Остальные травоядные успели покинуть луг и исчезнуть из поля нашей видимости.

Пастух остановился у края и обернулся. Он посмотрел на хищника и медленно перевёл взгляд на нас. Я обрадовался, понимая, что он нас заметил. Аркадий радостно махнул ему рукой, и мы прибавили шаг, направляясь в сторону незнакомца. Я понимал, что за трапезу Барсика придётся заплатить, но не думал, что это будет нерешаемым вопросом. Всё же он убил не человека, а обычное животное.

Однако пастух, похоже, был иного мнения. Он перехватил шест, развернулся в сторону пропасти и прыгнул вниз, оставляя нас в полном недоумении.

— Это он что, настолько расстроился? — вырвалось у меня.

В голове не укладывалось, что человек может, разбежавшись, прыгнуть со скалы из-за потери одного козла.

Барсик тем временем продолжал увлечённо ужинать, больше не обращая внимания на происходящее вокруг. Он наконец-то доказал, что по праву называется охотником, но одному местному это, похоже, стоило жизни.

Глава 15

Пару секунд я просто смотрел на край обрыва. Мозг честно пытался собрать картину происходящего в единое целое, но получалось плохо. Только что перед нами был пастух, но вдруг он развернулся, разбежался и прыгнул вниз.

— Замечательное начало общения, — выдохнул я и бросился к краю.

Кристина вскрикнула:

— Серж, осторожно!

Я притормозил уже почти у самого обрыва и лёг на камни, чтобы не улететь следом. Солнце почти село. Света оставалось мало, тени между скалами быстро густели, а внизу всё сливалось в серо-синюю кашу. С первого взгляда казалось, что там пропасть. Нормальная такая пропасть, куда люди обычно не прыгают ради демонстрации характера. Однако в этот момент снизу донеслось:

— Чтоб вам ветер в сапоги камней насыпал! Чтоб вашу кошку каменный гриф три дня по склону гонял! Чтоб у вас все тропы в мокрую глину превратились, а каждый камень под ногой пел похоронную песню!

— Живой, — сказал я с облегчением.

— Кто? — спросил Аркадий, подбегая следом.

— Любитель полётов.

Я осторожно перегнулся через край и наконец увидел пастуха. Он находился ниже метров на десять. Не на дне пропасти, как мне успело показаться, а на узкой каменной площадке, которая с нашей стороны почти не просматривалась. Резкий перепад, скала, выступ — и вот там он стоял абсолютно живой и невредимый, судя по тому, как бодро размахивал шестом. И возмущённый настолько, что, будь у слов физический вес, нас бы уже завалило до пояса.

— Эй! — крикнул я вниз. — Мы не причиним тебе зла. Давай поговорим!

Пастух задрал голову. Даже в полумраке было видно, что мой призыв его не впечатлил. Более того, кажется, он возмутился ещё сильнее.

— А чего мне с тобой разговаривать⁈ — крикнул он. — Ты моё стадо уничтожил!

Я покосился на Барсика. Тот лежал на лугу рядом с добычей и старательно делал вид, что его всё происходящее не касается. Правда, уши у него были развёрнуты в нашу сторону, значит, слушал, просто предпочитал слушать с полным ртом.

— Я понимаю, — крикнул я вниз. — Мой питомец убил одного из твоих козлов. Я компенсирую. Не успел среагировать — это моя вина.

— Одного⁈ — Пастух всплеснул руками так резко, что шест едва не задел скалу. — Одного, говорит! А остальных кто разогнал⁈ Твой хищник напугал всё стадо! Ты представляешь, как теперь ловить перепуганных животных в скалах⁈ Ночью⁈ Они сейчас разбегутся так, что утром костей не найдёшь! Или хищники переловят, или сами где-нибудь сорвутся!

Я поморщился. Вот тут он, к сожалению, был прав. Один козёл — это неприятность. Разбежавшееся стадо — уже проблема. Особенно если местные козлы умели передвигаться по скалам лучше, чем большинство нормальных людей по ровной дороге.

— Барсик, — мысленно сказал я. — Ну как так-то?

Питомец на секунду перестал жевать.

«Извини. Рефлекс. В следующий раз постараюсь сначала спрашивать у барашка, можно ли его съесть.»

— Нам теперь проблемы разгребать, которых можно было не создавать.

Барсик вздохнул так, будто его обвинили в чём-то совершенно несправедливом, и снова занялся мясом. Я мысленно махнул рукой. Спорить с ним сейчас было бессмысленно. Проблема уже появилась, и её требовалось решать.

Пастух тем временем начал подниматься обратно. Делал он это так уверенно, что я снова почувствовал себя человеком, который попал не в горы, а в учебник по издевательству над равновесием. Он поставил шест в узкую трещину, оттолкнулся, подтянулся, перекинул вес, словно всю жизнь только этим и занимался. Через пару минут он уже выбрался на луг.

Наш несостоявшийся друг оказался крепким мужчиной лет тридцати с обветренным лицом, тёмными волосами, перехваченными кожаным шнурком, и злым взглядом человека, которому испортили не вечер, а сразу весь смысл существования. Одежда у него была грубая, тёплая, удобная для гор: плотная куртка, штаны, обмотки на ногах, широкий пояс. На поясе висел нож.

Он с опаской посмотрел на Барсика. Хищник тоже на него посмотрел, но от добычи не отошёл. Видимо, решил, что трапеза важнее дипломатии. Пастух ткнул шестом в сторону хищника.

— Убери зверя.

— Он не нападёт.

— Он уже напал на моих животных!

— Я понял, и это не повторится, — вздохнул я, хотя не был уверен в своих словах.

— Естественно, не повторится! Больше не на кого нападать! — Он шагнул ближе. — Ты мне вернёшь десять козлов.

Я моргнул.

— Он убил одного.

— А разогнал всех.

— Остальные живы.

— Пока! — рявкнул пастух. — Пока живы! Они сейчас по скалам носятся, как горные бесы, потому что твоя чёрная тень решила поужинать. Ночью их кто искать будет? Ты? Твой зверь?

— За одного козла я заплачу, — сказал я. — С этим вопросов нет. Если утром найдём остальных и выяснится, что кто-то пропал, обсудим компенсацию.

— Обсудим? — Пастух прищурился. — Ты мне вернёшь десять козлов. И это не обсуждается. Никакой другой платы я не приму.

Пастух сделал ещё шаг, но вдруг замер и резко повернул голову. Я тоже заметил движение и напрягся. Сначала где-то справа посыпались камешки. Потом сверху донёсся короткий свист. Затем с тёмного уступа вниз сорвалась человеческая фигура.

Я даже не сразу понял, что происходит. Человек падал с высоты, с которой нормальные люди обычно не падают добровольно. В руках у него был такой же длинный шест. В последний момент он поставил его под углом в каменную трещину, тело описало дугу, скорость резко погасилась, и незнакомец скользнул вниз как опытный акробат. Он приземлился на край луга, присел, легко выпрямился и перебросил шест через плечо. Следом появился второй, потом третий. Ещё двое спустились с другой стороны. Один использовал шест почти как пружину, второй просто соскользнул по нему, уперев нижний конец в камень. Всё происходило быстро, уверенно и совершенно неправильно с точки зрения человека, который привык уважать высоту.

Я невольно присвистнул. Теперь на стороне пастуха было уже пятеро. Все в похожей одежде, с шестами, ножами на поясах и такими взглядами, будто вечер у них и без нас был не лучшим, а мы окончательно испортили впечатление.

Я прикинул шансы. С Барсиком мы, скорее всего, могли бы устроить им очень неприятный вечер. При определённой удаче даже победить. У этих людей были ножи, шесты, знание местности и совершенно нездоровые отношения с обрывами. А главное — если мы сейчас начнём драку, шансов подружиться с местными не останется вообще. А нам, как назло, очень нужны были местные.

Один из новых пришедших, высокий мужчина с короткой седой бородой, посмотрел на пастуха.

— Что случилось?

Пастух тут же указал на Барсика.

— Вот что случилось! Их зверь задрал моего козла и разогнал стадо!

Седобородый перевёл взгляд на нас, а я поднял руки ладонями вперёд.

— Мы не ищем ссоры. Это случайность. Я готов компенсировать потерю.