Во-вторых, следует отказаться от мономодернизации и исследовать другие возможности. Культурный плюрализм определяет многообразие путей модернизации стран и регионов мира, поскольку «у каждого своя красота, красота отдельного проявляется в многообразной общности прекрасного, мир стремится к великому единению» (Фэй Сяотун, 1910–2005, социолог, антрополог). Таков единственный путь, ведущий к гармоничному сосуществованию всех стран мира.

В-третьих, необходимо устранить культурные противоречия, стимулировать культурный диалог. Вспыхнувший в 2020 году коронавирус стал первой крупномасштабной пандемией со времен Первой мировой войны, сразу после которой по миру распространился испанский грипп. Хотя по степени заражения и количеству смертельных исходов инфекция коронавируса не стала самой масштабной за последнее столетие, однако ее влияние в условиях современной глобализации, информатизации и сложившейся международной ситуации на развитие мировой экономики и политики может считаться наибольшим за последние сто лет, а «черный лебедь», ее последствия, – самыми непредсказуемыми. Конфликт между китайской и западной цивилизациями усиливается в том числе критикой и очернением Китая со стороны США как лидера западных стран. Западный мир сможет разрешить собственные проблемы и улучшить отношения с Китаем только в случае, если вернется к научному, цивилизованному и рациональному диалогу.

В-четвертых, необходимо отказаться от теорий культурного превосходства, развивать возможности культурного взаимодействия и взаимообмена[22]. В настоящее время мир сталкивается со множеством проблем, такими как сохранение ресурсов, этнические конфликты, утрата системы ценностей, экстремизм и терроризм, пандемии и т.д., эффективные пути для решения которых можно найти только при условии сближения западной и китайской цивилизаций. Обратившись к необходимым путям решения этих трудностей в китайской культуре, можно устранить разногласия, прийти к общему мнению и создать сообщество единой судьбы человечества.

Китайская цивилизация стоит на страже золотой середины и стремится к гармонии, справедливости и гуманности. Пережившая за длительную историю не одно падение, она движется по пути возрождения: это значит, что настало время, когда «появившийся дракон находится на поле»[23]. Китай пришел к самообновлению, ведущему к процветанию, открывает цивилизационное развитие китайской модели мировой модернизации. В стремлении к взаимному обмену опытом между культурами базовые ценности китайской цивилизации могут составить китайскую модель для прогрессивных исследований общественных формаций, рассказать сюжеты китайских историй, продемонстрировать особенности китайских мелодий и звуков, создать новую дискурсивную систему, обладающую китайским колоритом и раскрывающую китайскую специфику, что станет значимой основой для создания сообщества единой судьбы человечества и его мирного развития[24].

Существующая в форме единого государства, китайская цивилизация представляет собой сообщество разных этнических групп, имеющих общую историю и объединяемых общими национальными убеждениями[25].

Китай – это единственная древняя цивилизация, непрерывно сохранявшая государственную целостность. Древняя Хараппская цивилизация в Индии, Вавилонская культура Междуречья, древнеегипетская цивилизация, зародившаяся в бассейне реки Нил, исчезли и оставили после себя реликвии, хранящиеся в исторических музеях. В Китае же по-прежнему декламируют стихи и народные песни, написанные более двух тысяч лет назад, читают классические каноны и трактаты, которые читали древние. Китай по-прежнему остается Китаем.

Китайские империи Цинь и Хань и Римская империя существовали в разное время, в разном пространстве. Китайская цивилизация не прекращала своего развития и сохранилась до сегодняшнего дня, Европа же после падения Римской империи распалась на отдельные феодальные государства, которые впоследствии стали национальными государствами. В чем же секрет случившегося? Китайская цивилизация справилась с потрясениями, которые обрушились на нее в Новое время, а затем, благодаря неустанному труду выдающихся патриотов, людей высоких идеалов и морали, страна возродилась и начала новую жизнь, став Новым Китаем. Если принять во внимание цивилизационные основы, то такой результат в большей степени обусловлен тем, что Китай еще в самом начале своего развития создал прочную систему государственного управления.

По археологическим данным, китайская цивилизация прошла путь от периода, когда «небо полно звезд» до времен, когда «луна ярка, а звезды редки»[26] – на формирование такой модели развития повлияла совокупность различных факторов. Су Бинци (1909–1997, археолог) отмечает, что «небо, полное звезд» – начало китайской цивилизации: эта метафора показывает, что в ее модели была вовсе не единственная культура Центральной равнины, а множество разнообразных.

В китайских памятниках неолитической эпохи можно выделить шесть групп. К первой относится культура Яншао, сложившаяся на Центральной равнине, традиционно определяемая как центр культуры территорий, прилегающих к Хуанхэ. Вторая – культура Давэнькоу, сложившаяся в районе Тайшань, охватившая территории современной провинции Шаньдун, северной части провинции Цзянсу и восточной части провинции Хэнань. К характерным для нее относят культуру Луншань или культуру черной керамики, отличную от культуры красной керамики Яншао. Третья – Хубэй и прилегающие к нему регионы, которые представлены культурами Ба-Шу и Чу, например, знаменитая культура Саньсиндуй древней сычуаньской цивилизации. Четвертая – район низовья реки Янцзы, к наиболее характерным культурам которой относятся Хэмуду провинции Чжэцзян, Юйяо, ритуальная утварь для взаимодействия с богами – «юйцун», восьмигранная яшмовая регалия с круглым канальцем в середине, представленная культурой Лянчжу. К пятой относится юго-западный регион, от озера Поянху провинции Цзянси до дельты реки Чжуцзян/Жемчужной реки в Гуандуне. К шестой – от Лундуна до Хэтао и далее к северу от Великой стены в Ляоси (западная часть Ляонина), наиболее яркий представитель которой – культура Хуншань Внутренней Монголии и культура Дахэвань провинции Ганьсу. Характерный предмет религиозного культа последней – нефритовые изделия (Юйчжулун). Чжан Гуанчжи (1931–2001, китайско-американский ученый, антрополог, археолог) однажды заметил, что непрерывная экспансия и распространение культуры Центральных равнин на окружающие территории – это иллюзия, гипотетический консенсус, а фактом должен быть обмен цивилизаций в разных регионах. Богатые и разнообразные регионы цивилизации тесно взаимосвязаны и, сливаясь, но не поглощая один другой, в итоге образуют обширную и глубокую китайскую цивилизацию.

Археологическое сообщество ищет «самый ранний Китай», и большинство считает, что культура Эрлитоу (Яньши, Хэнань) – это символ китайской цивилизации, перешедшей в национальную форму и в итоге развившуюся в блестящую цивилизацию времен Ся, Шан и Чжоу. Историкам не дает покоя вопрос: почему все империи стремились завоевать или получить Центральную равнину, и каковы причины повторявшейся в истории борьбы за трон на Центральной равнине? Ей стремилось завладеть даже царство Чу, которое считается варварским. Не потому ли, что она находится в географическом центре Китая, наиболее удобном для управления, или потому, что равнина богата ресурсами, и здесь раньше всего зародилась цивилизация, были наиболее развиты политика, экономика и культура?

Во время объединения сложившаяся в среднем и нижнем течении реки Хуанхэ культура Яншао вовсе не была единственной – на северо-восточных территориях также развивалась культура Хуншань. Богатые ресурсы и благоприятные климатические и географические условия Центральной равнины, развитие транспортных коммуникаций, ранний расцвет цивилизационного развития и другие факторы способствовали формированию культур и в других регионах. По мнению Чжао Тинъяна, среди прочих объективных причин борьбы за господство над Центральной равниной были не только ее реальные материальные преимущества, но и то обстоятельство, что она обладала важным символическим, духовным значением. В терминах М. Вебера (1864–1920, немецкий социолог, историк, экономист), владение Центральной равниной означало получение легитимной, освященной традицией власти.