— Ну как? — хранительница повернулась боком, требуя оценить и пытаясь увидеть своё отражение в тёмном окне.
— Тебе идёт, — освободил волосы, зацепившиеся за край заколки. В магазине представлял примерно также, а в реале выглядело ещё лучше. Принёс зеркало и подержал перед ней, пока она рассматривала причёску с разных сторон.
— Мне очень нравится, — Ная оглянулась на меня поверх зеркала, снова касаясь украшения. — У меня для тебя тоже кое-что есть.
Она ушла в комнату и вернулась со свёртком в тряпице. Внутри лежали серые шерстяные варежки с оленями, в точности как её собственные, только больше. Я приложил их к ладоням и засмеялся, представив нас рядом с одинаковыми оленями на руках.
— Помнишь бабушку на рынке, у которой мои купили? Я у неё заказала, — хранительница присела рядом, наблюдая за примеркой. — Твои старые совсем тонкие, и она связала потолще, я только вчера забрала.
— Теперь нас во дворе будут путать, — натянув обе варежки, показал ей руки. Мягкие, тёплые, нигде не жали. Ная разгладила шерсть на запястье, и я поймал её ладонь. — Спасибо, как раз обновим сегодня.
Она наклонилась ко мне, и мы поцеловались. Снял варежки и положил их рядом с коробочкой от заколки. Салют во дворе разошёлся вовсю; ракеты то и дело с громким треском взлетали из-за гаражей, разноцветные вспышки отражались в окнах дома напротив. Мы подошли к окну. Я обнял Наю за плечи, а она прижалась лбом к стеклу, следя за переливающимися в небе искрами.
На снегу внизу, визжа, бегали дети, взрослые возились с коробками фейерверков. Хорошо, что до праздников мы успели разобраться с тварями возле гаражей, сегодня за этих людей можно не беспокоиться.
— Александр, а чего ты хочешь от этого года? — вдруг спросила Ная, накрыв мою руку своей. В стекле отражалось её лицо, и я видел, что на салют она уже не смотрит. — Зинаида говорила, у вас сегодня желания загадывают.
— Своё дело наладить и двор за калиткой обустроить, давно хочется ночевать под нормальной крышей, — крепче обнял эльфийку, и она потёрлась щекой о мою руку. — Походов ещё предстоит много, надеюсь, всегда ходить в них с тобой вместе.
— А я хочу, чтобы таких вечеров было больше, — Ная повернулась и положила ладони мне на грудь. — Ну, когда ты дома, никуда не собираешься и ничего не чинишь. Хотя бы раз в неделю, можно даже без салата.
— Обязательно выделим такой вечер, — я поцеловал её в висок. Некуда было спешить и сейчас, можно стоять у окна сколько угодно, но во дворе кричали поздравления, и туда всё-таки тянуло. — Прогуляемся? Потом ещё посидим вдвоём.
Перед выходом надел подаренные Наей варежки. На улице и правда собрался весь дом. У подъезда курили мужики в расстёгнутых куртках, с третьего этажа кричали поздравления тем, кто праздновал внизу, дети бегали между взрослыми, выпрашивая новые бенгальские огни вместо сгоревших.
С неба медленно падали крупные хлопья снега, над пятиэтажками с трёх сторон вспыхивали салюты. Нас поздравляли все, кто проходил мимо, и мы поздравляли в ответ. Соседка снизу, с которой я до сих пор только здоровался на лестнице, расцеловала Наю в обе щёки. Оказалось, она давно хотела познакомиться.
Ная сходилась с людьми легко и уже через минуту обсуждала с женщиной украшения в подъезде. Время от времени она касалась узла на затылке, проверяя, на месте ли серебряная веточка.
У детской площадки мы задержались, отсюда было видно сразу три салюта. Хранительница пыталась угадать, где вспыхнет следующий, и показывала мне взлетающие ракеты, но я засматривался на её лицо и пропускал половину огней.
Девочка лет шести без лишних слов вручила хранительнице догорающий бенгальский огонь, а сама побежала за новым. Ная стояла с ним в руке, провожая её удивлённым взглядом, потом улыбнулась и осторожно провела огнём по воздуху. Искры рассыпались над снегом и быстро гасли, не долетая до земли.
Я достал телефон и снял её на фоне салюта. На втором снимке эльфийка смеялась, прикрываясь рукой от посыпавшихся с дерева снежинок. Фотография понравилась нам обоим, и я сразу отправил её Нае. Пока убирал телефон, стоявший рядом сосед заметил оленей на варежках и спросил, где такие взял.
— Жена связала, — ответил я, не задумываясь. Ная тихо фыркнула и взяла меня под руку. При соседе поправлять не стала, но бровь подняла с явным интересом. Рассмеялся, устыдившись своего вранья про вязание.
Сосед позвал нас к остальным, и вскоре выяснилось, что половину компании я давно знаю в лицо, только до этой ночи мы друг другу едва кивали. Заговорили про дом, про детей, которые уже третий раз бегали наверх за спичками, потом кто-то из них попал снежком отцу в спину.
Мужик обернулся, неспешно слепил ответный и… угодил им совсем в другого человека. Через минуту у площадки воевали почти все. Я спрятался за дерево, но Наю укрытие не остановило: она обошла сбоку и попала мне прямо в плечо, а потом со смехом убежала за горку. Пришлось догонять.
Домой собрались только через час с лишним. С волос у нас капало от растаявшего снега, в рукавах тоже успело набраться. В прихожей пахло мандаринами. Ная сняла куртку и принялась вытряхивать снег из шарфа, а я проверил её заколку. Веточка держалась крепко даже после боя снежками.
— Давно я так не гуляла, — зльфийка развесила мокрый шарф и обняла меня. На щеке Наи ещё таяла снежинка, и я убрал её губами. — Хорошие у тебя соседи, теперь хоть буду знать, с кем здороваюсь.
Я задержал её в объятиях, и она потянулась ко мне за поцелуем. В прихожую падал слабый свет из кухни, за стеной у соседей пели, во дворе ещё хлопали салюты. Мы целовались, то и дело улыбаясь друг другу, и отходить даже на несколько шагов не хотелось.
Раздевались рядом, толкаясь в узкой прихожей. Я помог эльфийке снять сапог, она засмеялась, опираясь на моё плечо. До комнаты шли босиком. Свет включать не стали, за окном хватало фонарей и вспышек салюта.
Ная расстегнула заколку и оставила на подоконнике. Я расправил её сбившиеся в узел волосы, осторожно освобождая серебристые пряди, пока эльфийка расстёгивала на мне рубашку. Вспомнился ноябрьский вечер, когда мы сидели под этим пледом, а она грела ступни на батарее. Я обнял её за талию, и на диван мы опустились вместе, не размыкая объятий.
Вспышка за окном на миг осветила комнату. Я поцеловал её под острым ухом, и Ная тихо хихикнула, прижавшись ко мне щекой, потом сама нашла мои губы. Её волосы рассыпались у меня по рукам, от кожи ещё пахло морозом, но она уже согрелась и тянулась навстречу прикосновениям.
Постепенно мы перестали слышать шум двора, хоть за окном всё ещё мелькали огни, ненадолго озаряя зыбким светом наши лица. Плед сполз на пол, я чувствовал её ладонь на своей спине и дыхание у самого уха. Ная с нежностью прошептала моё имя и притянула ближе, не скрывая своего желания.
Когда мы снова укрылись пледом, во дворе почти стихло, только где-то далеко ещё взлетали одиночные ракеты. Ная лежала у меня на груди, волосы рассыпались по подушке. Я убрал прядь с её лица, а она поймала мою руку и оставила у себя на плече.
Обнял её поудобнее и закрыл глаза. Где-то за окном хлопнуло ещё раз. Ная сонно прижалась ко мне, устраиваясь под пледом, и вскоре её дыхание выровнялось. Я ещё немного полежал, прислушиваясь к нему, прежде чем сам провалился в сон.
Арт
Глава 9
Второго января я проснулся раньше будильника и первым делом открыл список умений, поддавшись предчувствию. И не ошибся, у «Тени» наконец появилась цена. Требование пятого уровня исчезло ещё перед праздниками, а вот сколько придётся заплатить, Система до сегодняшнего утра не сообщала.
Тень. До первого уровня 30 монет.
