— П-правда? — робко переспросила она. — Но ведь дело не только в платье? — она почти благоговейно погладила тяжелую ткань, сшитую лучшими портными Теневого крестового похода. Эта вещица обошлась мне в пару сотен золотых, но сейчас я ни капли не жалел о тратах. — Это самая красивая вещь, которую я когда-либо видела… не говоря уже о том, чтобы её носить.

— Именно поэтому оно идеально тебе подходит, — подмигнул ей, помешивая похлёбку. — Ты куда красивее его, любое самое роскошное платье смотрится дёшево на твоём фоне.

Девушка-лань залилась густым румянцем до самых кончиков ушей, но выглядела абсолютно счастливой. Она осторожно опустилась на складной стул, чуть ли не задерживая дыхание, словно до смерти боялась испачкать или помять драгоценный бархат. Я лишь мысленно усмехнулся. Её страхи были напрасны, ткань высшего класса обладала встроенной защитой от грязи и износа, магия, за которую не жалко золота.

Ужин прошёл в лёгкой расслабленной атмосфере. Мы наслаждались моментом покоя, горячей едой и теплом костра после завершения тяжелой миссии, я же прокручивал в голове наши дальнейшие шаги. Всё зависело от того, какой ход сделает Консорциум после нашего нападения.

Лили с присущим ей зверским аппетитом выскребла свою миску, а потом театрально зевнула и потянулась. Это выглядело настолько наигранным, что я едва не расхохотался.

— Уф, ну и наелась же я! — протянула моя жена-кунида, хлопая ресницами. — я бы с радостью посидела с вами и поболтала, но просто валюсь с ног от усталости. Пойду-ка спать пораньше. Спокойной ночи вам двоим!

Она подмигнула мне так явно, что это походило на сигнал семафора. Будь это обычный вечер, Лили бы уже давно затащила меня в палатку, сдирая на ходу одежду, или, учитывая, что Эля уже видела, как мы кувыркались с Ивальдой, неугомонная кунида могла бы запросто раздеться и наброситься на меня прямо здесь, у костра.

Так что да, всё было подстроено, и Лили сознательно оставляла нас наедине. Я не стал мешать «сюрпризу», лишь кивнул, когда она юркнула в палатку и, конечно же, тут же периферийным зрением засёк, как край полога слегка приоткрылся. Моя пушистая вуайеристка точно собиралась подглядывать.

Стараясь не улыбаться, сделал вид, что ничего не замечаю, и невозмутимо отпил чаю.

Как только мы остались одни, Эля внезапно притихла, вся её застенчивость вернулась в двойном объёме. Она ковырялась в миске, но я то и дело ловил на себе её робкие, полные скрытой надежды взгляды. Тишина затягивалась, слышался только треск поленьев в костре.

Девушка-лань начала ёрзать на стуле, нервно разглаживая ладонями складки своего тяжелого бархатного платья.

— Знаешь, — вдруг резко выдала она, уставившись прямо в огонь. По её скулам расползся румянец, заметный даже в темноте. — У тебя… У тебя телосложение, которое мои соплеменники считают идеальным.

Я тихо усмехнулся, отставляя кружку в сторону.

— Похоже, женщины большинства рас Валинора разделяют это мнение. Дар Системы как-никак.

— Н-ну да, — она сглотнула, её голос дрогнул, — но у самцов оленей от природы такое телосложение.

Эля прикусила нижнюю губу и, осмелев, окинула меня жадным взглядом с ног до головы, словно оценивая породистого скакуна.

— Широкие плечи, узкая талия, крепкие мышцы, созданные для скорости и ловкости… Ты… ты очень красивый, Артём.

Мои губы невольно расплылись в улыбке от такого прямолинейного комплимента.

— Спасибо, ты тоже невероятно соблазнительна.

От моих слов прекрасная лань покраснела ещё сильнее. Её уши дернулись, она заёрзала, инстинктивно потирая бёдра, словно пытаясь унять внезапно вспыхнувший жар, а затем вдруг сделала то, чего я от неё совершенно не ожидал.

Эля резко встала, плавно, словно плывя по воздуху, приблизилась ко мне, приподняла тяжелые юбки бархатного платья и, прежде чем я успел сказать хоть слово, уверенно оседлала мои бёдра, усевшись мне на колени.

Пылая так, что казалось, от неё сейчас пойдёт пар, она подалась вперёд и начала медленно тереться своим пахом о моё бедро. Из её приоткрытых губ вырвался тихий, глубокий, наполненный животным желанием стон.

Я замер, не в силах отвести от неё взгляд. Меня всегда цепляла её аура беззащитной уязвимости, эта пугливость дикого зверька, который в любую секунду готов сорваться с места и умчаться в чащу, и именно поэтому она была последней девушкой в мире, от которой я ожидал подобного напора. Ни малейшего намёка на прежнюю робость, только чистый инстинкт.

Я, конечно, не мог остаться безучастным. Моё тело моментально отреагировало на её близость, кровь прилила к паху, член напрягся, упираясь в плотную ткань штанов. Мягко улыбнувшись, протянул руку, поглаживая её стройные бёдра и постепенно забираясь под бархатную юбку. Пальцы скользнули по невероятно мягкой бархатистой коже, покрытой едва заметным нежнейшим пушком.

Но стоило мне лишь коснуться её, как Эля испуганно пискнула, мгновенно спрыгнула с моих колен и отскочила на пару шагов назад, дико прядая ушами.

Я нахмурился, мысленно ругая себя. Перегнул палку?

— Прости, — сказал я, поднимая ладони в примирительном жесте. — Не хотел тебя напугать.

Она нервно, смущённо хихикнула, переминаясь с ноги на ногу.

— Нет-нет, это ты меня извини, Артём, я… Мне следовало предупредить тебя. У нас, у народа ланей, это часть брачного ритуала. Самец не должен прикасаться к самке, пока она сама не подготовит его… и себя, — она снова закусила губу, глядя на меня огромными влажными глазами. — Просто… эмм… расслабься, ладно? Позволь мне взять инициативу в свои руки. Пожалуйста.

— Оу, вот оно что! Испытание на выдержку? — усмехнулся я про себя. Меня такой расклад более чем устраивал. С ленивой предвкушающей улыбкой я откинулся на спинку походного кресла и закинул руки за голову, всем своим видом показывая, что сдаюсь на милость победительницы.

Стоило мне расслабиться, как прекрасная лань снова задрала подол и опустилась прямо на моё бедро, возобновляя свои тягучие трущиеся движения. И только сейчас я в полной мере осознал, что под платьем на ней не было абсолютно ничего. Никакого белья.

Жар её обнажённой плоти ощущался даже сквозь плотную ткань моих походных штанов. Она двигалась всё активнее, её дыхание сбивалось, превращаясь в прерывистые всхлипывания нарастающей страсти. Вскоре сухое тепло сменилось обжигающей влажностью, её возбуждение стало настолько сильным, что обильные соки пропитали мою штанину насквозь. Ночной воздух вокруг нас мгновенно сгустился, наполнившись тяжелым пьянящим ароматом, запахом сосновой хвои, дикого меда и одуряющего женского мускуса, ударив мне в голову похлеще любого эликсира берсерка.

Её нежные глаза неотрывно смотрели в мои. Зрачки расширились, почти затопив радужку, загорелая кожа пылала лихорадочным румянцем, а смущённое хныканье переросло в протяжный отчаянный стон. Эля скользнула чуть выше по моему бедру, насаживаясь плотнее и увеличивая темп трения.

Её соки буквально лились по моей ноге, создавая идеальную смазку для этого сумасшедшего секса. Не прерывая зрительного контакта, она робко протянула руки и положила ладони мне на грудь, с благоговением очерчивая рельеф мышц сквозь ткань рубашки.

— Великая Мать Леса! — задыхаясь, жарко зашептала она мне в самые губы. — Я так жду момента, когда отдам тебе свою невинность, когда приму в себя твоё горячее семя! — Эля подалась вперёд, её грудь тяжело вздымалась. — И так надеюсь, что ты подаришь мне дитя, Артём, если не сегодня, то в будущем.

Я стиснул зубы, изо всех сил стараясь не выдать своего шока. Чёрт возьми, бесспорно, слышать такое от потрясающе красивой девушки, которая прямо сейчас трется о тебя своим влажным лоном, было до одури возбуждающе, но слова «невинность» и «ребенок» прозвучали как удар боевого молота прямо по шлему.

Мой член, казалось, вот-вот прорвёт ткань штанов, пульсируя в такт её движениям. Дыхание сбилось, хотя я не делал ничего, просто сидел, как приколоченный к стулу.

— У меня активирована системная функция подавления фертильности, — хрипло выдавил я, борясь с желанием схватить её за бёдра и вбить в себя. — Иначе с моим телосложением и характеристиками беременность тебе гарантирована с первой же попытки. Я могу отключать её по желанию.