Перед встречей…
От этих слов в груди что-то кольнуло. От волнения и страха… немного. Хотя нет, совсем не немного. Учитывая все, что я слышала от Лерта о его семье и вспомнив предсказание я действительно боялась встречи с ними. Но плюс в том, что эта встреча случится не завтра и у меня есть время подготовиться. Хотя бы морально.
Занятия на самом деле возобновили, только из-за слишком маленького количества учащихся, потоки объединили по максимуму. Но существенные ограничения все еще оставались: нельзя было пристально смотреть в глаза противоположному полу, находиться слишком близко друг к другу, держаться за руки и прочие части тела. Хоть сейчас острая фаза миновала, никто не знал наверняка, как этот самый приворот может повести себя дальше. Вдруг обнаружатся какие-то побочные действия? А вообще пока еще было опасение, что приворот может сработать и на второй, и на третий день. Так что магистры перестраховывались.
Сейчас большая аудитория пестрела чуть ли не всеми цветами радуги, начиная от белых мантий провидцев, заканчивая адептами темного факультета и некромантами.
Присела за массивный стол и невольно стала прислушиваться к разговорам:
— Это же Идан устроила, — шептались травницы на соседнем ряду. — У нее мотив был.
— Уверена?
— Да точно тебе говорю. Никак не могла простить купание в пунше.
— Да ну, как бы она смогла? У нее магии нет совсем.
— Говорят, она отняла любовный артефакт у одного из студентов.
— А он где его взял? — вмешался некромант. — Такие серьезные вещи в академии запрещены.
— Да никто не знает, — подтвердил провидец. — Даже мы ничего не видим по этому случаю. Хотя и должны.
— Да это зелье было, — не выдержал темный, сидевший в первом ряду. — Его алхимики намешали.
— А мы то тут при чем? — возмутились оные. — Больно надо руки обо всех вас марать. Мы лучше в другое зелье намешаем, полезное.
— Ага, на забродившей основе, — усмехнулся Стейн, мой сосед по казарме. Вот его увидеть тут я никак не ожидала.
— Вроде бы как там два артефакта было, — протянул водник.
— Да не-е, три.
— Там зелье было, точно тебе говорю!
— Да какое зелье? Заклятие это было. Помните какую-то пыльцу странную?
— А мне рассказывали, что она специально заказала такой артефакт где-то, чтобы отомстить, — тоненько поведала ведьма. — Хотела как лучше сделать, и чтобы все друг друга любили.
— Да что вы ерунду городите? — подал голос некромант. — Это у артефакторов что-то взорвалось, а они признаваться не хотят.
— А чего сразу мы? Это ведьмы во всём виноваты!
— Эй, а ведьмы тут причём? Это вообще алхимики смешали то, что смешивать нельзя. Им постоянно говорят, что эксперименты таких масштабов в академии запрещены, но они и слушать не желают.
— Это мы-то? А кто постоянно всякие травки собирает и куклы вуду делает, а?
— Это ведьмы! — не унимался артефактор. — Я сам слышал, как вы хотели «поднять всем настроение в день Влюбленных», — передразнивая, процитировал он. — И позлить ректора. Ну что, позлили?
— Да мы немного только, — принялись оправдываться девушки в оранжевых мантиях. — Совсем капельку! Там бы все равно на всю академию не смогло подействовать.
— Ага, как с мантиями боевиков? — усмехнулся он.
А ведь и правда. Если в перекраске мантий на самом деле виноваты ведьмы, то получается, они нашли способ как-то провернуть это в таком масштабе. Может и сейчас смогли?
— То было другое, — покраснела одна из ведьм. — Там мы мстили и… ой.
— Ага, проговорилась, — усмехнулся некромант. — Теперь боевики от вас не отстанут. Верно?
Он оглянулся на нескольких ребят с нашего факультета, которые так же пребывали в малом составе, но отклика не дождался.
— Это пройденный этап, — подал голос Стейн. — К тому же мы не в обиде. Вся академия и так поняла, что на боевом факультете мы учимся не из-за цвета мантии, а из-за навыков и умений. Верно, феечка?
Посмотрел на меня и подмигнул.
— Верно.
Да уж, чувствую быть мне этой самой феечкой все пять лет обучения. Кивнула, но тут ребята с новой силой начали споры и обсуждения и нынешнего приворота, и виновности в нем ведьм.
— А я слышал, что тут не обошлось без темных! Это даже магистры в лекарском крыле обсуждали, — выкрикнул как раз один из лекарей.
— Делать нам больше нечего, как на вас силы тратить.
— Да артефакторы это! Помните, как пол тряхнуло?
— Да при чем тут…
— Тишина! — рявкнул вошедший магистр Снорр, буквально пригвоздив всех к месту одним взглядом.
Как-то так незаметно, но очень быстро к разговору, а вернее спору присоединились практически все адепты, которые собрались в аудитории. И потому стоял такой шум, который перекричать было невозможно. Всем, кроме магистров.
Удивительно, но в аудитории за какую-то долю секунды тот же образовалась буквально звенящая тишина, словно никто и не спорил. Вот всегда бы так.
Он обвел притихших адептов пытливым взглядом и, заложив руки за спину, уже спокойно продолжил.
— Итак. Как я успел заметить, среди адептов ходит много слухов и домыслов по поводу вчерашнего инцидента.
— Еще бы, — усмехнулся некромант. — Как-то не очень нравится, когда на тебя ни с того, ни с сего набрасывается девчонка и лезет целоваться.
— Ой, да кто на тебя набросится, — ехидно вставила ведьма. — На тебя смотреть-то тошно, не то, что лезть целоваться. Врешь ты все.
— Это я-то? Да она сама…
— Тишина! — снова прогремело над нами. — В третий раз отправлю вас на дежурство в монстрятник. Или к лекарям, утихомиривать особо буйных влюбленных.
Вот теперь угроза на самом деле подействовала, и желающих выкрикнуть со своего места больше не нашлось.
— Итак, перед началом занятий я хочу немного рассказать вам, что на данный момент известно о привороте, чтобы по академии не ходили нелепые слухи. По крайней мере, не в таком количестве. — продолжил магистр, присел на край стола и тяжело вздохнул. Только сейчас я обратила внимание, что выглядит он не очень.
— Что произошло на самом деле мы точно не знаем, — и после всеобщего гула негодования продолжил. — Но в одном вы правы — тут наложение нескольких видов проклятия, одно на другое.
— Проклятия? — тоненько пискнула провидица.
— Приворот — это то же самое проклятие, — терпеливо пояснил магистр. — Так что в терминологии я не ошибся. Для того, чтобы снять его, требуется лечение. Кому хватает простого зелья, а с кем возится ректор.
— А от чего это зависит? — вновь переспросила она.
— От тяжести. У этого приворота есть несколько стадий. Первая, когда вы посмотрели в глаза противоположному полу, там чувствуется влечение, привязанность, влюбленность. Ее снять проще всего, достаточно обратиться к лекарям, и эта стадия была вчера, то есть сегодня посмотрев друг другу в глаза, вы уже не влюбитесь.
— Это радует, — усмехнулся некромант.
— Рано радоваться, — не согласился магистр. — Есть вторая стадия приворота — поцелуй, и она более коварная. Если те, кто уже подвергся первой — поцеловались, то приворот крепнет и снять его простой настойкой уже не получится, тут нужно много сил и магии, которая под силу только ректору. Так же именно сейчас, поцеловавшись с человеком противоположного пола, вы так же можете попасть под действия приворота.
— Как это? Вы же сказали, что острая стадия прошла.
— Острая прошла, но он все еще действует таким вот способом. Были несколько случаев за сегодня. Так что пока расселение по разным комнатам и запрет на выход в вечерние часы все еще в силе.
Ой, мама дорогая, а ведь Заву меня поцеловал. Еще там, в общем зале. Получается, он ко мне крепко-накрепко привязался?
— И есть еще третья стадия, — продолжил магистр более тихо и мрачно. — Если адепты, подвергшиеся проклятью, проведут совместную ночь… — магистр сделал паузу и ударение на последнем слове. — Тогда снять его уже не получится, и адепты окажутся привязанными друг к другу навсегда.
