он словно не заметил, только перевёл взгляд на эльфийку. Она попробовала снова, и зверь вдруг отцепился от балки, распахнув крылья, что в размахе составляли больше моего роста. До двери ему и впрямь хватило нескольких взмахов.

Петрович встретил летуна выпадом в грудь, но тот успел вильнуть, подставив под наконечник перепонку. Порванное крыло не удержало его в воздухе, и прилипала кувыркнулся на бетон в нескольких шагах от моего укрытия.

Я бросился к нему, рассчитывая добить, пока он не оправился, однако существо уже подтянулось на когтях, спрятав под себя задние лапы, и успело развернуться ко мне. Удар пришёлся в основание крыла, зачарованное лезвие рассекло кость, отделив от тела.

Даже после такой раны прилипала рванул вперёд с такой огромной силой, что я еле успел уклониться от зубов. Когти уцелевшего крыла зацепили левый бок, разрывая куртку, и от боли под рёбрами у меня перехватило дыхание. Пришлось отскакивать к колонне, прикрываясь топориком.

— Дай пройти! — Петрович двигался к нам с выставленной рогатиной, и я поспешил освободить ему место.

Наконечник рогатины вошёл прилипале в бок, прижав его к полу. Зверь яростно выгибался, скрёб когтями бетон, но Петрович налёг на древко всем весом, не давая ему подняться. Я подошёл со стороны отрубленного крыла и ударил между большими ушами. Пасть ещё раз злобно раскрылась, после чего тварь обмякла, почти сразу превратившись в серую пыль.

— Даже с одним крылом скачет! — Петрович поцокал языком, осматривая рогатину. — Хорошо ты отойти успел, не то кончилась бы наша команда.

Пока Ная отдыхала на кирпичах у входа, я предложил ей монету для восстановления, но она отказалась. Ей хватит нескольких минут, а нам всё равно нужно осмотреть цех и освободить проход.

Жилет выдержал, хотя когти прорезали и куртку, и свитер. Я осторожно помял левый бок, прикидывая, насколько большой синяк расплывётся к вечеру. Ну вот, опять одежду зашивать, будто я в ней каждый день через заборы с колючей проволокой перелезаю! Надо будет Рустаму заодно счёт за новую куртку выставить, а то у нас лечение за счёт Дома, а одеваться разоришься.

С кряхтением нагнувшись, собрал оставшиеся под пылью свежие монеты и убрал в кошель. Всего получилось семь, совсем как с грызня, хотя эта тварь явно выглядела опаснее. Невольно вспомнил внешность убитого хищника: плотное тело длиной около полуметра покрывала серая шерсть, а голова напоминала собачью, только с большими ушами и широкой пастью. Помимо двух крыльев с когтями на сгибах, у него была пара задних лап, которыми он, видимо, и цеплялся за балку.

К обходу вернулись, когда Ная отдохнула. В широких проходах первым шёл Петрович с рогатиной, а в тесных мы менялись. Эльфийка проверяла каждую комнату ещё не переходя порога, прежде чем мы принимались светить за станки и под завалы. После первого боя смотреть только под ноги уже не получалось, я то и дело поднимал фонарь к потолку.

За цехом обнаружили несколько пустых комнат, где ржавели брошенные станки, а сквозь щели в заложенных окнах намело снег. Мы не дошли ещё конца коридора, когда Ная остановилась у двери небольшой мастерской, почувствовав там сразу двоих тварей. Одного прилипалу удалось разглядеть почти сразу, он устроился прямо над железным шкафом возле входа, второй висел на трубе в глубине комнаты. Если бы мы прошли внутрь, первый оказался бы прямо над нашими головами.

— Здесь и встретим, в комнату не суёмся, — встал сбоку от проёма, оставляя Петровичу место для выпада копьём. — Ная, отойди чуть дальше по коридору, пусть к тебе выбираются.